Занимательное лето

Если первые два месяца не могли определиться с погодой, то август уж точно решил жарить не по-детски. Мы конечно же не прекращали свои походы по селу. Как-то даже зашли за его пределы. Даже не один раз. Мы ходили на поля. Даже арбуз стащили. Да, я понятия не имею как на это согласилась. Но было весело глядеть, как Бяшка с огромной ягодой бежал, когда Рома подшутил, что их кто-то заметил. А потом у речки мы уплетали тот арбуз. Он был довольно спелый, сладкий и сочный. А ещё обгорели все. Бяша долго жаловался на боль и жжение. В этот раз мы решили не заходить так далеко и довольствовались обычным полем. Полем высокой травы. — Вы только гляньте! Она мне по пояс! Нет, даже выше, — я подставляла руку и сравнивала высоту травы. — Ты травы никогда не видела что-ль? — ближе ко мне подошёл Бяшка. — Видела, но не такую же высоченную! — протянула я. — А ты присядь, тебя совсем видно не будет! — усмехнулся Ромка. А я и присела. Не знаю как со стороны, но я не видела ничего, кроме стеблей травы перед собой, и капель утренней, всё ещё не высохшей росы. — И вправду не видно, — усмехнулся Бяша, глядя на меня сверху. — Да ты просто близко стоишь! — возмутилась я. Игра в прятки в этой траве выдалась весёлой. Столько же мы протоптали растений, бегая там. Ромка вообще один раз убежал чёрт знает куда. Потом мы завались на траву. Все красные, как раки или словно спелые помидоры. Конечно же наш взор устремился на небо. — Вот это туча, — с ужасом протянула я. И вправду. Темно-серая масса затянула практически все голубоватые участки. И только надвигалась всё ближе, попутно надвигая ливень. — Ага, вот бы дождь пошёл, — Пятифан прикрыл глаза. — Под дождём мы ещё не гуляли, на,— произнёс бурят. — И с температурой не валялись, — цокнула языком я. — Да ладно тебе, — Ромка привстал на локтях и посмотрел на меня. — Дождя и не будет вовсе, вон какая жара. А вот тут он ошибался. Мы ещё немного повалялись и решили потихоньку возвращаться. Но только мы вышли на основную дорогу, как на землю начали падать крупные капли воды. Они расплывались тёмными кляксами на асфальте. — Ого, всё-таки пошёл, — удивился Бяша. — Давайте помедленнее идти? Прогуляемся под дождём, — предложила я. Он был не сильным, просто покапывал. Грех так не прогуляться. — Мокрые, зато счастливые, — усмехаясь пролепетала я. Вскоре я начала понимать, что моё предложение было некстати. Потому что дождь всё больше нарастал. Нет, не сразу. Минут десять он и вправду был совсем неощутим. Почти. Но потом тучи стали ещё темнее, а капли падать всё чаще. — А вот сейчас кажись шаг нужно ускорять, — сказал Рома, прикрывая голову. Сегодня с ним не было нашего спасительного рюкзака, в котором нашлась бы олимпийка, или даже зонт, который нам бы очень пригодился. Мы почти бежали, ведь бежать нам мешали лужи, которые расплылась по всему асфальту, а земля превратилась в вязкую грязь. Когда дождь уже потягивал на ливень, вокруг нас прозвучал мощный раскат грома. Я содрогнулась и уж точно не по своей воле плотно закрыла глаза. Так, что передо мной начали плясать разные узоры. Но лишь на мгновение, ведь потом я раскрыла глаза. — Чё такое? — спросил Бяшка, останавливаясь. — А я вам наверное не рассказывала, что грозы боюсь, — я отвела взгляд. — Совсем немного. — Вот же ж погуляли под дождём, — закатил глаза Ромка. — Идём быстро, и за мной. Мой дом ближайший, пережидать будем там. После очередного раската грома ливень стал только сильней. Вода стеной, ничего не видно, капли бьют по лицу, а по асфальту течёт быстрый поток воды. Неясно откуда взялось столько воды под ногами. — Зато счастливые, — хохотнул Рома. Такой мощный ливень через минут пять утих, но так то он не прекращался. Я вздрагивала после каждого грохочащего звука, а когда небо ослепила яркая извилистая вспышка молнии и вовсе вскрикнула. Рома свернул куда-то в проулки, как только мы зашли на территорию посёлка. Обувь вся была мокрой. А я была в тех босоножках, те самые, которые зареклась больше не надевать. Они жутко скользили по грязи, где нас водил Ромка. Спустя ещё несколько извилистых поворотов мы наткнулись на спасительную калитку и забор. Дома у Ромки вновь никого не оказалось. Просидели мы у него до самого вечера. А потом Бяша пошёл меня провожать. А Пятифан по наставлению друга остался дома. Хотелось бы мне подольше посидеть с Муркой. Ну, и с ребятами тоже. Потом погода нас не жаловала. Когда дождя не было Рома с Бяшей выбирались ко мне. Ведь я сидела дома, не пускали. Мол холодно, мокро и сыро. Но когда были дожди мы и вовсе не виделись. Только один раз...

