"Вы сказали что я..."

      Это был первый поцелуй за их жизни. Первый и настоящий... Но ночь только наступала.       Поддавшись Дейдаре, Тоби повалил напарника на спину не разорвав поцелуя. Оперившись на одну руку, другой сдернул маску и отшвырнул её в сторону. Услышав грохот от упавшего предмета, Дей открыл глаза. Единственный алый глаз смотрел на него. По телу подрывника прошел холодок. Он отодвинул лицо Тоби от себя и отполз немного в сторону. -- Гр*баный Учиха ... -- еле слышно произнес Дей. Он не отрывая глаз смотрел на по его мнению прекрасное лицо Тоби. -- Учиха... -- Я... Я все объясню! ... Н-не уходите... Пожалуйста... -- он боялся, что единственный оставшийся человек рядом мог уйти. Тоби прекрасно знал, что Дей ненавидит клан Учих.       Дейдара был в шоке. Нет-нет! Конечно не от того, что он только что целовал Учиху, а от того что не узнал раньше. Тоби не стал приближаться к напарнику, хоть очень и хотелось. Но Дейдара опередил его намерения. Медленно он подполз к Тоби и уставился на него. Они сидели близко. Чуть больше расстояния, когда они целовались. -- Почему ты смотришь лишь одним глазом? Не уж-то... -- Один... -- Что один? -- Глаз один... И отверстие в маске тоже одно... Логично же.       Больше он ничего не спрашивал. Просто смотрел. Смотрел и пытался разобраться в своих чувствах. Спустя время Дей все же разобрался. Он аккуратно прикоснулся к щёчкам Тоби руками, подвинулся ближе и чуть-чуть потянув руками голову к себе, поцеловал вновь. Ему было всё равно, что он Учиха. Дей полюбил его. И пускай он будь хоть богом, хоть кем, подрывник будет любить его.       Тоби не сопротивлялся. Он даже не шевелился. И не двинулся бы даже если Дейдара захотел ударить его. Когда Дей поцеловал его, Тоби закрыл глаз. Руки дрожали немного, но чуть осмелев он приобнял напарника. Дей был не против что бы его обняли и он с радостью подвинулся ближе. Подвинулся ближе на столько, что уселся прямо на колени к Тоби. Тоби засмущался. И появилось необъяснимое ощущение — напряжения, где-то в паховой части. Вскоре воздух у них у обоих кончился, и они разорвали поцелуй. -- С-семпай... -- Ась? -- В-вы си-сидите на-на-на...       Дей опустил голову и его щёки порозовели. Нет-нет. Они стали алыми. Он и в правду сидел прямо на том месте где располагался половой орган Тоби. Прям на нем. лишь одни только штаны мешали. -- Т-тоби... Я не... Я не... -- А я не против...       Писклявый тон сменился на более грубый. Ничего больше не сказав, он повалил Дейдару на спину и стянул кофту с футболкой, откинув в сторону. -- Т-тоби! Н-нет! -- Обито.. Это мое настоящее имя, дорогуша. -- Да мне насрать! Слезь с меня! Я тебя к черту взорву!       Все угрозы лишь приятное ощущение для Обито. Пускай говорит, что захочет, но водолазка Обито и штаны Дейдары уже были сняты и откинуты в сторону. Обито улыбался, а Дей пытался вырваться. -- Тоби! Обито! Отпусти сукин ты сын!       Но не отпустил. Лишь заткнул, снятой с руки, перчаткой рот. Убрал с лица прядь шелковистых волос. Спустив с ног нижнее бельё, Обито погладил напарника по нежной коже вокруг члена. Дейдара застонал. Обито опустил голову и лизнул головку члена Дейдары. Но подрывник был не из тех, кто быстро сдаётся. Он начал вертеться, пытаясь вырваться, но сильные руки Обито не давали ему это сделать. -- Ох. Семпай хочет повеселиться? -- МмММмм! М! -- что означало " я тебя к чету взорву!" -- А вы игривый, Дейдара-семпай! -- и опять все тот же писклявый голос.       Не дожидаясь ответа Обито ввел первый палец. Дейдара издал стон, который был вперемешку с мычанием. Он чуть пошевелил пальцем и совершенно случайно задел точку. Напарник издал громкий стон и выгнул спину, выплюнув перчатку, приподнялся на локтях. -- Т-тоби... Твою за ногу... Я... Тебя... Ненавижу... Но..       Не дав договорить, Обито ввел второй палец. Дей вновь упал на спину и застонал. Все стоны напарника поднимали уровень возбуждения. -- Ах! Аах... Ненавижу! ... Арх... Но... Л-люблю.. -- Если так, то позвольте сделать то что я хочу. Расслабьтесь.       Чуть подумав подрывник раскинул руки и попытался хоть немного расслабиться и забыть о присутствии двух пальцев в нем. У него получалось. Вскоре за вторым пальцем последовал третий, а за ним и четвертый. Оба оказались в близком положении. Руки Дейдары впивались ногтями в спину Обито, но тут же ротики на ладонях зализывали глубокие царапины. Напряжение достигло пика и уже каждый из двоих готов был кончить, но Обито сжал член напарника у основания и резко вошел в него.       Дейдара завыл. Обито понравилось, как воет и стонет его партнер и вошел на всю длину. Дей выгнулся, но не опустил руки со спины. Первый толчок, а за ним и стон, новые царапины и новое ощущение. Обито остановился, давая привыкнуть подрывнику. Но Дей не намерен ждать. -- Н-ну же! Т-тоби... Не останавливайся! ... -- Обито... -- ещё один толчок. -- Скажите это. И попросите продолжить. Умоляйте об этом. -- Ах! О-обито... Ну же... -- собравшись с мыслями и прогнав свою гордость Дей вскрикнул. -- Ну трахни ты меня, как суку! Давай!       Двое хотели кончить, но слишком Обито медлил, так как очень хотел продлить удовольствие, почувствовать друг друга хоть на секунды больше, тем более у них ещё только пол ночи впереди. Дейдара выгнулся, громко застонал. Огромная волна удовольствия настигла его, сейчас он просто не мог думать ни о чем. Подрывник начал потихоньку возбуждаться от медленных движений рук Обито и постепенно ускоряющегося ритма. Тсукури громко дышал, тихо постанывая. Обито заводился ещё больше от этих стонов, хотя ему казалось, что это уже предел. Обито целовал затылок блондина, оставлял мокрые поцелуи, засосы, не прекращая быстрых движений. Темп нарастал все больше и больше, пока не стал бешеным. Набрав максимальный ритм он нагнулся к напарнику и начал целовать его, наводя ещё больше удовольствия.       Прошло минут пять или десять, а может и больше. Обито кончил прямо в Дейдару, а Дей себе на живот. Оба тяжело дышали. Обито опустился и лег рядом с напарником. Немного отдышавшись они поцеловались. Очень долго и сладко. Они лежали в обнимку, накрывшись первым попавшимся под руку плащом.       Эту ночь они запомнят на всю жизнь. От этой ночи до самой последней смерти.