Тепло замёрзших рук

- Не понимаю, как можно кататься на доске без колес, — сказал Реки, ставя на паузу видео про сноубординг. После знакомства с Хасегавой, Каян увлекся просмотром видео, связанных с этим страшным опасным и непонятным, для него, видом спорта. - Мы с мамой скоро поедем в Канаду, можем и тебя захватить, — Ланга с улыбкой посмотрел на приятеля и добавил, — я покажу тебе, что такое сноубординг. Это не так страшно. - Не так страшно? — Реки посмотрел на Лангу, как на психически больного, — твои ноги прикреплены к доске, а она ещё и без колес! И ты говоришь «не так страшно»?! - Если ты согласишься на пару уроков по сноубордингу от меня, то поймёшь, насколько это весело и нестрашно. - А знаешь, — Каян повернулся лицом к другу, — я согласен. *** Начались долгожданные каникулы. Все ученики Окинавы побросали дома свои рюкзаки и побежали на улицу, греться обжигающими лучами солнца. Реки, в это время, о природном тепле мог только мечтать, он взбирается на заснеженную гору со своим другом - Лангой. Под маленькими, привыкшими к теплу ногами похрустывает снег, в лицо дует морозный ветерок, заполняющий все тело холодом. - Бррр, — вырвалось из уст Реки. - Холодно? — Ланга с неким беспокойством посмотрел на друга. - Есть немного, — ответил Реки, а сам про себя подумал «не немного, а очень холодно» - Остановись на секунду, — Ланга подошёл ближе к Реки и натянул шарф друга до носа. Лицо Каяна покрылось невидимой оболочкой тепла, которую он, видимо, очень долго ждал, — вот так лучше. Сейчас будем кататься - согреемся. Через пару минут друзья стояли на вершине горы. Вид прекрасный, все засыпано снегом и кое-где видны еле заметные следы, уже почти покрытых новым слоев из снежинок. - И так, — начал Ланга, — обучение начнем на этой низкой горе, потом перейдем на более высокую. - Низкую?! — чуть ли не выкрикнул Реки, — если это низкая, то я боюсь представить большую. - Ты, как обычно, — Ланга усмехнулся, — бери сноуборд. - Вот так? - Да. Теперь вот так. Да, правильно. Через пару секунд оба были на сноубордах. Ланга вдохнул прохладный воздух, мороз проник внутрь, прожигая все на своем пути, по телу пробежал приятный холод с лёгкими покалываниями. На лице лёгкая улыбка, описывающая все эмоции Хасегавы, он рад такой погоде и шансу покататься вместе с другом. Реки же смотрел на все не с таким восхищением. Холод пробирал до костей, даже теплая одежда Ланги, которая была чуть больше Каяна, не защищала от морозного воздуха. Но холод ещё пол беды, страх - вот это уже проблема. Сказать честно, Реки боялся высоты, только на скейте он перебарывал себя и веселился, не обращая на это никакого внимания, но здесь... здесь тоже доска, но без единого колеса. Страх накрыл Каяна полностью, сердце бешено колотилось, он уже и забыл о стоящем рядом Ланге, который наблюдал всю эту картину: трясущиеся то ли от страха, то ли от мороза ноги, бешено раскрытые глаза и беззвучный крик товарища. - Реки... — сказал вдруг Хасегава, чем вывел Каяна из раздумий про смерть, сломанную руку и позор перед другом, — мы можем вернуться домой, если ты не хочешь кататься. - Что? Нет, нет! — замотал Реки головой, — я хочу прокатиться на сноуборде. - Не врешь? - Нет, — сказал честно Реки, он правда не врал, ведь единственная причина его согласия на эту страшную, для него, поездку - время проведенное с другом. А может и больше, чем просто другом, Реки сам не до конца разобрался в этом. - Ну хорошо, тогда начнем, — с неуверенностью в голосе произнес Ланга. *** Реки кучу раз падал, ударялся, и точно получил не один синяк на свое хрупкое тело, но улыбка с его лица не сходила ни на секунду. Он скатывался с горы снова и снова, смотря на счастливого Лангу, несущегося следом со склона. Сердце билось бешено, но уже не от страха, а от счастья, радости и ещё от чего-то, чего Реки не мог разобрать в самом же себе. И вот