Спокойной ночи, Тесей (Goodnight, Theseus)

У Томми перехватило дыхание, когда он услышал шарканье позади себя. Он отдернул руку от кнопки и оглянулся через плечо. Туббо стоял в дверях, заметно дрожа, их взгляды встретились, и Туббо зажал рот рукой, чтобы подавить крик. Они оба слишком хорошо знали эту кнопку. — Томми, пожалуйста, подумай об этом. Ты обещал, что не станешь следующим Уилбуром! — Туббо плакал, отчаяние просачивалось в его голос, когда он следил за каждым движением своего лучшего друга. — О, пожалуйста! Ты не можешь начать! Ты обещал, что не станешь следующим Шлаттом, но посмотри, что мы имеем. Ничего бы этого не случилось, если бы ты не изгнал меня! Я нанес ущерб дому Джорджа, случайно, позволь добавить, и меня, блядь, изгнали? На мой дом нападали больше раз, чем я могу сосчитать, и никто даже глазом не моргнул! — Томми, с маниакальным блеском в глазах, крикнул в ответ, делая драматические жесты руками во время разговора. — Им нужно учиться, Таббо. Уилбур был прав, может, он был чертовым безумцем, но он все равно был прав, проблема в Л’Манбурге. Я — проблема. Так что мы избавимся от обоих, и ты сможешь вернуться в свою дерьмовую счастливую семейку, — Томми тяжело вздохнул и, казалось, стал более здравомыслящим, когда снова встретился взглядом со своим другом, грустная улыбка украсила его губы. — Табс, пожалуйста, просто иди домой, я не хочу, чтобы ты это видел. — Я не оставлю тебя здесь просто так! Я люблю тебя, Томми! Ты стал моим лучшим другом с тех пор, как Фил нашел тебя! Я не позволю тебе потерять все свои жизни ради гребаного народа. Л’манбург не имеет значения, Томс, пожалуйста, мы можем поехать в Сноучестер прямо сейчас и забыть обо всем этом. Я и Ранбу любим тебя, черт возьми, Майкл любит своего дядю Томми, — Туббо изо всех сил пытался достучаться до светловолосого парня, но безуспешно. — Заткнись, Туббо! Я должен это сделать! Ты знаешь, когда Уилбур умер, он оставил мне одну вещь: вся тяжесть его поступков легла на мои плечи! Черт возьми, в действиях всех на этом сервере почему-то виноват я! — Томми опустился на колени, его сильно трясло, он решил, что если ему суждено умереть сегодня, то почему бы не уйти, как его старший брат; поэтично и со смыслом. — Почему все они обвиняют меня во всех своих маленьких неудачах? Как будто я провожу дни, сидя у них на плече, заставляя их совершать поступки, которые в противном случае они сочли бы отвратительными, — Туббо опустился рядом со своим другом, когда Томми заговорил, и притянул его к себе в полуобъятия, пытаясь успокоить их обоих. — «О, Томми заставил меня сделать это!» Я никогда не заставлял никого из них делать что-либо. Никогда! — Томми выдавил из себя слова между всхлипами, встал, с силой вытирая лицо рукавом. — Это дар, который дал мне мой брат. Таббо напрягся, когда более высокий мальчик подошел к кнопке, вскочил на ноги, отчаянно пытаясь остановить своего друга.  — Ты не должен этого делать, Томми! Мы можем просто забыть об этой дыре! Давай жить со мной, мы могли бы, не знаю, зажить вместе, мы можем быть счастливы, Томми! Томми мрачно рассмеялся, глядя на своего друга с безумными глазами. Теперь его было не остановить. — Таббо, я должен это сделать, — вздохнул он, поворачиваясь обратно к кнопке, его ладонь была всего в сантиметрах от нее. — Была такая поговорка, Табс, — глаза более низкого парня расширились, а его кровь похолодела. — Нет, нет, нет, Томми, пожалуйста, пожалуйста, — умолял Таббо. Он бился в истерике, дергал Томми за рукав и бил по коленям в тщетной попытке оторвать его от этой чертовой кнопки. Томми стоял гордо и решительно, его ухмылка спала, а рука подергивалась в предвкушении. — Этого не должно было случиться. Томми нажал на кнопку. Шипящий звук под ними двумя был громким и сильным. Томми засмеялся, хотя по его щекам свободно текли слезы. — Что ты наделал, — с ужасом в голосе прошептал Туббо, глядя на оболочку своего лучшего друга. В глубине души Таббо знал, что человек, на которого он сейчас смотрит, совсем не похож на того мальчика, которого он любил, с которым он вырос. Взрывы продолжались, казалось, целую вечность. Двое стояли бок о бок, один с открытым ртом и глазами, полными скорби, наблюдая, как место, которое он считал своим домом, разрушается в третий раз. Другой стоял во весь рост, ухмыляясь и смеясь, наблюдая, как место, ставшее причиной всех страданий, исчезает в облаке пороха и дыма, сопровождаемое криками ужаса и удивления его обитателей. Томми подошел к краю