О надоедливости

      Честно говоря, раньше Луффи не видел проблемы в надоедливости. Хотя бы потому, что обычно он сам был тем, кто надоедает и раздражает остальных. А потому оказаться на месте своих «жертв» было… Странно.       Что уж говорить, теперь Луффи им даже сочувствовал. А причиной тому был никто иной, как этот странный блондинистый парень, жующий розу по левую руку от Луффи. (Хм, как же его назвать? Пендиш? Капустка?)       Нет, поначалу он был даже полезен. Раскрыл некоторую вроде как важную информацию, рассказал о самых сильных ребятах, участвующих в поединке, поведал о своих мыслях на счёт того, кто победит в этом раунде. На этом можно было бы и остановиться…       Но бой в блоке В только-только подходил к середине, у Капустки закончились полезные сведения и начался обычный словесный понос — бессмысленный и беспощадный.       Каким образом его записали в близкие, а вскоре и в лучшие друзья, Луффи не понял. Уже очень скоро ему рассказали о всех бедах Капустки, о его душевных переживаниях, и о том, какой же, оказывается, Луси хороший друг, что его никогда так внимательно не выслушивали и вообще убегали или падали в обморок (в случае девушек) на начале монолога.       Луффи усиленно делал вид, что ему очень интересно происходящее на арене Колизея, но, как на зло, там не было ничего особо необычного — жёлтый рыбочеловек уже сломал себе руку о Хохлатого, Беллами медленно но неотвратимо уменьшал число дееспособных бойцов, а группка «телохранителей» сгрудилась вокруг короля, активно машущего кулаками. Ни взрывов, ни лазеров, ни Воли… — Ах, Луси, право, ты такой хороший парень! Не то что этот Мугивара Луффи! О, а ты сам-то вроде сильный? Давай объединимся и вместе его убьём, как тебе?..       Луффи мысленно взвыл и пообещал себе, что больше никогда не станет надоедать своей команде. Зато появились мыслишки о том, как одолеть Дофлу…