И только птицы живут без забот

      Эндрю был человеком слова, и Ваймак ни раз в этом убеждался, но в этот раз он почему-то сильно за него переживал. Как бы тренер не возмущался, что ему не доплачивают за решения их проблем и прочее, он всё-таки привязался к ним, а особенно к Миньярду, который много раз помогал ему. Ваймак позвонил ему, но трубку поднял Ники и сказал, что Эндрю в общежитии нет, а телефон он оставил ещё днём. Оставалось только надеяться на сознательность этого парня.       Миньярд же в это время себя не жалел. Терпеть всю эту боль было уже невыносимо и он решил помочь себе алкоголем и наркотиками. Добравшись до первого попавшегося бара он обосновался там, но не надолго. Вскоре выпивка там ему надоела и он продолжил свой маршрут. В это время он все ещё находился в сознании и ненавидел себя за это. Пока он мог контролировать себя, каждая его клетка помнила Нила и его состояние, заставляя парня страдать. Алкоголь как на зло не помогал. Миньярд уже возненавидел себя за то, что так устойчив к этому напитку.       Следующий бар он выбирал уже по принципу известных ему. До "Райских сумерек" было далеко и он бы не добрался, а ехать на машине по темноте не хотелось, поэтому он выбрал знакомую забегаловку недалеко от стадиона, в которую после игр любили заходить фанаты, чтобы отметить победу команды. Лисы туда почти не сувались, но Миньярд давно приметил это место.       Придя туда, он начал сначала чуть ли не литрами пить алкогольные коктейли, всаживая все свои деньги. Даже после кучи выпитых им шотов, бокалов и стаканов, он все ещё видел перед глазами Джостена, беспомощно лежавшего на больничной койке. Только теперь из-за нетрезвого состояния он и правда его видел. А это ему было не надо. Хотелось расслабить, отключиться. Тогда он принялся торговаться с барменом.       Уже упоминалось, что парню было знакомо это место. Он знал, что здесь можно приобрести волшебный порошок, который сейчас был ему очень нужен.       Поторговавшись с барменом, он на последние деньги, которые у него были с собой, взял достаточно большой пакетик с веществами и хотел принять их прямо там, но бармен выгнал его, опасаясь, что если у того будет передозировка, это заведение могут закрыть.       Миньярд без сопротивления вышел и отошёл на несколько метров, садясь на ближайшую скамейку. Далеко идти он не хотел да и не смог бы. С каждым шагом картинка Нила перед ним была все ярче, а сердце болело все сильнее.       Недолго думая, он высыпал все на скамейку и, скрутив однодолларавую купюру, употребил белый порошок. Он не задумывался о последствиях, о количестве, он хотел потерять себя. Ничего не помнить и забыться хотя бы на пару часов. Вскоре в глаза парня все поплыло и закрутило живот. Он не успел ничего толком предпринять, как его начало выворачивать. Он сидел на земле, держась одной рукой за скамейку, и его рвало на ту же землю без остановки. Зрачки сузились до невозможно и парня начало бросать в жар и холод. По рукам, а после и по всему телу прошла дрожь и Миньярд потерял сознание.

***

      — Слушаю... — В трубку раздался сонный голос тренера. Видимо его разбудили, хотя оно были и понятно, ведь на часах было четыре утра.       — Тренер, — в ответ послышался такой же сонный голос Ники, но его тут же перебил Кевин, который видимо бодрствовал, ведь сейчас почти кричал.       — Тренер! Срочно! Нам только что позвонили на телефон Нила и сказали, что Эндрю в больнице!       — И вы позвонили мне только за этим? Вы прекрасно знаете, что он переживает за Нила, отстаньте от него, — только Ваймак собрался скинуть звонок, как Кевин продолжил кричать.       — Вы не понимаете, его туда привезли с передозом!       — С чем?! — Тренеру не потребовалось и секунды, чтобы опомниться и буквально подскочить с места.       — С передозом! Нам позвонили на телефон Нила, потому что он был вложен в кошелек Эндрю и сказали, что он сейчас в больнице.       — Идиот... Так и думал, что он что-то натворит... Я скоро буду.       Ваймак сбросил трубку и начал быстро собираться. В голове у него уже была построена картина всех действий Миньярда. Как он выходит из больницы и решает унять боль наркотиками и, чтобы эффект точно был, принимает слишком большую дозу. Как он лежит в каких-нибудь кустах без сознания и еле дыша. Во всем этом Дэвид чувствовал вину, ведь, если бы он запретил тому уходить, он бы остался.       Уже через пятнадцать минут тренер был у общежития, где его так же уже ждали напуганный Кевин и сонный Ники. Они быстро сели в машину и поехали в небезызвестную больницу.       — Может объясните получше, как это произошло?       — Я же уже говорил, — нудно начал Кевин, как будто объяснял это уже в сотый раз, — нам позвонили на телефон Нила, потому что нашли его записанным на бумажке в кошельке Эндрю и сказали, что его привезли туда с передозом. Кто-то вызвал скорую, когда увидел парня без сознания, а там уже выяснилось.       — Ясно все с ним.       Дальше они ехали молча. Сказать было нечего и для музыки было как-то рановато. Вскоре однако тишину нарушил храп Хэммика, который уснул, уткнувшись лбом в переднее сидение.       — Напомни, зачем ты взял с собой его? — Ваймак показал на Ники.       — Он сказал, что они с Эндрю родственники и все такое, поэтому он тоже должен поехать. Я пытался его отговорить.       — Плохо пытался. Пусть в машине спит.       Вскоре они подъехали к зданию больницы и вышли из машины, оставив Хэммика там. В соседней палате с Нилом лежал Миньярд. Цвет лица был нездоровый, а взгляд пустой. Рядом с его койкой стоял тазик, в который парня кучу раз вырвало. Когда туда зашли тренер и Кевин, он попробовал сесть, но тут же лёг обратно, наклоняясь у тазу.       За пару секунд, что Миньярд видел их лица, он заметил явное недовольство у обоих. Первым начал Ваймак.       — Эндрю, ты совсем ополоумел?! Страх потерял или жить надоело?! — Тренер начал подходить к нему, но Кевин его остановил, положив руку на плечо.       Миньярд молчал. У него просто не было сил, чтобы что-то говорить. Тишина продлилась около пяти минут, пока он наконец не смог медленно сесть и просмотреть на гостей. Мокрые волосы прядями свисали на лицо, щеки немного осунулись, а под глазами были синяки. Руки дрожали и парень с большим усилием мог сидеть ровно, не падая вперёд. Такой была его плата за несколько минут без мыслей о Ниле.       Тренер с Кевином переглянулись и подошли к нему, ободряюще хлопая по плечу. Тот никак не отреагировал. В это время в комнату вошёл врач, который и объяснил им всю ситуацию.