Глава первая и она же последняя.
24 мая 2021 г., 17:13
Сокка делает глубокий вдох, расправляет плечи и садится в своё хитроумное приспособление. Он немного обеспокоен тем, выдержит ли оно его вес и испытание, которому он собирается подвергнуть устройство. Но на самом деле ему не стоит переживать по этому поводу. В конце концов, именно Тоф создала его из металла.
И Сокка нисколечко не беспокоится о том, будет ли оно правильно функционировать. Он научился верить в собственную гениальность и обрёл уверенность в себе.
Она научила его быть таким.
С каждой мыслью о ней ему тяжело дышать, и он обнаруживает, что открывает дверь своего изобретения, чтобы глотнуть свежего воздуха.
Сокка не может поверить, что вот-вот увидит её. После четырёх долгих, тяжёлых, мучительных, наполненных болью лет он сможет наконец-то взглянуть ей в лицо.
Это звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой.
Он мысленно отправляет последнюю молитву Юи и закрывает дверь, вновь заключая себя в металле. Щелчок этого переключателя, поворот того рычага — и устройство готово к работе.
Его машина начинает дребезжать и испускать мягкое свечение, как и должно. Когда свечение исчезает и его зрение проясняется, Сокка резко выдыхает, распахивает дверь и выходит.
Как и ожидалось, он стоит в совершенно незнакомом мире. Не знает названия устройств на колёсах, которые проносятся слева от него, и не узнает строения, которые возвышаются справа.
Он узнает девушку, стоящую у подножия ближайшего многоэтажного здания.
— Азула, — вырывается из него шёпот сквозь стиснутые зубы, а колени начинают дрожать. Он едва осознает тот факт, что ноги с каждой секундой приближают его к ней, потому что единственное, на чём сосредоточен его взгляд — её лицо.
Её резкие черты, царственное выражение на лице, изгиб её губ, когда она говорит в устройство, напоминающее тонкий чёрный кирпич, её пылающий взгляд постоянно мечется справа налево, чтобы никто не застиг её врасплох, пока, наконец, не останавливается на нём. Когда их взгляды встречаются, Сокке кажется, что его будто подзарядили энергией. Его окаменевшее разбитое сердце словно оживает. Через полсекунды он стоит перед ней и ощущает жжение по всему телу, будто она пронзила его своей молнией до мозга костей.
— Азула, — повторяет он снова всё ещё с недоверием, но гораздо громче.
Если бы Сокка не знал её лучше, то не заметил бы, как её глаза расширились, прежде чем сузиться и вспыхнуть огнём, обвиняя его в чём-то. Возможно, в любви к ней? Неужели это было всё ещё так очевидно в его взгляде?
Он надеялся на это.
— Откуда ты знаешь моё имя?
— Разве оно не знаменито?
Сокка не упускает из виду её едва заметную улыбку и знает, что его поддразнивание удалось. Ни одной душе в мире, из которого он явился, не было неизвестно её имя, и, конечно же, она была знаменита здесь. Была бы она Азулой, если бы не проявила себя?
— Все зовут меня мисс Созин. Кто ты такой, чтобы называть меня иначе?
Неужели они незнакомы в этой вселенной? — эта мысль разрывает ему сердце.
— Меня зовут Сокка.
Азула вздёргивает подбородок, оценивая его, и он пытается скрыть дрожь по всему телу.
— Я слышала о тебе. Многообещающий изобретатель, да? Полагаю, ты здесь, чтобы обсудить деловое предложение? — он молчит, довольствуясь тем, что всю оставшуюся жизнь готов наслаждаться только звуком её голоса, и поэтому девушка продолжает после паузы: — Хорошо. Встретимся через двадцать минут в «Белой лилии». Не опаздывай, я этого не люблю.
С этими словами она обходит его и идёт к ярко-красной машине, которая просто «кричит» о том, что принадлежит Азуле. Не в её привычках было оглядываться, и, вероятно, поэтому она упускает, как Сокка вбегает в здание.
Прислонившись к стойке администратора, он торопливо говорит:
— Как мне связаться с Соккой? Изобретателем.
