Если будешь нежным

Тадаши опустился в удобное кресло перед ноутбуком, чтобы посмотреть расписание сеансов в кинотеатре на вечер следующего дня, и, не успев ввести запрос в поисковую строку, остановился. Его взгляд приковала открытая вкладка порносайта. Ямагучи хотел нажать маленький крестик возле иконки, но случайно промахнулся, и на экране появилось поставленное на паузу видео. Парень с красивым подкачанным телом лежал на кровати в неудобной на вид позе. На спине красовался узор из узлов и фигурных переплетений красной веревки, которая опутывала плавными изгибами не только корпус, но и руки. Тадаши знал, что такое шибари, однако истинную красоту этого искусства заметил только сейчас. Ему захотелось увидеть связанного парня в динамике, посмотреть на него с разных ракурсов, полюбоваться телом, все достоинства которого выгодно подчеркивали красные линии. Тадаши нажал на кнопку, и картинка пришла в движение: на ягодицы обездвиженного саба стали один за другим сыпаться удары плетью. Каждый из них сопровождался двумя звуками — звонкими шлепками кожаных ремешков о кожу и тихими возгласами парня. — И что это ты тут делаешь? — вдруг раздался довольный шёпот у самого уха. Ямагучи вздрогнул, инстинктивно захлопнул ноутбук и резко повернул голову в сторону говорящего. Лицо Цукишимы оказалось совсем близко, буквально в паре сантиметров. Тадаши смутился и опустил глаза: — Я и не слышал, как ты вошел. Не подкрадывайся так, пожалуйста, — проговорил он и закусил нижнюю губу. Они жили вместе уже несколько месяцев, но Ямагучи никак не мог к этому привыкнуть. Он засыпал в одной кровати с Цукки, с ним же просыпался и завтракал, целовал его перед уходом на работу, но щеки Тадаши вспыхивали каждый раз, когда Кей вдруг появлялся рядом, заговорчески улыбаясь, как сейчас. Возникающее чувство неловкости напоминало ощущения после первого поцелуя, хотя парни уже давно миновали этот уровень отношений и перешли на более взрослый. — Я кажется задал вопрос, — Цукишима аккуратно приподнял подбородок Ямагучи, заставив того покраснеть ещё больше. — Ты не собираешься отвечать? Со стороны взгляд Кея мог показаться холодным и безразличным, но Тадаши знал, что это не так. В такие моменты веки со светлыми ресницами еле заметно опускались, а брови, наоборот, слегка поднимались, делая выражение лица более мягким. Ямагучи искренне гордился тем, что только он может заметить подобные перемены в Цукки, ведь не было ни одного другого человека, которого бы тот подпустил к себе так же близко. Тадаши растрогался от собственных мыслей, встал с кресла и прижался к крепкой груди возлюбленного: — Я знаю, что тебе не особо нравится обниматься, но я так сильно люблю тебя, — он отчаянно нуждался в ласке, однако боялся показаться слишком навязчивым, поэтому не так часто позволял себе подобные жесты. — И я тебя, — последовал короткий ответ. Цукишима погладил парня по голове, вздохнул и, стараясь звучать невозмутимо, сказал: — Ты так и не ответил мне, поэтому придётся спросить напрямую, — он сделал небольшую паузу, которая выдала его волнение. — Что ты думаешь о видео, которое только что посмотрел? Ямагучи отстранился и испуганными глазами уставился на Кея: — Ты хочешь сделать то же самое со мной? — Да, я бы хотел попробовать, — кивнул Цукишима и положил руку на щеку Тадаши. — Согласишься ли ты на такой эксперимент? Ямагучи замолчал. Он не понимал, чем именно могут нравиться избиения и почему Цукки хочет причинить ему боль, однако не желал расстраивать любимого: — Я, честно, не в восторге от этой идеи, но если тебе хочется меня, эм… — Мне хочется тебя. И это предложение не нуждается в продолжении, — глаза его загорелись, а руки скользнули под чужую футболку. — Прямо сейчас? — Тадаши напрягся и попытался высвободиться, но ничего не получилось. — Я не совсем уверен, что готов. — Умоляю, не заставляй меня ждать, — в голосе Кея появилась приятная хрипотца, исключающая любые сопротивления. — Ты остановишь меня, если не понравится, хорошо? Ямагучи нахмурился, не решаясь ответить согласием. Он мог бы спокойно одобрить тягу партнёра к новым