Город засыпает - просыпается мафия

— И зачем мы сюда пришли? — Рампо вопросительно повернулся к Дазаю, когда они оказались напротив старого парка. — Увидишь, — загадочно бросил Дазай, продвигаясь вперёд. Детектив только поморщился от прохладного осеннего ветра, сильнее завернувшись в пончо.       Вплоть до главной площади оба парня прошли в полной тишине, ступая по грязным и заросшим газонам. Работающих фонарей практически не было — разве что один вдалеке, странно помаргивая. — Обязательно ночью тащиться, — пробурчал себе под нос Эдогава, стараясь не отставать от Осаму, который уж слишком уверенно шагал вперёд. — Испугался? — подразнил Дазай, обернувшись через плечо. — Ещё чего, — фыркнул Рампо. — Я ничего не вижу! — Мы уже на месте, — доложил Дазай. Эдогава стал прогонять последние воспоминания об этом месте. Им устроили засаду, успешно заманив в свою ловушку. Детектив хмурым взглядом окинул пустую площадь. — Ну, и? — вопросительно наклонил голову Эдогава. — Видишь вон тот фонтан? — Рампо медленно кивнул. — Я приметил там наличие механизма, который откроет выход под землёй, — Осаму усмехнулся. — Как раз работа для детектива, не находишь? — Но уж точно не для великих, — самодовольно хмыкнул Эдогава, бросившись к фонтану. Каменные выступы сильно потрескались и изрядно покрылись густым мхом. Судя по всему, вода оттуда не лилась лет десять.       Рампо залезает в фонтан, осматривая каждый торчащий кирпич. На некоторых из них была изображена странная символика, формировавшая некий шифр, который мог бы открыть таинственный проход. — Ну что там? — донёсся голос Дазая. — Здесь точно есть какой-то проход, — Рампо недовольно морщится. — Только в такой темноте ничего не разглядеть, — парень наугад стал сдвигать кирпичи, и наконец раздался скрипящий звук. Твёрдая поверхность ушла из-под ног, и ничего не успевший крикнуть детектив провалился вниз. — Живой?       Осаму выглянул в фонтан, заметив лежачего парня. Благо, что Эдогава упал на кучу каких-то грязных тряпок и не сломал себе спину. Детектив поморщился, прикрывая нос рукой. — Вонь несусветная! Дазай ловко спрыгивает к Рампо, осторожно осматриваясь. Небольшое подземное помещение с кучей коробок и странных тканей. Впереди была железная дверь. Детектив отряхивается от пыли, подойдя чуть ближе. — Незаперто. — Решили разместить подземное убежище в старом парке, — Дазай усмехнулся. — Надо было одолжить у босса пару килограмм тротила. Что, пройдёмся по чудному местечку? — Идиот, — вздохнул Эдогава, настороженно прислушиваясь. Вроде никого. Осаму первым приоткрывает дверь, выходя в полутёмный коридор. Облезлые стены и свисающая проводка. Всюду была изображена символика «Амбрелла». По углам были расположены уже давно разбитые камеры наблюдения, где скопилась уже знакомая плесень. — Видимо, теперь эта база не рабочая, поэтому «Мимик» воспользовались ей, — задумчиво протянул Рампо, проводя пальцем по слою пыли на стене. Пустой и длинный коридор, ведущий в никуда. Детектив разглядывает старые документы, быстро пробегаясь по ним глазами.       Лязг-лязг.       Кто-то скребётся своими длинными когтями.       Непонятные звуки со звоном отразились в голове Эдогавы. Что-то знакомое. Рампо резко оборачивается. Дыхание неожиданно стало более частым. — Ты чего застыл? — поймав вопросительный взгляд Осаму, парень махнул рукой и пошёл дальше вперёд. Но множество мыслей, возникших в черепной коробке, вовсе не собирались исчезать. Рампо недовольно тряхнул головой. Сосредоточься.       Завернув за ближайший угол, перед ними выстроилась непонятная картина. Помещение, чем-то похожее на крематорий, где находились капсулы с человеческий рост, в которых было много плесени. Рядом располагались выдвижные ящики, как в морге. Всюду разбросана зловонная слизь вперемешку с кровью. Почему такой знакомый запах? Рампо принюхался. Это не похоже на человеческую кровь.       