маленькой комнаты, высматривая кусок, выбитый из стены, и раскинул руки в стороны, повернувшись лицом к все еще шокированному Таббо. — Таббо, есть одна вещь, которую ты так и не смог понять: Я родился не для того, чтобы быть мягким и тихим. Я рожден для того, чтобы этот мир рассыпался и дрожал под моими кончиками пальцев! — Голос Томмиса становился громче с каждым словом. Жители Л’Манбурга смотрели на происходящее снизу, и всех их охватило ужасное чувство знакомости. — Фил… Фил никогда не был моим отцом, он любил Техно и Уилбура всем, чем мог, но для него я был просто Томми! У меня никогда не было той прекрасной семьи, которая была у тебя! А когда тебя не кормят любовью с серебряной ложки, ты учишься слизывать ее с ножей! Я брал всю любовь, которую мог получить, и это сделало меня эгоистом! Я просто хотел быть любимым! Почему они, блядь, не любили меня! — Томми все еще дико ухмылялся, и это пугало Таббо, он не знал, что сказать. Что он мог сказать? — Ну, я думаю, некоторые люди просто рождаются с трагедией в жилах, — Томми рассмеялся, повернувшись к толпе, которая наблюдала за происходящим в ошеломленном молчании. — Вы все этого хотели? Вы все сделали это со мной! Я был ребенком! Но я перестал быть ребенком с тех пор, как вы все решили оставить меня умирать! Я доверял вам всем! — Он глубоко вздохнул. — Это была моя ошибка. Я обязан был знать, что я не какой-то наивный мальчишка, я солдат. Его пронзительные голубые глаза вернулись к Туббо, который всхлипывал, прижавшись спиной к холодным каменным стенам. — Убей меня Таббо. Убей меня сейчас, пожалуйста, — Томми достал меч из инвентаря и бросил его перед Туббо. Туббо посмотрел на своего друга, затем снова на оружие. Он не мог и не хотел так поступить со своим другом. Он изо всех сил тряхнул головой, видя, как потемнело лицо его друга. Томми вздохнул и отошел к краю комнаты, где находилось отверстие в стене. — Думаю, я возьму все в свои руки, — он в последний раз оглянулся на своего друга. — Я люблю тебя, Таббо. Очень сильно. Томми снова повернул голову, игнорируя мольбы, крики и подначки своего друга, вместо этого сканируя толпу в поисках определенного человека и, в конце концов, найдя его. — Техноблэйд! — крикнул Томми, в его голосе слышались безумие и радость. Гибрид пиглина посмотрел вверх, страх и гнев поднялись внутри него, когда он встретился глазами со своим младшим братом. Мальчик, которого он когда-то держал на руках как младенца. Мальчик, которого он обещал защищать. Мальчик, которого он подвел. — Помнишь, когда наш дорогой брат сделал то же самое, что и я сегодня, ты рассказал мне забавную историю, — глаза Техно потемнели, в них появилась паника, когда он понял, что происходит. — Томми, отойди от края, — в голосе Техно прозвучало больше эмоций, чем ему хотелось, но ему было все равно. Он не мог потерять еще одного брата. Томми проигнорировал слова Техно. — Ты рассказал мне историю Тесея. Там была одна часть, которая меня очень заинтересовала: «Он умер в позоре, ненавидимый своим народом». Я думаю, это применимо и здесь. Томми свесил одну из своих ног через край. — Также ты сказал мне, что если я хочу стать героем, я должен умереть как герой. Мой собственный брат сказал мне умереть, — он посмотрел на Техноблейда. — Вот что я вам всем скажу: я никогда не хотел быть гребаным героем, я хотел быть ребенком. Я хотел играть в пятнашки и устраивать ночевки, а не жертвовать двумя своими жизнями в надежде вернуть свой дом! У меня никогда не было возможности быть мягким, я всегда был с окровавленными костяшками, сломанными костями и опасностью! Я никогда не хотел ничего из этого! Никто не успел обдумать его слова, как Томми бросился из комнаты, раскинув руки, как крылья, он падал с улыбкой на лице. Он упал на землю со спокойным видом и слезами на лице. Когда все бросились к упавшему солдату, Техноблэйд одиноко стоял в шоке. Он посмотрел на небо и почувствовал, как реальность всего происходящего поразила его. Он был последним из детей Уотсона. Он остался один на веки вечные, проклиная себя за то, что никогда не воссоединится со своими братьями, ведь Техноблэйд никогда не умирает. Техно опустился на колени и плакал, пока солнце не зашло и лунный свет не осветил новый кратер. Техноблэйд остался один. Он подвел мальчика, которому никогда бы не признался, что любит его так сильно. Он отдал бы свою бессмертную жизнь, чтобы быть с мальчиками, с которыми он вырос. В конце концов он встал и повернулся, чтобы уйти. — Спокойной ночи, Тесей.