Стажёр-новичок

Осаму Дазай Их первое знакомство состоялось ещё несколько недель назад, когда все одноклассники представлялись и кратко рассказывали о себе. И в тот же день в каждом из них появилась лёгкая заинтересованность в другом человеке. Увы, обстоятельства складывались не в пользу начала дружбы. У Осаму Дазая болела голова от вчерашней попойки, а Вэй У Сянь прекрасно знал, что протрезвевших, но не «отошедших» людей лучше не трогать… Да и переход в новый мир несколько… отвлекал от каких-либо желаний к заведению новых знакомств и связей. Ещё одной причиной, почему буквально никто не стремился навязаться Вэй У Сяню в друзья, пожалуй, была его «аура». Мрачный тип в старинных китайских одеждах эпохи Тан, носящий незамысловатую причёску на длиннющих волосах (которые, на минуточку, длиннее даже, чем у единственной девушки в их классе). Помимо этого ростом Вэй У Сянь выдался аж целых 186 сантиметров, при этом имея неплохо развитую пропорциональную фигуру и абсолютно белую, с видимой невооружённым глазом болезненностью, кожу. Его смело могли бы назвать красивым абсолютно все в классе, однако взгляд побитой собаки, кричащие о всепоглощающей боли улыбки и частое «выпадание из реальности» немного… отталкивали. Ибо весь вид Вэй У Сяня просто кричал: «Не подходите ко мне, с горя и пришибить могу»! Первую неделю к нему действительно никто не лез, однако сразу же на выходных «побитого жизнью» Вэй У Сяня смогли растормошить парочка самых младших в классе. Чем и похвастались в начале второй недели обучения… Однако, всё продолжающий называть Вэй У Сяня «гэгэ» Нэчжа неосознанно бередил старые раны. Естественно, Вэй У Сянь постоянно отвлекался от учёбы и повседневных дел на мысли о прошлом. Вспоминал А-Юаня, Вэнь Цин и Вэнь Нина… Шицзе и Цзинь Цзисюаня, представляя их ребёнка. Осиротевшего по его вине. Вспоминал также Цзян Чэна, а в особенности застывшую на его лице маску шока и паники, когда умерла его единственная семья — Цзян Яньли. И то же лицо, искажённое ненавистью, когда его шиди… его брат повёл армию заклинателей, чтобы убить Вэй У Сяня. И его лицо, когда Вэй У Сянь умер, заживо разрываемый на куски оборвашими нити контроля мёртвецами… Это всё было до невозможности ужасно, походя на нелепый страшный сон. Увы, это была его настоящая жизнь. И он уже умер…! Это просто невыносимо… И вот, спустя три недели от начала обучения, Вэй У Сянь и Осаму Дазай встретились… ночью на кухне. Вэй У Сяня не отпускали кошмары, поэтому он побрёл в первое попавшееся место. Осаму Дазай… Неизвестно, что он забыл на кухне, однако к приходу Вэй У Сяня уже сидел за столиком под окном, смотрел на искусственное потемневшее небо и… грыз морковку. Вэй У Сянь, несколько мгновений посверлив взглядом полуночного гостя кухни, пошёл к холодильку и мысленно сделал заказ у Системы на одну бутылку газированной воды. Откровенно говоря, эта щиплющая рот и внутренности жидкость не особо нравилась Вэй У Сяню, однако могла отлично отрезвлять (в противовес алкоголю). Непривычно шумно открылась дверка холодильника. Заказанная вода появилась на уровне глаз. Пластиковая полулитровая бутылочка, плотно закрытая белой рифлённой крышечкой. Не задумываясь, Вэй У Сянь быстро достал её и прикрыл холодильник. Пара поворотов, горлышко бутылки подносится к губам. Один, два, три глотка… В горле будто взорвался фейерверк, глаза начало щипать от появившихся слёз, в носу тоже не самые приятные ощущения. Вэй У Сянь сдерживается, чтобы не вскрикнуть, плотно закручивя крышечку. Половина бутылки с водой ещё осталась. Через прозрачный пластик видно, как неестественно поднимаются со дна пузырьки и зловеще подпрыгивают микроскопические капли воды сверху. Жуть… Вэй У Сянь опускает руку с бутылкой вниз и, не раздумывая, бредёт мимо пустых столиков к единственному живому человеку в этой кухне-столовой. Осаму Дазай не особо удивлён тому, что в такое время суток здесь появляется кто-то ещё. И он даже не подаёт намёка на недовольство, когда Вэй У Сянь усаживается напротив него. Осаму Дазай просто хрустит морковью, пока Вэй У Сянь смотрит в окно, уже минут пять неосознанно перекручивая в пальцах бутылку. Увы, пристальный взгляд, которым сверлил его сегодняшний молчаливый собеседник, он проигнорировать был не в силах. Посмотрев в сторону Осаму Дазая, Вэй У Сянь вопросительно поднял бровь. Тот, в свою очередь, неспеша подпёр голову ладонью, нехотя перевёл взгляд на сумеречный пейзаж и выдавил такую же фальшивую радость, как и у самого Вэй У Сяня. — Поговорим о самоубийстве? — с отвратительно очаровательной улыбкой спросил он. Только в этот момент Вэй У Сянь понял, что на него до сих пор смотрят… — Почему бы и нет? — через пару секунд молчания пожал плечами Вэй У Сянь. — Ведь это единственное, что мне удалось довести до конца. Осаму Дазай на мгновение прикрыл глаза, продолжая улыбаться. А потом из ниоткуда на столе появились два стакана с янтарного цвета жидкостью и кубиками льда. Первым за выпивку схватился хозяин «добра». Вэй У Сяня на счёт таких вещей никогда дважды просить не приходилось. — За смерть — прекрасную и ужасную, — выдал торжественный тост Осаму Дазай, поднимая стакан, чтобы в тот же момент не менее торжественно стукнуть по протянутому в ответ. Обжигающая жидкость стекла по горлу, заставляя невольно поморщиться. А потом Вэй У Сянь неприлично заржал, слушая вторящий ему безумный хохот. Они нашли друг друга. Не приятели, не друзья, не семья и уж никак не родственные души. Просто два побитых жизнью придурка, у которых больше никого не осталось. . . . И, наверное, никогда не было.