Лязг-лязг. — С оформлением постарались они на славу, — мрачно улыбнулся Дазай. Эдогава подходит к одной из капсул, протирая пятёрней вспотевшее стекло. — Помогите.       По поверхности ударили ослабевшие кулаки, и внутри показался полумёртвый человек с содранной кожей и почерневшими глазами, из которых сочился гной. От неожиданности Эдогава дёрнулся назад, повалившись на пол и свалив рядом стоящую тележку с хирургическими приборами. Детектив шумно выдохнул и поднялся на ноги, оперевшись руками о пол. — Один из пропавших без вести, — прохрипел Рампо. Осаму покосился на дверь, держа наготове пистолет. В коридоре послышались чьи-то шаги. Оба парня быстро переглянулись. Знакомые голоса становятся отчётливее, и ручка медленно поворачивается.       Люди в чёрных мантиях и масках прошли в помещение. Следом вприпрыжку забегает маленькая девчушка, таща за собой высокого молодого человека. Блондин с интересом осматривается. — Сегодня настал важный для тебя день, Арата, — торжественно пробасил мужской голос. — Ты готов принять дар и стать частью нашей семьи? — Несомненно, Андре-сан, — кивнул Фукуи. — Ещё бы ты ты не согласился, — фыркнул другой, более высокий и женский голос. — Снимай свою одежду, — оскалилась Эвелина, пристально разглядывая парня снизу вверх своим пустым взглядом.       Прячась за ящиками в какой-то клетке, Эдогава настороженно посмотрел на Дазая, который находился на расстоянии нескольких метров от него. Осаму приставил указательный палец к губам, призывая к молчанию. Рампо медленно кивает, переводя взгляд на собравшихся людей. — Повернись ко мне спиной, — Арата послушно разворачивается. Девочка взмахнула когтистой рукой, полоснув по мягким тканям. Фукуи сморщился от боли, сильно зажмурив глаза, чувствуя, как кровь быстрыми струями закапала на бетонный пол. Эвелина облизала окровавленную руку, смакуя солёный вкус на губах. — Пахнет вкусно, — осклабилась девчушка. — Заводите его.       Жид раскрывает капсулу, затаскивая туда Арату. Фукуи в последний момент переглянулся с Харуко, которая стояла в самом дальнем углу. Девушка напряжённо смотрела на Эвелину, скрестив руки на груди. — Можно начинать,— кивнул Андре, нажимая на кнопки. Через мгновение капсула плотно запечатывается, и чёрная плесень облепила стекло изнутри. Минута-два, и раздаются душераздирающие вопли. Все присутствующие со странным забвением смотрят на весь процесс, не отводя головы. Эвелина встала по центру, вытянув одну руку. Глаза девочки закатились, и она стала говорить что-то нечленораздельное. По кругу стояли остальные заражённые, поддерживая речь девочки. Эдогава закрыл уши руками и опустил голову, чтобы не слышать этих криков Фукуи.       Они его убьют.       Даже Дазай поменялся в лице, явно насторожившись. Осаму смотрит на детектива, чувствуя чей-то смрад. Низкое рычание раздалось недалеко от Эдогавы. На четвереньках мечется обнажённая светловолосая девушка с неестественно широко открытой челюстью, больше напоминающую пасть, из которой торчали острые зубы, а длинный язык волочился по полу. Руки были обмотаны окровавленными бинтами со вбитыми в них гвоздями. Существо привязано толстой цепью к железным плитам. Рампо медленно разворачивает вдруг отяжелевшую голову. Угрожающий свист вырывался из разорванной пасти.       Заслышав возню, кто-то обернулся на дальний конец помещения, где и располагалась клетка. Детектив беспомощно смотрит на мафиози, затаив дыхание. Слышится лязг тугой цепи. Существо подходит ближе, проводя языком по рукам Эдогавы. Рампо не шевелится, чувствуя, как капли пота грузно падают с подбородка. Острые клыки скрипят прямо возле лица, а в нос ударил противный до тошноты запах природных отходов. Склизкий язык проходится по рукаву рубашки, оставляя липкие слюни. Эдогава скосил взгляд в сторону Дазая, но в глазах того читалось лишь одно:       Даже не думай двигаться.       