Храм боли

gimme, gimme more.

Проснулась Ерофеева, когда на часах уже было 10 утра. Увидев время, она вскочила как ошпаренная и бегом побежала в сторону ванной комнаты. В этот момент она поймала себя на ощущении дежавю, потому что снова столкнулась с боссом в дверном проеме, но на этот раз она стыдливо опустила глаза, не желая вспоминать сегодняшнюю ночь, голова от которой кружилась даже от воспоминания какой-либо мелочи. - Д-доброе утро... - робко произнес Разумовский. - Да, эм, доброе, - переняв его волнение ответила девушка. Повисло молчание. Слишком тяжелое молчание. Никто не решался посмотреть друг на друга, хотя стояли они практически в упор. Он решил начать первым: - Слушай, то, что было ночью, я.. Прости, я не должен был. - Забыли, все хорошо. Он хотел было коснуться ее плеча, но рука повисла в воздухе, а девушка скользнула в ванную комнату, закрыв дверь, а Разумовский простоял так еще минуту точно. Если бы мысли Разумовского приняли бы облик чего-либо, то это точно был бы космос. Бесчисленное количество мыслей в виде планет и звезд. Он понимал, что рассказывать подчиненной, о которой знаешь всего ничего, о своих психологических травмах было бы опрометчиво. Но из-за хаоса, который творился вследствие безнаказанности, Сергей злился и корил себя за бесполезность. Но он не догадывался, что своей злостью и вспышками агрессии он подкармливал своего пернатого друга, жившего в нем самом. Конечно он приходил к нему в гости, но Птице стало мало его одного, и он решил переключиться на девушку, которая делила с Разумовским кабинет. Сергей не чувствовал того, что чувствует его вторая личность, а вторая личность не чувствует того, что чувствует Сергей. И он прекрасно понимал, что вчера Птица собиралась сделать с девушкой то, чего тот бы не сделал даже будучи пьяным в гов.. в доску. Хотя иногда смотря на Ерофееву, мысли то и дело собирались в одну большую похотливую кучу, но робкий Разумовский определенно должен был хорошенько сойти с ума, чтобы даже просто поцеловать ее. *** София стояла перед зеркалом крася губы красной помадой, мысленно желая, чтобы ее смазал поцелуй Разумовского, такой же жадный, как вчера ночью. Так снова стоп. Какого черта в голове именно это? Хотя скрывать это от себя было бесполезно, но вот от него получалось с легкостью. Она никак не могла понять, что же с ним случилось вчера. Он был совершенно не похож на себя, даже глаза другого цвета. Или это галлюцинации из-за переизбытка кофе? Или так упал свет? "Но как же он был хорош.." - пронеслось в голове девушки. "Мне пора перестать об этом думать, я же на работе. И вообще я проспала. И мы договорились забыть об этом." Она тряхнула головой, тем самым пытаясь отогнать эти мысли. Хоть с трудом, но это получилось. Наконец сделав свой обычный макияж, она вышла из ванной, увидев Разумовского около стола, быстро собирающего какие-то бумаги. - София, я отлучусь на часа три! - крикнул он в сторону девушки. - Сегодня у меня никаких встреч, а если кто-то придет, попроси Марго перенести встречу. - Поняла, а куда ты? - поинтересовалась девушка. - А, о, меня позвал один знакомый на встречу с влиятельными людьми, которые косвенно могли бы помочь развитию нашей компании. - пояснил он. Разумовский накинул пиджак поверх своей белой рубашки и зачесал рукой волосы назад. В сию же минуту пулей вылетел из кабинета, оставив Ерофееву стоять возле дивана в недоумении. "Странный какой-то". - подумала девушка и пожала плечами.