i don't know love/twinkle

Самое обычное утро. Этим днём я должна была пойти со своей подругой Мэй в музей и, конечно, как всегда, не хотела идти, но бесконечная вибрация телефона не давала мне поспать. В конце концов, я взяла трубку. *** — Алло, — сонным голосом отвечаю я. — Только не говори, что ты спишь. Я же тебя предупреждала! — раздался обидчивый голос Мэй — подруги детства. Она переехала из Китая в Южную Корею. Её отец директор академии «СПМК», что означает «Свобода, Позитив, Мэй, Коварство». Да уж, он человек с юмором, а ещё он производит машины. В прочем, характер у Мэй непростой: сексуальная, милая, добрая, ранимая, вспыльчивая. Но не со мной: беззащитная, из-за чего её легко изнасиловать и побить, но не подумайте, что она легкодоступная. — Нет, конечно, ты о чём? Я уже встала и поела, просто не могу решить, что надеть. — Ну смотри у меня, я уже у твоего дома. Сейчас зайду. Мэй отключила трубку, а я быстро встала с мягкой кровати и побежала умываться. *** Сурин не блещет умом и смелостью, но красота, трудолюбивость и самозащитность у неё всё-таки есть. Неделю назад она подралась с парнем из-за того, что тот приставал к официантке в кафе, в котором Сурин отдыхала. Вот сейчас, она стоит у зеркала и замазывает синяк, который получила, когда ударилась об стол в кафе. Быстро умывшись, она побежала к себе в комнату. *** — Сурин, я пришла, — крикнула только что вошедшая подруга. — Здравствуйте, госпожа Ынбёль, вы с каждым днём хорошеете, — сказала она к уже привычной и уютной домработнице. Она работает тут уже десять с лишним лет. — Здравствуй, Мэй, ты так говоришь, как будто сама не хорошеешь, — мило улыбнулась домработница. — Сурин у себя в комнате. Они обменялись взаимными взглядами и улыбкой, после чего Мэй побежала наверх по лестнице. Я и вправду вышвырнула вещи, дабы найти, что надеть. *** — Господин полицейский, вы должны понимать, что моя дочь не виновата. Она всего-то хотела помочь беззащитной девушке, — разговаривал отец Сурин. — Я всё понимаю, но поступок, который она совершила, тоже непрост. — Ладно. Что вы хотите от нас? — Госпожа Сурин должна отработать своё наказание в ресторане. — Ладно, только не относитесь к ней, как к грязнокровке. — Не волнуйтесь, господин Хан. Этот ресторан очень элитный, как и ваша семья. Неделю спустя я устроилась в тот самый ресторан. Конечно, я не одна, Мэй решила помочь мне, когда мой отец сообщил об отработке. Сегодня мы с ней остаемся на ночную смену, не думаю, что этот ресторан по ночам такой же красивый. Тут готовят еду со всего мира. Например французскую еду готовит Мишель Фридрих, молодой, подтянутый парень из Франции. Мне очень близка повариха из Швеции, Агата Ким. Она очень милая и отзывчивая, всегда помогает нам с Мэй. Ресторан днём и ночью полон людей, ну, конечно, кто бы отказался покушать в таком элитном месте. Владелица этого ресторана, Ким Мари, богата и красива. Я бы соврала, если бы сказала, что это место не приносит мне удовольствие. Я с Мэй работаем официантками, иногда нам говорят помогать поварам, а ещё вдобавок нас оставляют по ночам, как сегодня. На улице лило, как из ведра. Не сказать, что я испугалась, но вместе с дождём силилась гроза, что сильно напугало Мэй. Да, она боится грозы, потому что в день, когда умерла её мама началась сильная буря, которая теперь стала плохим знаком для Мэй. Мы взяли тряпки и швабры и принялись убираться, чтобы поскорее уйти домой. В ресторане никого не было кроме нас. Тут послышались шаги от туфлей. — Сурин, мне страшно, — прошептала Мэй и сжала мою ладонь. — Не волнуйся, я всё улажу, — я взяла швабру и встала около поворота у стены. Шаги приближались и приближались. Когда я увидела туфли у своих ног, то быстро ударила это существо шваброй. — Где я? — начал мямлить парень, который проснулся 15 минут спустя. Его пухлые губы сразу привлекли внимание. Брюнет был одет богато и со вкусом. Ну да, на его чёрной головушке теперь красовалась шишка, которую ему оставила швабра, но фактически я. Мне было стыдно признавать, что эта шишка из-за меня. — Я сама не понимаю, что вы тут делаете, — грозным голосом ответила я. — Я… дайте воды, — умоляюще подал он руку. Мэй тут же налила воду в хрупкий стеклянный стакан. — Ну, теперь-то расскажете? — Я пришёл забрать документы мамы, потому что она попросила, но о вас она не сказала. — Нам тоже про вас ничего не сказали. — Сурин, ну всё, мы же уже закончили убираться, пошли кушать. Я хочу устриц, — жалостливо умоляла Мэй, её живот начал урчать. — Давайте я вас угощу. Я знаю отличный ресторан помимо этого, — вздохнул парень. — Только не смейте говорить моей маме, что я ужинал в ресторане. — Ладно платите вы. — Я Сокджин. — Мэй, а это несносная — Сурин, — представила подруга нас обоих. Когда мы вышли из ресторана, Сокджин открыл свою машину и пригласил съесть, ну, что поделать, мы сели. Всю дорогу я молча наблюдала за Джином. — Долго пялиться на него будешь? У тебя скоро глаза выкатятся, — шёпотом предупредила Мэй, и правда, мы ехали почти час, всё это время я смотрела только на него. Машина остановилась около большого кафе… хотя больше это было похоже на пентхаус. — Мы приехали, — улыбнулся Джин и вышел из машины. Мы пошли следом за ним. Я думала, что я тут вообще забыла и как оказалась в этом месте. Со своими дурными мыслями я споткнулась об железку. — Чёрт тебя побери, — прошипела я, сидя на полу. — Сурин, ты что выпила от печали? — удивленно сказал «дорогой Джинушка». Ну уж нет, я могу потерпеть всё что угодно, но такого отношения к себе — нет. — Да, перебрала, когда в баре сидела, — а что я ожидала? Грубо вести себя с людьми я ни капельки не умею. Мы вошли в огромное здание, людей тут было немного. Сокджин пошёл и сел за столик около окна. — Что вы будете есть? — спросил Джин. — Устрицы, бургер без горчицы и коктейль Кровавая Мэри, — продиктовала Мэй. — Я буду жареный стейк, острые овощи с рисом и кофе с молоком и сахаром, — сделала остановку, — а ты что будешь? — Тоже, что и ты, — сказал парень, подзывая официанта. Когда он к нам подошёл, я увидела знакомое лицо. — Ты? — воскликнула я.