Истошные крики Фукуи стали утихать. Детектив прислушался. Капсулу с неприятным скрипом открывают, и оттуда чуть ли не кубарем вываливается Арата, тяжело дыша. — Теперь ты один из нас, — торжественно провозгласил Андре, помогая парню подняться. — Добро пожаловать.       Арата встаёт на дрожащие ноги не в силах что-либо ответить. Чёрные полосы расползлись по всей спине от места, где была глубокая рваная рана от острых когтей. Фукуи в припадке стал дёргаться и упал на колени. Парня вырвало жидкой слизью вперемешку с плесенью. - Хватайте его, — скомандовал голос, и двое подхватили Фукуи под локти, быстро уводя из помещения. — Несите в операционную. — Что теперь, отец?— Харуко вопросительно поворачивает голову. - Разобраться с нашими неприятелями, — мужчина усмехнулся. — Они слишком проворные детишки. —  Нам никак не получается выйти на их след, — покачала головой девушка в маске. - «Амбрелла» тоже нам не даёт покоя. — Можешь даже не беспокоиться об этом, — Жид разворачивается к выходу. — Есть у меня кое-какие мысли. А теперь пошли,— мужчина берёт маленькую девочку на руки. — Идём, Эви, ты сегодня хорошо постаралась       Существо отвлекается от Эдогавы, подползая ближе к клетке. Свет сразу же погас, и лишь красная лампочка сигнализации с потолка неисправно мигала. Осаму резким движением на ощупь хватает Рампо за край пончо, быстро прижимая к себе. Эдогава хрипло дышит в чужое плечо, не поднимая головы. Дазай оглядывается на жующее обглоданную кость существо. И правда, нужно убираться отсюда и как можно быстрее. — Кто-то пробрался внутрь!       Рампо сразу же оборачивается, цепляясь взглядом за железную дверь. Топот многочисленных шагов раздался недалеко по коридору. Осаму кивает в сторону небольшой расщелины. — Приготовься, — не дожидаясь ответа, Дазай хватает Эдогаву за кисть, рывком поднимаясь на ноги. Тут же раздался визг встрепенувшегося существа, которое кинулось вдогонку. Спотыкаясь, Рампо старался не отставать от своего спутника, быстрее перебирая ногами.       Осаму проскальзывает в щель, а за ним и Эдогава, с размаху ударившись плечом о край, не пролезая сразу. Но Дазай резко дёргает детектива за руку, и тот со сдавленным вскриком завалился на пол. Существо рвало и метало, пытаясь прогрызть железные прутья, но длина цепи не давала далеко сунуться. — Не тормози, — прикрикнул Осаму, утаскивая за собой притормозившего Эдогаву. Кругом находились эти капсулы, из которых доносился запах гнилья — всё было усеяно зловонной плесенью. — Не могу, — процедил сквозь зубы Рампо, придерживая одной рукой травмированное плечо. — Тогда придумай что-нибудь по-лучше, пока мы не стали такими же, — пренебрежительно фыркнул Дазай. — Сомневаюсь, что у тебя есть план. — Вообще-то, — возмущённо пропыхтел Эдогава, — Есть кое-что, — поймав вопросительный взгляд Осаму, парень усмехнулся. — Это же подпольная лаборатория «Амбрелла». В дневнике было написано про определённый код защиты. Они повсюду расставляли запасные люки. Вот один из них, — Рампо указывает пальцем на угол, который был перекрыт зловонной плесенью.       Дазай ловко вытаскивает кинжал, умело разрывая им зловонные сгустки слизи и плесени. Неподалёку раздался гул нескольких голосов. Рампо упирается рукой в железное покрытие, двигая ящик к щели, тем самым загораживая её. — Иди сюда, — вдруг окликнул Осаму детектива. — Вводи нужный код, я не могу нормально дотянуться, — как только Рампо подошёл ближе, то его с готовностью схватили чужие руки, поднимая над полом. Эдогава шустро вбивает заученные наизусть инициалы.       