очередной спуск, радостный вскрик Реки «Получилось!», звонкий смех Ланги на вид друга, который был весь в снегу. Каян выдыхает в воздух клубень теплого пара и с той же искренней улыбкой падает в пушистые хлопья. Рядом прилёг Ланга, оба смотрели в небо на падающие снежинки. Вскоре, все стало размыленным от кучи снега на ресницах, Хасегава протер глаза и, не отрывая свой взор от неба, со смехом сказал: - Ты такой смешной, когда весь в снегу. - Кто бы говорил, мистер снежинка — Реки наморщил нос из-за приземлившейся на него снежинки. - Может... — Ланга на секунду замолчал и, повернувшись к другу, продолжил, — повторим это когда-нибудь ещё? Реки оторвался от голубовато розового неба и посмотрел на Хасегаву. В заснеженных голубых глазах Ланги была надежда, он ждал, верил, что Каян ответил «конечно» или что-то в этом духе. - Повторим, несомненно, — взгляд Реки снова направился на небо, — ведь это так весело, скатываться по склону, а потом наблюдать за твоей заснеженной фигурой, катящейся вниз. Смеяться и падать в снег, ощущать тепло внутри, когда вокруг холод и морозный воздух. Любоваться тобой в этой прекрасной зиме, ты потрясающий Ланга, я просто влюбился в твой снежный образ сегодня, — Реки замолчал, поняв, что только что сказал. Глаза забегали в разные стороны, сердце забилось ещё сильнее, лицо стало ещё краснее, чем просто от холода. Рыжеволосый закрыл глаза руками, стиснув зубы. «Зачем я это сказал?» - думал в этот момент Реки, сидя закрывшись руками от всего мира, красный, как двойка ручкой в дневнике. - Реки... — немного хриплым от мороза голосом произнес Ланга, — это только что было признание? Каян хотел прямо сейчас провалиться сквозь землю, убежать, скрыться навсегда в лесу. Он только сегодня до конца понял свои чувства к Ланге и вот, уже проболтался, сам этого по началу не заметив. Отодвинув руки от, до сих пор, красного лица, Реки неразборчиво и неуверенно сказал: - Д…н....д...не....да... - Да? — Ланга с той же надеждой, как пару секунд назад, посмотрел на Реки. - Да, — произнес Реки, понимая, что уже не выкрутиться из этой ситуации, бежать некуда, да и если было бы куда, Ланга его бы догнал, — давай останемся друзьями и забудем эту ситуацию, пожалуйста, — добавил Каян, в надежде посмотрев на Хасегаву. - Почему? Мне нравится эта ситуация, — Ланга был на удивление Реки спокойным и говорил эту фразу совершенно серьезно, без единого намека на шутку, — ты такой милый, когда нервничаешь, — уже немного улыбнувшись, добавил Хасегава. - Не говори так! Ты меня любишь только по-дружески, не мучай меня такими фразами, они сердце режут. - А кто тебе сказал, что я люблю тебя только по-дружески? Реки замолк и с непониманием посмотрел в сторону Ланги. Хасегава опять говорил это серьезно, но не этот раз с хитрой улыбкой, затмевающей разум Реки. А кто тебе сказал, что я люблю тебя только по-дружески? А кто тебе сказал, что я люблю тебя только по-дружески? А кто тебе сказал, что я люблю тебя только по-дружески? Фраза Ланги повторялась в голове Каяна снова и снова. Он хотел что-то ответить, но все мысли перемешались и повисла тишина на несколько минут, которую нарушил Ланга: - Я люблю тебя не по-дружески. А как человека с которым готов провести всю свою жизнь вместе, закутавшись в объятия, целуя, гладя волосы. Я люблю тебя, как парня, Реки. - Правда, — голос Каяна дрожал, от чего фраза вырвалось быстро, со странным акцентом — ты не шутишь? - Да, правда, — Ланга падает обратно в пушистые хлопья, накрывая рукой лежащего рядом Реки. По телу каждого пробежало лёгкое тепло от этого прикосновения и вот, они лежат в обнимку, наслаждаясь быстрым стуком сердца друг друга. Реки было как никогда тепло, даже в мороз. Он уже не хотел вернуться в Окинаву, посмотреть на яркое солнце и понежиться в обжигающих лучах, он влюбился в снег, снежинки и улыбку голубоволосого сноубордиста.