Консьерж морщит нос, явно озадаченный вопросом. Сокка постукивает пальцами по стойке.
— Ну же! Как мне связаться с ним?
Всё еще смотря на него, как на сумасшедшего, консьерж кладет перед ним открытую книгу и протягивает проводное устройство, похожее на кирпич, который он видел в руке Азулы.
Сокка выхватывает устройство из рук и просматривает книгу, бормоча:
— С… Со… Сокка, вот ты где.
В мгновение ока он выясняет, как пользоваться устройством, и набирает цифры, расположенные в книге напротив его имени. Проходит три оглушительных гудка, прежде чем он слышит искаженную имитацию своего голоса.
— Алло?
— Сокка. Надень свою лучшую одежду и отправляйся в… в «Белую лилию»? Да, в «Белую лилию». Тебе нужно быть там через пятнадцать минут, чтобы встретиться с Азулой. С мисс Созин.
— С кем, чёрт возьми, я разговариваю?
— Правда хочешь знать? А теперь убирайся из своей библиотеки и пошевеливайся.
— Откуда ты знал, что я в библиотеке?
— Ты хочешь заключить сделку с Азулой или нет?
— Да, да, уже иду. Спасибо, наверное?
— Ты точно поблагодаришь меня через несколько лет, — ворчит он, прежде чем повесить трубку и швырнуть устройство обратно во всё ещё сбитого с толку консьержа. Сокка бросает последний взгляд на этот мир, в который больше никогда не вернётся, прежде чем направиться к порталу.
Тычок в кнопку, рывок за верёвку — и он исчезает.
____________________
Есть вселенная, в которой Азула — генерал в армии брата. Она не ходит вокруг да около и напрямую спрашивает его, почему он не на Южном полюсе. — Я думал… хотел навестить... — бормочет он, переминаясь с ноги на ногу. — Катару и Зузу? Ты же знаешь, что они всё ещё не вернулись из медового месяца, и пока нет никаких известий об успехах с наследником. Сокку передёргивает. Он не хочет думать о том, что Зуко обрюхатит его младшую сестру, поэтому качает головой и возражает: — Нет, я хотел увидеть тебя. — Меня? Почему? — и замешательство на лице Азулы говорит ему всё, что ему нужно знать.____________________
Есть вселенная, в которой у Азулы округлый живот, и она прогоняет его, крича, что сказала ему не возвращаться, пока не принесёт ей маринованной окры. Сокке так сильно хочется увидеть ребёнка с их общими чертами, но в этом мире он тоже не может остаться.____________________
Есть вселенная, в которой Азула танцует в тёмной, переполненной комнате, где свет вспыхивает всеми цветами радуги, и её окружают Катара, Тоф, Тай Ли и Суюки. В этом мире Азула слишком пьяна, чтобы удивляться его виду, и притягивает его ближе, прижимаясь губами к его губам. Сокка знает, что скоро ему придётся покинуть эту вселенную, но не может удержаться от того, чтобы не выдернуть шпильку из её волос, позволяя им упасть ей на спину так, как ему нравится. Не может сдержаться, чтобы не притянуть её за талию вплотную. И он с уверенностью может сказать, что музыка, усиленная басами, бьётся в такт с его сердцем. — Зула, — говорит Сокка, когда они самую малость отстраняются друг от друга. Он сглатывает комок в горле. — Я люблю тебя. Она улыбается: — Знаю. Ему хочется кричать. Хоть раз в жизни она может не играть с его сердцем? Неужели она не понимает, как много для него будет значить, если она скажет эти же слова ещё раз? Хотя бы в последний раз? Очевидно, что нет, так как она выскальзывает из его рук, и ему остается безнадёжно хватать воздух. Сокка игнорирует подозрительный взгляд Катары и выбегает из здания.____________________
Есть вселенная, в которой он находит Азулу в одиночной камере. Она в ярости кричит на него и бросается вперёд, вытянув руки, но над её ладонями нет пламени. Её вопли разрывают воздух, и Сокка думает о том, что может присоединиться к ней в её безумии.____________________