Как только раздался громкий скрип, и приоткрылась занавеса горящего фонаря, Осаму выталкивает детектива наружу, вылезая следом. За спиной донёсся чей-то удивлённый вскрик. — Там кто-то есть! — Бежим, — Дазай подталкивает Эдогаву к выходу. Рампо подрывается с места, придерживая правое плечо здоровой рукой. Уже через несколько минут оба переводят дух, рассевшись на грязном газоне. — Да уж, — протянул Осаму. — Я бы не хотел, чтобы меня запихнули в ту тесную штуку! — Ты же всё равно умереть хочешь, — прохрипел Эдогава, восстановливая дыхание. — Быстро и безболезненно, — поправил юноша, переводя взгляд на Рампо. — Что у тебя с плечом? — Не могу пошевелить им, — пробормотал детектив, болезненно морщась. — Я слышал хруст. — Ну-ка, — Осаму подсел ближе, стаскивая с Эдогавы пончо. — Ты что делаешь! — возмутился парень, но Дазай совершенно не слушал, принявшись пальцами щупать плечевой сустав. — Больно! — вскрикнул Рампо, дёрнувшись назад. — У тебя вывих, — констатировал Осаму. — Надо вправить. — А ты как будто бы умеешь это делать, — громко фыркнул Эдогава. — Однажды у Чуи был открытый перелом, и я оказывал ему первую помощь, вообще-то — обиженно ответил Дазай. — А у тебя всего лишь вывих, так что проще простого. — Вот ещё, — Рампо отполз подальше от Осаму, недоверчиво прищурившись. — Я лучше обращусь к Йосано! — В противном случае нужна будет операция, — снисходительно ответил мафиози. — Ну так что? — детектив колеблется, явно не решаясь. — Это ведь не больно? — Относительно, — повёл плечами Осаму, укладывая Эдогаву на мокрый грунт, предварительно подложив под голову свёрнутое пончо. Юноша расстегивает маленькие пуговицы на рубашке, отводя правую руку в сторону под прямым углом. Рампо сморщился, громко ойкнув. Дазай схватил чужую кисть, слегка уперевшись одной ногой в бедро детектива. — А теперь не дёргайся, — предупредил Осаму, медленно, но решительно потянув на себя руку. Рампо взвыл от пронзительной боли, крепко зажмурившись. — Больно! Больно! Больно! — заскулил парень. Совершенно не слушая вопли Эдогавы, Дазай резким движением вправляет плечо. Рампо быстро-быстро моргает, пытаясь боязно пошевелить рукой. Детектив облегчённо выдыхает, застёгивая пуговицы на рубашке. — Болит? — Не очень, — Рампо трогает плечевую кость, усмехнувшись. — Ну, хотя бы теперь на своём месте, — Осаму протянул руку, и Эдогава поднимается на ноги, отряхиваясь от сухой травы. — А я говорил, что твой дружок подозрительный, — вдруг сказал Дазай, на что Рампо раздражённо прищурился. — Теперь он наш враг, которого нужно устранить, — Эдогава ничего не ответил, а лишь раздражённо уставился куда-то в сторону. Арата не идиот и не дал бы себя заманить в настолько сомнительную организацию. — Я не в праве решать за него дальнейшую судьбу, — нехотя бросил детектив, всё ещё потирая колющее плечо. — А почему вы не могли поддерживать общение после, если так дорожили друг другом? — вдруг спросил Осаму. — Я заметил между вами двумя напряжение. — Не важно, — фыркнул Рампо. — Просто наши пути разошлись, вот и всё, — Эдогава устало зевает. — Пошли уже обратно, а то я спать хочу. — Опять прогул? — Снова, — фыркнул Рампо, усевшись на кровать. Арата нахмурился. — Ты знаешь, что за это исключают, — Фукуи вздохнул, заметив кровоподтёки на губах Эдогавы. — За что получил? — Я назвал Котаро безмозглым идиотом, — буркнул мальчик. — Но ведь это правда! — Людям надо говорить только то, что они хотят услышать, сколько раз тебе повторять, — Арата присел рядом, уже приготовив перекись. — Сильно больно? — Нет, — брякнул Рампо, потерев синяк под глазом, но Фукуи видел, как дрожат его руки, и болезненно поджимаются искусанные губы. Рампо находится здесь уже несколько месяцев, но Арата прекрасно