ощущениям, если бы тот дал ему немного времени на подготовку. Тадаши боялся и хотел сказать «нет», но слова застряли в горле, когда пальцы Цукки сжали его ягодицы. Цукишима прекрасно знал, что такими действиями он не оставляет партнеру путей к отступлению. Мысли будущего саба сразу окутал туман, а голова сама собой откинулась в сторону, открывая доступ к шее. Ямагучи просто не умел противостоять желанию возлюбленного. На подсознательном уровне он понимал, что любовь его слепа, и не стоит всегда идти на поводу у Кея, но как можно было прерывать прелюдию? Как можно было намеренно отказаться от беспорядочных прикосновений сильных рук и медленных поглаживаний, после которых всегда следовал жесткий секс? Цукки в постели превращался в настоящего зверя, движимого только лишь инстинктами, но Тадаши это вполне устраивало. Каждый раз в завершение Цукишима мягко целовал парня и хвалил его фразой по типу: «Умница. Ты отлично справился» или «Спасибо, мне было очень хорошо». Только ради этих мгновений Ямагучи был готов по несколько раз за ночь терять сознание от перенапряжения. И дело было не только в жажде нежности, ему хотелось полностью удовлетворить Кея, доставить ему настоящее удовольствие, сделать приятно самому близкому человеку. — Мне нужно в ванную, — пролепетал Тадаши, ощущая нарастающее возбуждение. — Так ты согласен? — ему было необходимо получить разрешение. — Да. Только не переборщи, ладно? — Все будет хорошо, не переживай, — Цукки внимательно посмотрел в полные тревоги карие глаза и коснулся губами лба Ямагучи. — Поторопись. Я буду ждать. Тадаши скрылся за дверью в ванную и замер, переводя дух. И зачем он только согласился на это? Ему ведь совершенно не хочется испытывать боль, тем более от рук Кея! «Чертов соблазнитель! Знает ведь, как меня обезоружить, а я, дурак, не могу его остановить!» — бушевал про себя парень, тщательно подготавливая свое тело к предстоящему акту. Он специально тянул время, но настойчивый стук в дверь заставил Ямагучи выйти из своего укрытия. — Зачем же ты обратно оделся? — усмехнулся Цукишима, мысленно раздевая смущенного парня. — Позволь, я завяжу тебе глаза. Доверься мне. Лишившись зрения, саб почувствовал себя совсем беззащитным. Цукки взял его за руку и медленно повёл в спальню. Тадаши маленькими шажочками последовал за возлюбленным, и немного растерялся, когда тот остановился и сел на кровать. — Сними одежду, — попросил Цукишима, но просьба интонацией больше напоминала приказ. Ямагучи подчинился. — Теперь иди ко мне, мой мальчик, — проговорил Кей, растягивая слова, и аккуратно помог партнеру принять нужное положение — Тадаши животом лежал на его коленях. Цукки, еле касаясь гладкой кожи, провел пальцами вдоль позвоночника, заставив саба вздрогнуть и покрыться мурашками. Ямагучи, конечно, ожидал наличие у партнера веревки, но до последнего надеялся, что та не пригодится. Однако надежды его были напрасны. Уже через несколько секунд предплечья Тадаши были крепко привязаны друг к другу. — Ты выглядишь чертовски сексуально, — прошептал Цукишима, наклонившись к уху парня, и с нескрываемым удовольствием стал гладить его ягодицы. — Ты такой хрупкий и сильный одновременно… Лежи смирно, милый. Сразу после этих слов последовал первый шлепок. Кей задержал руку на месте удара и, убрав её, с упоением посмотрел на красный след в форме ладони. Ему захотелось ещё. Сначала Ямагучи сдерживался и издавал лишь протяжные стоны, подобно тем, что совсем недавно услышал в видео, но с каждым разом Цукишима бил все сильнее, заставляя саба вздрагивать всем телом и вскрикивать от боли. Тадаши терпел до последнего, но когда ощущения стали невыносимыми, он сдался и попросил: — Хватит. Остановись. Кажется, сказанная фраза лишь раззадорила доминанта. — Прекрати! — потребовал Ямагучи, срываясь на крик от очередного шлепка. — Пожалуйста, Кей! Мне страшно! Цукки никак не реагировал на мольбы Тадаши и даже не думал давать тому передышку. — Ты обещал, что остановишься, если мне не понравится! И мне не нравится! Хватит, пожалуйста! — саб дернулся так, что не удержался на коленях партнёра