Кошмары во сне и наяву
3 июня 2021 г., 21:36
Скуталу лежала под кучей старых, пожелтевших, рваных газет, заменявших ей одеяло вот уже целую неделю. От холода и ветра они плохо защищали, но всё же какая-то защита была. Скуталу не любила свою коробку — от дождя она защищала плохо, от холода тоже, да и услышать маленькую пегаску в ней в полне было возможно, если бы сюда кто-то ходил, конечно. Однако выбирать маленькой, но смелой рыжей пегасёнке не приходилось… Все же, в ту ночь всё было иначе. Уже несколько дней она чувствовала себя плохо, о чём не говорила даже своим лучшим подругам- Искателям Знаков Отличия. Холод сковывал маленькое пегасье тельце. Заставлял оперение топорщиться, лишь бы сохранить тепло. Дыхание выходило с большим трудом, а в завершении ко всему голова Скуталу начала дико кружится и болеть. Вскоре Скуталу провалилась в сон. Сон, который навалился на неё тяжёлым грузом, словно мешок с песком, наступил так неожиданно, что Скуталу даже не успела заметить момент, когда она уснула. Вот и подошёл к концу ещё один тяжёлый день.
***
Скуталу лежала в постели. Все вокруг было мрачно, весь окружающий мир виден как через коричневое стекло… Все мутно. Через эту мрачную пелену Скуталу заметила Рейнбоу Дэш. Она что-то ей кричала, но Скуталу не слышала. Рейнбоу стояла на месте, но её голос со временем становился все громче… — Мне это уже надоело! Ты три месяца лежишь в постели… — и громче. -…а твое состояние не улучшается! — и громче… — А мне еще нужно ходить на тренировки Вандерболтов, но вместо этого я вожусь тут с тобой! — голос стал настолько громким, что больно бил по ушам пегаски. — Все! С меня хватит. Я больше не собираюсь быть сиделкой такой обузы как ты! Разбирайся с этим сама, как хочешь! Бывай! Скуталу ужаснулась: расплывчатый образ Рейнбоу все отдалялся. Вскоре, он совсем исчез, а в воздухе эхом проносились ее слова. Разбирайся с этим сама… С такой обузой, как ты… С меня хватит… Обуза, обуза, обуза… Хватит, хватит, хватит… Бывай, бывай, бывай… — НЕТ! — не выдержав пресса гуляющих эхом слов, крикнула Скуталу, но ее голос утопал в этом шуме ранящих сердце слов. — Рейнбоу, не уходи! Пожалуйста, не оставляй меня! Рейнбоу, мне страшно! Рейнбоу… пожалуйста… ОБУЗА ОБУЗА Обуза обуза…***
Доктор Уайт Хуффингстон исчез в двери процедурной. Туда же время от времени забегали пони в белых халатах, которые заносили какую-то странную и непонятную апаратуру. Рэйнбоу Дэш очень просила, чтобы её пустили к сестрёнке, но доктор Уайт Хуффингстон только ответил, что она будет мешать врачам. Понимая, что это правда, Рэйнбоу Дэш села у кабинета и с надеждой стала смотреть на дверь. Рядом с нею были Твайлайт, отец с матерью, прибежавшие Эпплблум и Свити Бэлль со своими сёстрами, Флаттершай и даже Пинки, принёсшая с собой торт для поднятия боевого духа Скуталу. — Рэйнбоу… — Винди положила копыто ей на плечо. — Это я виновата… — сказала Дэш. — Это я виновата, что Скуталу сейчас там. О, сёстры, почему? Почему я раньше не спросила её о родителях или о доме? — Тогда и нас можно винить, — сказала Эпплблум грустно. — Мы тоже никогда не видели её родителей, а когда недавно Скуталу начала себя явно плохо чувствовать, мы не обратили на это внимания до сегодняшнего дня. Эпплблум виновато опустила мордочку в пол. — Какой из меня после этого лидер Искателей? После того, как доставили Скуталу прошло не меньше двух часов. Два часа прошли в неизвестности. Эпплблум и Свити Бэлль, винивших во всём себя и чуть не рыдающих увели их сёстры, Флаттершай улетела с ними. Пинки сказала, что не может на это смотреть и тоже ушла. Именно ушла, опустив мордочку, а не ускакала как обычно. А Твайлайт улетела, сказав, что прилетит завтра, чтобы узнать как дела у Скуталу. Даже родители Рэйнбоу собрались улетать. — Тебе нужна наша помощь? — спросила Винди. Рэйнбоу отрицательно помотала головой. — Я лечу к Мэру! Пусть она уже спит, но я её разбужу. Завтра с утра скуталу больше не будет сиротой! Рэйнбоу кивнула с натянутой улыбкой. Почему-то она сама до этого не додумалась. «Да, мама права! Я еще давно обязала себя взять Скут под свое крыло! Теперь все будет по-настоящему!» Вскоре Боу Хотхуфф и Винди Вислз улетели, а Рэйнбоу только подошла к окну и взглянула на усыпанное звёздами небо. И вдруг в мыслях появилось одно воспоминание…***