знал, что мальчик ещё не привык к своему статусу сироты. Фукуи до сих пор слышит тихий плач из его комнаты по ночам. Арата негромко вздыхает, поворачивая друга к себе лицом. — Я хочу домой, — мальчик шмыгает носом, утирая его рукавом формы. — К маме с папой, — Фукуи молча слушает. Он не может как-то повлиять на Рампо и заставить его отпустить то, что уже нельзя вернуть. Арата был в приюте с рождения, как только мать оставила его на самом пороге, завернутого в пелёнки. Фукуи привык добывать всё силой, и мог постоять за себя. А Рампо же ничего не может сделать, что лишь подзадоривает шпану. Арата разбирался лично с наглецами, но он не всегда может быть рядом, к тому же, Эдогава постоянно молчит про это, возвращаясь с очередными синяками. Переговаривался с учителями, прогуливал занятия… Этот мальчишка очень способный, и Арата это хорошо понимал, но с такими манерами он точно далеко не уйдёт.       Фукуи прерывает свои мысли, притягивая Рампо ближе. Тот тихо всхлипывает в чужое плечо, роняя горькие слёзы. — Мне здесь не нравится — Я знаю, — негромко отвечает Арата, после недолгой паузы добавляя: — Я с ужина стащил твою любимую булочку, будешь? — Угу, — бурчит через кофту Эдогава, крепче стискивая пальцы на широких плечах. — Только сначала умойся, — юноша улыбается, вытирая рукавом мокрое лицо мальчика. Эдогава приоткрывает глаза, недоверчиво смотря на Фукуи. — Ара-кун, ты ведь останешься со мной?       Арата мягко усмехнулся, взъерошив волосы на тёмной макушке. — Конечно.       Эдогава в последний раз оборачивается на старый парк, устремив печальный взгляд куда-то вдаль.       Где же ты был, Ара-кун?

***

      Дазай осторожно приоткрывает дверь спальни. Время было только около девяти утра, и Рампо всё ещё крепко спал. Осаму кинул взгляд на валяющиеся на полу подушки и плед. — Это же надо так ворочаться, — фыркнул Осаму, выключая горящий ночник. Юноша вытаскивает из кармана мобильник, сверяя координаты, которые ему предоставил Анго прошлым вечером. Относительно недалеко.       Дазай закрывает дверь квартиры на ключ, выудив из кармана сигарету. Осаму шагает вдоль пустынной улицы, выдыхая едкий дым табака. — Не стоит ему говорить об этом сейчас.       Слова Анго эхом пронеслись в голове. Дазай задумчиво устремляет взгляд в сторону. Почему же Рампо сам обо всем не догадался, раз обладает настолько хорошей наблюдательностью? Этот детектив с лёгкостью решает сложнейшие загадки меньше, чем за минуту, но он так и не знает, кем является.       Приблизительно за полчаса Осаму оказывается на месте. Психиатрическая клиника, которую основали больше семидесяти лет назад. Оглядев облезлые бетонные стены и старые окна с полусгнившими деревянными рамами, Дазай пришёл к выводу, что сюда приходят отнюдь не так часто.       Юноша подходит к стойке администрации, сразу же приметив за ней молодую рыжеволосую девушку. — День добрый, — приветливо улыбнулся Дазай. — Не могли бы вы подсказать мне по поводу Накамуры Тамуки? — Накамура-сан сейчас не принимает посетителей, извините, — покачала головой администратор. — Вы даже не представляете, как срочно, — Осаму наклонился чуть ближе, заговорчески понизив голос. — Чего вам стоит впустить меня? — девушка немного отпрянула от юноши, устремив взгляд в сторону. — И почему же такая красивая леди работает в столь ужасном месте?       Та покраснела, но всё же медленно подняла глаза на Дазая. Тот, не переставая улыбаться, взял длинную прядь рыжих волос, вдохнув запах ароматного парфюма.  — Жизель, — мечтательно протянул Осаму. — Самое подходящее имя для очаровательной девушки Викторианской эпохи. — Но как вы… — пробормотала Жизель, потеряв дар речи. Она прислонила ладонь к красным щекам, неуверенно глядя на Дазая. Тот лукаво улыбнулся и поднёс маленькую ручку к губам, одарив ее нежным поцелуем. — Словно муза, — прошептал мафиози. — Как мне будет угодно позвать вас на свидание? — Ч-Что? — пролепетала Жизель, почти переходя на родной английский. — В семь вечера я закончу… — тихо пробормотала девушка, добавив: — А вам всё ещё надо посетить Накамуру-сана?       Не отрываясь пальцами от шелковистых волос, Осаму медленно кивнул, расплываясь в милой улыбке. Видел бы сейчас это Накахара, то задохнулся от смеха.       Дазай схватил талон и пренебрежительно фыркнул, как только завернул за угол. Уже поднимаясь на второй этаж, Осаму раздумывает над дальнейшим диалогом. Сможет ли он узнать чуть больше о прошлом Рампо? — Войдите.       Дазай попадает в просторный кабинет со светлыми обоями, на которых игриво поблескивали лучи утреннего солнца. В самом центре за большим столом из красного дерева расположился пожилой мужчина лет шестидесяти на вид. Накамура поправил очки, исподлобья оглядев юношу. — Странно, сегодня я никого не принимаю, — задумчиво протянул Тамуки. — Я не на приём, — Осаму присел напротив. — А по поводу одного из ваших пациентов. — Я работаю здесь около тридцати лет, — пробасил Накамура, перебирая документы на столе. — Что конкретно интересует молодого человека? — Эдогава Рампо, — мужчина вдруг поднял взгляд. — Восемь лет назад его привели к вам. — Рампо-кун, — Накамура аккуратно сложил руки. — Помню его. Способный был мальчишка, — мужчина выдержал небольшую паузу. — Ты чего-то хотел? — Касаемо Рампо, — издалека начал Осаму. — У него ведь наблюдались слуховые галлюцинации? — У мальчика была истерия, вызванная травмой потери матери, — спокойно ответил Тамуки. — Я проводил с ним беседы, выявляя нестабильное состояние нервной системы. А про галлюцинации, — мужчина задумчиво стучит пальцами по столу. — У меня остались некоторые записи.       Тамуки подошёл к большому стеллажу, перебирая справочники. Через несколько минут он вытаскивает потрёпанный блокнот, положив перед Дазаем. — Хочу ещё спросить, — Тамуки переглянулся с Осаму. — Кем вы приходитесь друг другу? — тут же добавляя: — Сам понимаешь, врачебная тайна. — Дело в кое-каком расследовании, — юноша внимательно разглядывал маятник. — Нынешнее состояние Рампо не очень стабильно.       Мужчина пристально смотрит на Осаму, изучая каждую деталь на этом перебинтованном юноше, что вызвало странное любопытство. Этот пустой и ничего не выражающий взгляд карих глаз, в которых на первый взгляд плещется жизнь. — Я прописывал ему таблетки, — спустя минуту молчания подал голос Накамура. — Он даже пошёл на поправку, но отец забрал его, и больше Рампо-кун не появлялся на пороге моего кабинета.       Дазай пролистывает пожелтевшие страницы, узнав корявый почерк Эдогавы. — Личный дневник? — Я просил его записывать сюда все его тревоги, — ответил мужчина. — Он был не особо общительный со мной, поэтому делать записи было куда проще.       «Я очень скучаю по маме. Всё ещё не верю, что мама умерла. Это какая-то ошибка!»       В попытке разобрать кривые иероглифы Дазай пролистал ещё парочку страниц, находя следующее:       «Я слышу странные звуки. Как будто кто-то скребёт когтями по батарее. Похоже, это из подвала, но папа запрещает мне туда ходить». — Перед тем, как Рампо-куна привели ко мне, у него была черепно-мозговая травма. Отец так и не дал точных подробностей об инциденте. — Он вам говорил про то, что видит у себя в комнате? — вдруг спросил Дазай. — Некий монстр постоянно появлялся, как только выключали свет, — кивнул Накамура. — И описывал всё в очень хороших подробностях. Вот что, — Тамуки взглянул на юношу. — Мне будут нужны данные о Рампо-куне, чтобы связаться с ним. Ваши тоже, на всякий случай. — Да, конечно, — кивнул Осаму. — Записывайте номер.