и полетел на пол без возможности смягчить падение руками. Кей быстро среагировал и сумел подхватить парня, предотвратив возможные травмы. — Ну и зачем ты меня поймал? — вдруг возмутился Ямагучи. — Тебе ведь нравится, когда мне больно! Так почему бы не посмотреть на то, как я ударюсь об пол? — Нет, милый, — засуетился Цукки, — я не хотел… Я слишком увлекся. Прости. — Сейчас же развяжи меня! — с раздражением сказал Тадаши, удивившись тому, как грозно прозвучали его слова. Саб был настроен крайне решительно ровно до тех пор, пока повязка не спала с его глаз, а взгляд не встретился со взглядом возлюбленного. Ещё никогда в жизни Ямагучи не видел того столь растерянным и напуганным. Что-то в груди болезненно сжалось, и руки сами собой потянулись к побледневшему лицу: — Эксперимент не удался, — Тадаши, стараясь скрыть мокрые от выступивших слез ресницы, уткнулся лицом в шею Цукишимы. — Ты ведь тоже напугался, верно? — Прости, — проигнорировал вопрос Кей. — Прости, солнышко. Я очень виноват перед тобой. Я был слишком настойчивым и совсем не видел границ, — он крепко-крепко прижал обнаженного парня к себе, продолжая бормотать какие-то извинения. — Все в порядке, — прошептал Ямагучи, наслаждаясь объятиями, — я не злюсь на тебя. Сам ведь согласился на все это, так что, если и искать виноватого, то мы оба подходим на эту роль. — И все же… — начал было Цукишима, но Тадаши не дал договорить, припав к его губам. — Давай забудем этот случай, как общую ошибку, а лучше вытесним его из памяти новыми, уже хорошими, впечатлениями, — он аккуратно толкнул партнера, заставив того лечь, а сам вдруг сел сверху. — Не зря же я себя подготовил, правда? — Ты уверен, что хочешь? — Кею нравилось поведение Ямагучи, но резкий переход от испуга к игривости делал ощущения неоднозначными. — Да, — кивнул Тадаши, восхищаясь собственной наглостью, — только будь более нежным. Ты на мне сзади живого места не оставил. Кожа ужасно горит. Цукки без слов развернул партнера спиной к себе, поставив того на четвереньки. Ягодицы саба сильно покраснели, а в некоторых местах даже полопались капилляры. — Что ты собираешься дел… — Ямагучи вздрогнул от прикосновения горячего языка к саднящей коже, но тут же почувствовал облегчение: Кей подул на влажный от слюны участок. Приятный холодок ненадолго уменьшил жжение и помог Тадаши расслабиться. Цукишима решил воспользоваться моментом и, чуть раздвинув ягодицы, лизнул между ними. — Это приятно? — совсем без стеснения спросил Цукки, повторив действие несколько раз. — Или мне сделать так? — он присосался к колечку мышц.  — Агх, Кей, — простонал Тадаши, не зная, как реагировать на новые ощущения, — мне очень нравится, — он прогнулся в спине и слегка раздвинул ноги, открывая доступ к чувствительному месту. Цукишима никогда не делал ничего подобного, и на контрасте с неудавшейся сессией движения его языка доставляли Ямагучи неописуемое удовольствие. — У меня есть ещё кое-что для для тебя, — прошептал Цукишима, завершив предварительные ласки. — Сейчас тебе будет ещё приятнее. Кей потянулся к прикроватной тумбочке, выудил из неё тюбик смазки и небольшое виброяйцо, проводочком прикрепленное к пульту. Уже через пару секунд пластик, скользкий от лубриканта, коснулся нежной кожи. Оба были в предвкушении, ведь до этого никогда не использовали в сексе посторонние предметы: одно тело доставляло удовольствие другому без всяких приспособлений. Цукишима слегка надавил на игрушку, и та легко проскользнула внутрь. Повернув колесико, регулирующее уровень вибрации, почти до упора, Кей улыбнулся. Ямагучи дернулся, собрал пальцами ткань пододеяльника и, уткнувшись лицом в подушку, стал двигать бедрами вперед-назад. — У тебя так быстро встал. Видимо, тебе очень нравится, — Цукки стал дразнить партнера, поглаживая внутреннюю часть его бедра. — Прекращай уже сдерживаться. Твои стоны — музыка для моих ушей. — Не говори так, — выдохнул Тадаши, — это смущает, — на его щеках появился яркий румянец. — Тогда мне придётся самому заставить тебя стонать, — с наигранным сожалением произнес Кей и прикоснулся к твердеющему