Рейнбоу была еще совсем маленькой, когда она впервые поняла, каково это — потерять близкого пони. Она очень любила своего дедушку, но вчера он скончался от сердечного приступа. Это был удар для всех, но для Рейнбоу сильнее. В ту ночь она не вернулась домой. Она сидела в облаках, со слезами глядя в звездное небо. — Почему?! Почему ты нас оставил?! — словно у небес спрашивала маленькая Дэши. — Ты знаешь, как мне тяжело без тебя сейчас? Мне очень больно осознавать… что ты не вернешься… Не посмеёшься, встретив меня… Это несправедливо! Маленькая Дэш ударилась в слезы, но тут ее обнаружила ее мать, Винди. Она понимала, почему плачет Рэйнбоу, и она знала, как ее поддержать. Подлетев к ней, она устремила взор на звездное небо, вглядываясь в каждую блестящую точку. — Смотри… — сказала она, указав на небо. — Это просто звёзды… — сказала Рэйнбоу, еще не успокоившаяся от слез. — Как они могут помочь? Винди грустно улыбнулась дочке. — Это не просто звёзды, — сказала она. — Это души умерших пони. Когда пони умирает, его душа отправляется на небеса, а оттуда они созерцают нас в виде звезд. И я уверена где-то там в вышине есть и твой дедушка. — Правда?! Дедушка, это правда?! — встревожилась маленькая пегаска. — Дедушка, пожалуйста, дай хоть знак! Была ли это случайность, или действительно знак, но в этот момент одна из звезд заиграла чуть ярче. И тогда в сердце пегаски появилась надежда! И весь мрак отступил, ведь она поняла, что дедушка все еще рядом. — Мама, смотри! Вот он, мой дедушка! — радостно восклицала Рэйнбоу, тыкая копытцем в одну ярко играющую звездочку. — Хи-хи. Конечно, Рэйнбоу. Видишь, я тебе не соврала. А теперь пойдём лучше домой? — Ты что? — воскликнула маленькая Дэши. — А если ему там одиноко? Давай еще немного останемся, ну пожалуйста! — Ну хорошо, Дэши, давай останемся еще ненадолго. И так они просидели там до тех пор, пока малышка не уснула прямо на облаке…***
Рэйнбоу Дэш уже не верила в эту сказку. Она знала, что звёзды — это массивные светящиеся небесные тела, состоящее из газа или плазмы, в которых происходят, происходили или будут происходить термоядерные реакции, как бы сказала Твайлайт. Хотя, в ту ночь одна звезда все же загорелась, когда она попросила дать знак. Было ли это простое совпадение? Подойдя к окну она посмотрела на небо. К кому обращаться? К родителям Скуталу? Но она даже не знала их имён. Однако это не остановило голубую пегаску. Она заговорила с небесными телами. — Послушайте, — сказала она тихо что бы никто не услышал. — Я знаю, что вы хотите для Скуталу лучшего. Я знаю, что я показала себя как никудышная сестра и не всегда веду себя правильно. Я совершаю ошибки, но я клянусь вам, учусь на них. Они делают меня лучше! И я ведь не одна такая… Прошу, не забирайте у меня мою сестру! Если вы меня слышите, я прошу вас. Я меняюсь ради неё и становлюсь лучше… она помогает мне в этом. Она лучшая сестра, о которой я могу мечтать. Прошу вас, не надо! Я буду хорошей сестрой, и у меня замечательные родители… если вы хотите счастья для Скуталу. Прошу, дайте мне шанс… Рэйнбоу Дэш опустила глаза вниз. Пара крупных слезинок выкатилась из рубиновых глаз сильной, но уже почти сломленной пегаски. Но вдруг что-то заставило ее посмотреть наверх… Снова, как в ту самую ночь, ярче загорелись две звезды, находящиеся совсем рядом. Но если тогда дедушка просто дал знак маленькой внучке, то сейчас эти две звездочки выносили приговор, словно на суде. Однако, их свечение не было слепяще ярким. Оно было, скорее, ласковым, с голубоватым оттенком. На него было приятно смотреть. Рэйнбоу правильно поняла этот жест. — Спасибо! Спасибо вам большое! Клянусь, я вас не подведу! Вы будете гордиться! Нами обеими! — теперь по щекам Рэйнбоу стекали слезы счастья. — Я думаю они вас услышали мисс Дэш… — сказал доктор Хуффингстон, который стоял рядом и не решался отвлечь пегамку от беседы с призраками. — Так или иначе, состояние мисс Скуталу значительно улучшилось. — Я м-могу её увидеть? — спросила Рэйнбоу. — Думаю вы можете забрать её домой, — сказал доктор. — Я прилечу завтра, чтобы осмотреть её, но будьте готовы к тому, что болезнь будет проходить очень тяжело… — Я готова ко всему, доктор! — сказала сурово Рэйнбоу. — Теперь я связана клятвой. Залетя в палату младшей сестры, голубая пегаска подлетела к кушетке малышки, которая теперь выглядела значительно лучше. Но она бредила во сне. — Пожалуйста, Дэш… — шептала малышка. — Не надо… не ос-тавляй ме-меня! Н-нет… НЕТ! Я НЕ ОБУЗА! — крикнула она громко и истошно. — Ты не обуза, Скуталу! — приблизилась к ней Рэйнбоу. — Ты не обуза. И я никогда не брошу тебя, обещаю. Никогда… — шептала как клятву пегаска, обняв маленькое оранжевое тельце. — Теперь я больше никогда не оставлю тебя! Я… Я говорила с твоими родителями… — казалось, Скуталу успокоилась, чтобы выслушать старшую сестру. Хотя, бормотание ещё не прекращалось, оно стало заметно тише. — Я спросила их, могу ли я быть твоей сестрой… и они дали на это добро… Скуталу, ты понимаешь, что это значит? Теперь все будет по-другому! Ты скоро выздоровеешь, и мы будем жить счастливо! Одной большой счастливой семьёй! А теперь идем! Доктор разрешил мне забрать тебя домой…