***

      Комната была полностью погружена в темноту. Харуко внимательным взглядом обводит стены, осторожными движениями поглаживая длинные волосы спящей Футабы, изредко шмыгающей носом. Юбка и кофта были бережно сложены Сано на стуле, а сама Рин была лишь в огромной старой футболке, обнимая руками подушку. Харуко негромко вздыхает, прислушиваясь к тихим всхлипам.       Через некоторое время дверь со скрипом открывается, и на пороге комнаты показывается знакомый силуэт. Фуюхико пристально смотрит, переглядываясь с Харуко. — Снова? — Да.       Ямада раздражённо вздыхает и проходит ближе, удобно усаживаясь рядом с Сано. Парень оборачивается на Рин, недовольно скосив глаза. — Как Арата? — первая нарушает недолгое молчание Сано. — Жить будет, к сожалению — нехотя бросил Фуюхико. — Процесс регенерации уже начался, так что к завтрашнему дню будет готовым. — После обряда у Футабы случился приступ, — Сано перебирает длинные пряди волос, пропуская их через пальцы. — Дар Эвелины довольно тяжёлый, сам знаешь: на каждого человека он действует по-разному. В тот момент она вспомнила себя, — Харуко невольно сжала пальцы в кулак. На это действительно было тяжело смотреть. — Вспоминать противно, — процедил Ямада. — И долго она металась в истерике? — Пока не заснула. — Да уж, — фыркнул Фуюхико. — Скорее бы это все закончилось. Предлагаю втроём съездить в Киото, как только закончим, можно ещё и мелкого захватить. — Аято с вами и больше часа не протянет, — усмехнулась Сано, на что парень несильно пихнул подругу в бок. — А почему это сразу мы? — насупился Ямада. — Между прочим, я хочу сходить на конюшню. Футаба как раз их до усрачки боится, — ехидно смеётся Фуюхико. — Я не против, — Харуко смотрит на настенные часы, прищуриваясь. — Мне сейчас нужно поговорить с отцом. Посидишь с ней немного? — Я как раз спать хочу, — слегка зевнул Ямада. — Только, чур, завтрак готовишь ты, — проворчал парень. Девушка встала с кровати, слегка улыбнувшись. — Хорошо.       Сано тихо закрывает за собой дверь, и Фуюхико перевёл взгляд на спящую Рин, закинувшую на подушку оголённое бедро. Парень протяжно вздыхает и поправляет сползшее одеяло и осторожно вытаскивает измятую подушку из чужих объятий, подложив под голову. Ямада присаживается возле кровати, а Футаба недовольно заворочалась, не зная, куда деть руки. — Дурочка.       Совершенно беззлобно произносит парень, взяв Рин за теплую ладонь. Девушка тут же впивается в него и второй, несильно сжимая. Фуюхико укладывает голову на край большой подушки, прислушиваясь к тихому сопению, которое медленно укачивало, и парень провалился в сон, всё ещё не отпуская чужую ладонь.       Спи спокойно.