члену парня. — Я хочу слышать, что тебе приятно. Цукишима начал плавно двигать рукой вдоль возбужденного органа, останавливаясь на набухшей головке и легонько сжимая её. Тадаши, действительно, не справился с ощущениями и издал протяжный звук, который тут же попытался заглушить подушкой. Ему хотелось растянуть крышесносное удовольствие, хотелось дойти до пика лишь от вибрации и осторожных прикосновений возлюбленного, но чего-то будто бы не хватало. Ямагучи, прерываясь на глубокие вдохи и резкие выдохи, неожиданно для самого себя произнес: — Кей, пожалуйста, войди в меня… — Почему ты этого хочешь? — с некой издевкой спросил Цукки, стягивая с себя футболку. — Я хочу чувствовать тебя внутри, — выпалил Тадаши, и, наконец, повернулся к Цукишиме. — Пожалуйста, любимый. Кей и не думал отказываться. Тянущее чувство внизу живота уже давно мучало его, однако он терпеливо ждал готовности партнера. Цукки приставил член к столь желанной дырочке, и вдруг спросил: — Ты растянут? Нормально, если я сразу вставлю? — он решил, что отныне всегда будет прислушиваться к мнению партнера. Вместо ответа Тадаши сам подался бедрами назад. Цукишима позволил парню насаживаться на свой член в свободном темпе, останавливаться и постепенно привыкать к длине. Ему, безусловно, хотелось взять инициативу на себя, но сегодня с его стороны и без того было слишком много доминации. — Мне так хорошо, — слова Ямагучи превратились в довольный стон. — Поцелуй меня и начни двигаться. Кажется, я скоро кончу. Цукки с жадностью припал к губам партнера и одним толчком вошёл в того до конца. Да, именно этого хотел Тадаши. Ему нравился этот быстрый рваный темп, хаотичные прикосновения к спине, шее, рукам. Само осознание физической близости с возлюбленным уже заставляло закрывать глаза от удовольствия, что уж говорить о приятном ощущении наполненности во время секса. Вибратор внутри продолжал работать, стимулируя обоих. Тела стали липкими от пота. Ямагучи даже не задумывался о громкости своего голоса, он слышал лишь сбившееся дыхание Кея и ритмичные шлепки, с которыми тот вбивался до упора, каждый раз нажимая на чувствительную точку внутри. Тадаши почти лишился рассудка, когда дошел до пика без использования рук. По его телу прошла дрожь, а конечности на мгновение ослабли, не удержав хозяина. Ямагучи рухнул на постель тяжело дыша. — Ты в порядке? — в голосе Цукишимы слышалось беспокойство. — Устал? — Совсем немного, — стараясь унять дрожь, произнес парень. — Ты можешь продолжать, только выключи эту штуку, она сводит меня с ума. Цукки выполнил просьбу партнера и аккуратно вынул приборчик. Тадаши ожидал, что Кей сразу набросится на него, как это случалось обычно, но вместо привычной резкости последовали медленные размеренные движения. Казалось, член стал проникать еще глубже, чем прежде, касаясь каждой клеточки внутри. От этих ощущений хотелось сбежать, но не потому что было больно или неприятно, а потому что было слишком хорошо. Он и сам не до конца понимал, чего именно хочет: бесконечного продолжения или немедленного прекращения. Еще никогда в жизни Ямагучи так не наслаждался процессом. — Я могу кончить в тебя? — Цукки обжег шею парня горячим дыханием. Тадаши кивнул и, привстав на локти, потянулся за поцелуем. Языки тут же сплелись, и Кей ускорился. Тихие стоны тонули в поцелуе, а все мысли растворялись в волнах удовольствия. Несколько быстрых движений бедрами, и оба свалились без сил, тяжело дыша. Цукишима прижал Ямагучи к себе и вместо привычной похвалы прошептал тому в самое ухо: — Мне достался самый лучший мальчик на свете, а значит я должен тебя беречь. Впредь я буду внимательнее, обещаю. Ведь я очень сильно тебя люблю. — Говори так почаще, — улыбнулся парень, пристально глядя в глаза возлюбленного, — порой мне очень не хватает твоей заботы. — Я постараюсь исправиться, но и ты делись со мной своими желаниями, — он укрыл Тадаши и сам залез под одеяло. — В таком случае, я хочу заснуть в твоих объятиях, а еще… — в глазах блеснули дьявольские огоньки, — в следующий раз мы попробуем шибари. Но только если ты будешь таким же нежным.