Взаимное недопонимание

Ветинари был живое воплощение хладнокровия. Сложив пальцы вместе, он пристально смотрел на замершего по стойке смирно Ваймса. Ваймс был безмятежно спокоен. Выпрямив спину и выпятив грудь, он равнодушно смотрел в стену. Это не могло закончиться хорошо. *** - Вы не вмешиваетесь в дела гильдии. - Сэр? - И никто из ваших людей не вмешивается в дела гильдии. Голос Ветинари так холоден, что Ваймс понимает — Ветинари практически в бешенстве. И Ваймсу это нравится. Искушение посмотреть в глаза патрицию становится практически невыносимым — Ваймс очень хочет запомнить, как Ветинари выглядит именно в тот момент, когда находится на грани, скажем так, раздражения. Тогда торжество Ваймса будет полным, ведь Ваймс знает, что со своим предупреждением Ветинари опоздал - он уже вмешался в дела гильдии воров. И ещё как вмешался. Уголки губ дергаются, когда Ваймс пытается не выдать себя усмешкой. Это становится его главной ошибкой — подобное не может ускользнуть от внимания Ветинари. Патриций рывком поднимается из-за своего стола и, подойдя к Ваймсу, замирает, тяжело опираясь на трость. - Не говорите мне, что вы уже сделали это. - Хорошо, сэр. Не скажу, сэр. Ветинари стоит прямо-таки непозволительно близко. Кажется даже, что Ваймс через слои стеганой одежды чувствует тепло тела. Ха, а он-то думал, что Ветинари хладнокровный как змея. Ветинари медленно выдыхает, на долю секунды закрывая глаза. - Очень надеюсь, что ваш ответ означает «нет, ваша светлость, я не лез не в свое дело». - Сэр. Желание увидеть выражение лица Ветинари, когда тот поймет, что Ваймс уже нарушил запрет, который ему только что озвучили, слишком сильно. Ваймс мельком бросает взгляд на Ветинари и понимает две вещи. Первое — теперь он знает, что ответить на вопрос «кто такой Хэвлок Ветинари», если его когда-нибудь спросят об этом. Ветинари — клинок. Клинок из лучшей закаленной стали. Ваймс не умеет обращаться с таким оружием. Дубинка или короткий меч с рукоятью, оплетенной кожаными лентами, — вот что пристало руке стражника, а вовсе не завораживающие, смертоносные лезвия, на поверхности которых змеятся узоры сплава. Второе, что понимает Ваймс — что он пропал. Он не может отвести взгляд. Ветинари глубоко дышит носом и смотрит на Ваймса в упор с таким пристальным вниманием, что этим взглядом можно плавить металл и прожигать дыры в плоти. Будь на месте Ваймса что-то легковоспламеняющееся — от него остались бы только хлопья пепла. *** В одной из вселенных Ваймс и сам не заметил, как умер. Только что он стоял рядом с Ветинари, готовясь сгрести его в охапку и, прижав к себе, впиться в губы неуклюжим, пылким поцелуем, — и вот он уже смотрел сверху на свое лежащее ничком тело, на расплывающуюся по паркету лужу крови. В этой вселенной патриций тщательно вытер стилет носовым платком, прежде чем спрятать его в складках черной мантии и позвонить в колокольчик. - Стукпостук, будьте так любезны, решите этот… вопрос, - и только очень, очень чуткий человек мог бы услышать в голосе патриция досаду. Ведь, пожалуй, он был бы не против. Да, однозначно, не против. Грубоватая харизма и невыносимое упрямство командора некоторым образом притягивали — с этим он поспорить не мог. Однако начинать с подобной грубости… ох, командор Ваймс проявил возмутительную беспечность. Ему следовало быть осторожнее, он же не мог не осознавать, что Ветинари не из тех людей, которые позволят обращаться с собой подобным образом. Стоило Ветинари ощутить самый слабый намек на возможную опасность — тело среагировало прежде, чем он осознал, что командор Ваймс просто в очередной раз проявил свою фирменную вспыльчивость. *** В другой вселенной Ваймс, едва ринувшись вперед, хватается за бок. - Твою ж!.. - охает он, на краткий миг ослепленный вспышкой боли. Ветинари тотчас выпускает из рук трость и подхватывает Ваймса под локоть, помогая сесть на стул для посетителей, который Ваймс обычно игнорировал. Узкое лезвие стилета стремительно исчезает в складках темной мантии, будто его и не было. - О, прошу прощения, командор, - к величайшему удивлению Ваймса вместо того, чтобы добить его, Ветинари лишь смотрит на Ваймса со смесью растерянности и досады. - Рефлексы, вы понимаете. Не переставая зажимать кровоточащую рану, Ваймс кривится: - Если хотели меня убить, надо было целиться левее. Он считал, что готов к тому, что однажды кто-то из них попытается убить другого, однако теперь, когда это наконец произошло, Ваймс практически разочарован тем, что с такого близкого расстояния Ветинари умудрился промазать. - Если бы я хотел вас убить, вы были бы уже мертвы, - патриций улыбается безмятежно, однако Ваймсу кажется, что Ветинари намеренно не смотрит на него и это кажется не менее тревожащим, чем просачивающаяся через ткань дублета кровь, - сегодня на вас нет даже доспехов, вы смехотворно беззащитны. А так - это всего лишь царапина. Глубокая, но царапина. - Спасибо хорошим ужинам, - хрипло смеется Ваймс, щипая себя за живот, - и обедам. И завтракам. Не так-то просто пропороть всё это, да? - Еще раз приношу свои извинения. Я слишком бурно отреагировал на ваш порыв. Это не делает мне чести. Просто вы весьма… темпераментны. Это обескураживает. Будь вы несколько тактичнее, моя реакция была бы более… благосклонной. Впервые на памяти Ваймса Ветинари выглядит в некоторой степени смущенным, и теперь он уже ошибки быть не может — Ветинари совершенно определенно отводит глаза, и это заставляет Ваймса напрячься. Может быть сейчас патриций всё-таки изменит свое мнение и материализует новое оружие, чтобы предоставить Ваймсу удар милосердия и избавить от чрезмерного количества слишком уж личной информации? В воздухе повисает предельно неловкое молчание. Словно ушел какой-то очень удачно сложившийся момент, и Ваймс не уверен, что знает, как его оживить, как вернуть разговор к тому, с чего он начался. Глубокая царапина на боку ноет. Ветинари выпрямляется и протягивает Ваймсу руку: - Сможете идти? Мне кажется, необходимо наложить швы. «Поверьте, я действительно не хотел» - читается в его взгляде. - Это всего лишь царапина, - Ваймс хмурится в ответ, но берется за протянутую ладонь. Узкую, тонкую и неожиданно теплую ладонь. «Иного от тебя и ожидать нельзя» - Буду ждать вас с отчетом об обстановке в городе только после того, как швы снимут. «Будьте аккуратнее в следующий раз» - Как скажете, ваша светлость. «Ты знаешь, что не буду» P.S. В третьей версии вселенной Ветинари, получив короткий и сильный удар в солнечное сплетение, согнулся пополам, выпуская из пальцев стилет. Человек, надеющийся выжить в Тенях, должен развить хорошие рефлексы и быстро реагировать на любую угрозу. А Ваймс очень хотел выжить.