***

Я сидела и скучая перелистывала страницы книги. Был где-то полдень, а из-за туч было так темно, будто на улице уже и солнце село. Как тут в дверь громко застучали. До боли настырно. Кто мог прийти, когда на улице такой ливень? Бабушка с дедушкой вернулись? Да нет, впереди ещё половина рабочего дня. А кто ж тогда? Я неторопливо пошла к двери. А вдруг воры какие-нибудь? Да нет, посёлок маленький. Если б кто крал, все бы в округе знали. Я открыла скрипящую дверь, а там Ромка с Бяшей. Всё мокрые. Неужели не слышали о существовании зонта. — Вы что тут делаете? — возмутилась я. Нет, а вот если они после этого слягут с воспалением лёгких? — Может впустишь сначала? — усмехнулся Пятифан. Я поила их горячим чаем, а те говорили, что всего лишь соскучились. Вот что за люди? Как дождь утих я их домой отправила. Не то чтобы я была им не рада, я была даже очень польщена. Просто если бы снова начался ливень...

***

А затем снова ливни. Почти две недели. Вот так вот почти весь август мы и не виделись. А потом неожиданно вышло солнце. И начало хорошенько припекать, быстренько высушивая последствия дождя. В один из дней ко мне пришёл Ромка. — Влад, а ты прогуляться не хочешь? К дубу, — спросил меня он. Мы случайно встретились. Точнее для меня это было случайно. Я вышла кормить собаку, а тут он. Я конечно согласилась на прогулку. Снова тепло и хорошо. Жаль только аж пол самый конец лета. Когда уже чуть больше через неделю самый нелюбимый день всех детей. Первое сентября. — А Бяша где? — спросила я, чтобы как-то разбавить тишину. — Он с матерью в город поехал, — Ромка всё время смотрел лишь в траву. — Зачем-то. Мы довольно быстро дошли до поляны. В другой день я бы уселась и просто на траву, но земля под ней была влажной. Так что я воздержалась. — И когда ты уезжаешь? — Рома взглянул на меня, а я сначала не поняла о чём речь. — Ром, — я тут же улыбнулась, понимая, что видимо сейчас сообщу ему довольно хорошую новость. — Я вам за всё лето так и не сказала, но я сюда переезжаю. — Серьёзно? — глаза парня округлились. Я кивнула, а он облегчённо выдохнул. — Я уже думал... — Что ты думал? — заулыбалась я, проводя рукой по коре дуба. Я начала обходить дерево вокруг. И наткнулась на нашу надпись. « Влада+ Рома= » А дальше сердечко. Кривое, с разными сторонами. Но оно было. — Думал сказать не успею, — улыбнулся Пятифан. — Что ты мне нравишься. — Ты когда это успел? — спрашивала я, держа руку на вырезанном сердце. — На днях. Это настолько поражало. Я была рада и... Даже чувств и эмоций не описать. Зачем слова? Я аккуратно подошла к Ромке и чмокнула того в губы. — Ты мне тоже... Нравишься, — слова давались с трудом, потому что смущение зашкаливало. — Я знаю, — ответил Пятифан, лыбясь, как довольный кот и тут же сплетая свои пальцы с моими. Вот так и закончилась история этого замечательного лета. А вот история этой пары только началась. Видели бы вы лицо Бяшки, когда тот узнал. Да что там лицо, нужно было видеть всё! Особенно как он от радости скакал, приговаривая, что Ромка всё-таки не тряпка.