Есть вселенная, в которой он слышит голос Азулы, доносящийся из храма. Сокка прокрадывается внутрь, и его встречает самое чудесное зрелище. Альтернативная версия Сокки стоит на возвышении рядом с Азулой, и они обмениваются свадебными клятвами. Он опускается на колени в глубине помещения, позади бесчисленных рядов гостей, и замечает Урсу, Хакоду и… свою мать. Сокка быстро вытирает появившиеся на глазах слёзы. Это похоже на идеальный мир. Но ему здесь нет места. И, может быть, это к лучшему, — думает он, уходя, и его взгляд задерживается на рамке, на которой изображён портрет Катары с траурной лентой.____________________
Есть вселенная, в которой Азула — Лорд Огня. Сокка с ужасом смотрит на карту мира, на которой почти каждый дюйм земли окрашен в красный цвет. И портрет, на котором его сестра стоит плечом к плечу с Азулой, заставляет его сбежать.____________________
Есть вселенная, в которой Азула скорбит. По нему. Она стоит на коленях на краю куска льда, на котором Сокка родился, и смотрит на океан. Когда она встаёт и замечает его, у неё вырывается вздох. Она бросается к нему, но в последний момент сдерживается, прижимая руку к груди, как будто это Сокка может обжечь её. Может быть, теперь, — думает он. — Может быть, теперь она скажет это? Горе всегда заставляло тебя жалеть, что ты не сказала эти три слова ещё раз, ведь так? Вместо этого она шепчет: — Я снова сошла с ума. Его сердце ударяется о лёд и разбивается, как стекло.____________________
Есть и другая вселенная, в которой Азула — Лорд Огня. И в этой версии он — её консорт. Что ещё более важно, у них есть наследник. Ребёнок. У Сокки отвисает челюсть, когда маленькая девочка дёргает его за рукав и называет папой. Она — идеальная копия Азулы, за исключением глаз. У неё его глаза. В одну секунду Сокка подхватывает ребёнка и усаживает себе на колено. — Думала, ты вернёшься только через шесть дней, — восклицает девочка, показывая соответствующее количество пальцев. Он хихикает. В этом нет ничего удивительного. Любой их с Азулой ребёнок был бы гением с рождения. — Я просто хотел тебя увидеть, — тихо говорит ей Сокка. — Никому не говори, что я здесь был, хорошо? Девочка хмурится, и его лицо расплывается в широкой улыбке от того, насколько она похожа на свою мать. — Даже мамочке? — Особенно мамочке. Я скоро удивлю её, обещаю. Его дочь смотрит на него, и Сокке кажется, что она видит его насквозь. В один момент она поймёт, что он не тот папа, которого она знает, и тогда ребёнок поднимет на уши весь дворец и… Она целует его в щёку. — Хорошо, папа. Люблю тебя! Его сердце тут же замирает. Его мозг противоречит телу, пока Сокка опускает дочь на землю. Ла, он не хотел отпускать её. Хотел взять её с собой, найти прекрасную леди, которую называет женой в этом мире, крепко обнять их и никогда не отпускать. Но он не может. Скупая слеза катится по лицу Сокки, пока его дочь уверенно уходит от него. Он даже не знает, как её зовут, и не может спросить. Эта вселенная — неважно, как сильно он этого хочет — не для него.____________________
Есть вселенная, в которой Азула умерла. Сокка, спотыкаясь, выходит из своего устройства в мир, в котором он вырос. Он делает два широких шага к её могиле и падает на колени. — Азула, — всхлипывает он, кричит. — Почему ты не могла этого сказать? Почему ты не была осторожней? Почему ты не могла остаться? Единственный ответ, который он получает — эхо его хриплого голоса в долине. Из глубин сознания всплывает нежеланное воспоминание о словах гадалки, над которыми они с Азулой вместе подшучивали и смеялись: «Твоё будущее полно борьбы и страданий». — Прекрати! — кричит Сокка в грязь под собой, отчаянно хватаясь за голову. Он любил её в каждой вселенной, во всех мирах, несмотря на расстояние и время. Но для него есть место только в одном мире. И это тот, который отнял её у него.
