Небыль
Я поднял взор, смотря, как чахнет небо, Затянутое дымом, пеплом, мглой. Картине б этой дал названье «Небыль», Да сам не знаю, мёртв я? Аль живой? Мне чёртов кашель рвёт больную глотку, И под банданой всё трудней дышать. Ох, дай Господь мне наглости щепотку — Я по карманам начал бы шмонать. Собачий холод, дрожь бежит по коже, Глаза с трудом, но всё же режут даль. Внутри покоя нет: всё давит, гложет. И есть ли в этой присказке мораль? Пробьёт озноб — поёжусь, но обратно Не поверну, не спрячусь, не проси. Ты не вернёшь мне, дрянь, живого брата, Не вынешь плоть родную из земли. Ты не послушаешь, не дашь второго шанса, Ты не прощаешь резкие слова. Я всё равно потребую реванша, Хоть моей грубостью и сыта ты сполна. Руби меня, ломай, топчи ногами, Упрись мне дулом в спину, не тяни, Хоть леску перекинь, души руками, Я сплюну кровью: «Жди меня, моли!» Рубец через губу — твоя расплата, Оставленная тварью с тех болот, Где он лежал, вдыхая химикаты, И ожидал, что кто-то да придёт. Я помню дикий взгляд и запах смрада, Утробный рёв, голодные глаза. И рвать ей грудь была души услада, Как для гюрзы, кусающей врага. Тогда уж было поздно, и сейчас Он предо мной! Лежит, взирая грустно. И чувствую: огонь во мне погас, Вокруг меня теперь темно и пусто, И говорить так тяжко без прикрас. Его уж нет, и только лишь видение Идёт за мной, шагая по пятам. А в голове господствует сомнение, И хочется спросить: «Ну как ты там? Ты забери меня с собою, приведение. С тобой агонию поделим пополам!» Ты не ответишь. Я уже привыкший. Лишь соберусь, окину взором гладь Лихих топей, где каждый труп — остывший. Никто из них не жаждал умирать, Но что поделать! Мир давно прогнивший. Здесь за копейку будешь подыхать. За сто рублей — держи на страже ухо, Коль артефакт — приятель, убегай! Здесь уж давно в душах темно и глухо. По грязным правилам попробуй не сыграй: Тебе животные умело вскроют брюхо, А там уж, братец, тихо помирай. И что случилось с нами? Я не знаю. Не знаю, почему среди руин Всю человечность быстро растеряли И воплотили уйму тех картин, Где парни молодые умирали, Где не найти ухоженных могил. Где человек страшнее твари дикой, Где брату брат вонзает в спину нож, Где веры тень, холодной и двуликой, Зовёт туда, откуда не уйдёшь. И даже крест не скрасить мне гвоздикой, Её здесь, старина, ты не найдёшь.
