Утешение в Драконе

      После тяжёлого учебного дня Сара еле переступала со ступеньки на ступеньку и облегченно выдохнула, понимая, что она, наконец, дома. Сегодня был слишком нагруженный день. Сначала семь уроков, затем два дополнительных занятия не с самыми любимыми учителями, ведь уже через полгода выпускные экзамены, а затем и поступление в университет, к которому она не менее активно готовилась. Сара устало хлопнула дверью, кинула ключи на тумбочку, а школьный рюкзак упал к ногам ― он слишком тяжёлый, чтобы хоть ещё пять минут держать его на плече.       ― Мам, я пришла, ― хрипло из-за усталости кинула Сара, но в ответ последовала тишина. ― Мам?..       Обычно ближе к вечеру из кухни доносился приятный аромат еды, громко играл телевизор или радио, а мама всегда отвечала в ответ: «Наконец-то ты дома, доченька, мой руки, жду тебя на кухне», но не сегодня. Только сейчас Сара заметила, что свет включен лишь в прихожей только потому, что она пришла домой, телевизор, как и радио, выключен, пульт аккуратно лежал рядом. Оглядевшись по сторонам, заметила, что вещей матери нигде нет. Стоило пройти вглубь гостиной, как она увидела записку около рамки со своей фотографией, сделанной ещё в детстве в Балтиморе.       «Сара... прости меня, если сможешь. После развода с твоим отцом я не могу найти себе место. Столько раз меняла одну работу на другую, но нигде не прижилась, только каждый вечер после ужина жаловалась тебе на свои проблемы. Я приняла решение, очень сложное для меня решение – переехать в другой штат. Скорее всего, у тебя сейчас множество вопросов, но я не могу взять тебя с собой. Для начала мне стоит хорошо разобраться в себе, в своих чувствах и целях. Развод меня сильно подкосил, если не убил. Надеюсь, ты сможешь понять меня и когда-то в будущем простить. Деньги я тебе оставила там, где обычно мы их складывали, на ближайшее время должно хватить. Как только устроюсь на работу – часть зарплаты буду высылать тебе. Прости меня, доченька. Я люблю тебя. Твоя мама.»       Записка выпала из рук, следом за ней упала на пол и сама Сара. Слёзы медленно катились по щекам. Она не понимала, почему с ней так поступила родная мать. Ещё вчера она рассказывала дочери, как быстро летит время, что её девочка уже совсем взрослая и как она рада тому, что у них такие теплые отношения и несмотря на то, что сделал их отец, ― это не должно их сломать. Неужели, это была некая подготовка мамы, хотя бы для самой себя?       ― Что будет дальше? ― раздался тихий девичий голосок. ― Как мне быть дальше, мам?       После переезда в Сентфор Сара перестала общаться с друзьями из Балтимора. За все это время они с мамой приезжали в родной город лишь раз, и то на сутки, чтобы разобраться с некоторыми документами. Поэтому она потеряла все контакты и точки соприкосновения с бывшими друзьями и одноклассниками. В новой школе Сара училась уже больше полугода, но за все это время не до конца в ней освоились. Некоторые учителя не переносили новичков, которые решили перейти в их школу в старших классах. Сара готовилась к каждому уроку тщательно, не упуская ни одну деталь, но это, к сожалению, не всегда помогало.       С новыми друзьями тоже особо не сложилось. Кэнди, наверное, единственная девочка в классе, которая хоть как-то пошла навстречу, а остальные лишь показательно отворачивались, делая вид, что не было никакой новенькой. Дерек поначалу помогал Саре, показал ей школу, пытался познакомить со всем классом, показал город, открывая его с новой и, казалось, даже с какой-то идеальной стороны, но после ссоры мамы Сары и шерифа Никсона, его сын перестал как-либо контактировать с О’Нил младшей. Сара сидела на уроках одна, но она уже привыкла ― привыкла, что теперь, похоже, так будет до конца дней.       Так и началась ее самостоятельная жизнь. Приходилось скрывать, что жила в доме одна, так как мать бросила уже как два месяца. Женщина выполняла свое обещание ― теперь она раз в месяц присылала дочери деньги, но больше ничего. За это время она ни разу не позвонила или не прислала письмо с тем, как соскучилась.       Сара устроилась в антикварную лавку миссис Хилл, где помогала старушке протирать пыль, расставлять новые вещи или продавать то, за чем так долго ехали покупатели из другого города, таким образом откладывая деньги на своё дальнейшее обучение.       ― Сара, ты уже здесь, ― в помещение вошел мужчина в черной кожаной куртке, его волосы слегка растрепаны, а под глазами небольшие синяки. ― Бабушка попросила привезти эти коробки зачем-то рано утром, сказала, что ты знаешь, что с ними делать дальше.       ― Да, спасибо, Аарон, ― несмотря на их разницу в возрасте, внук миссис Хилл настоял на том, чтобы школьница обращалась к нему на «ты», иначе, по его словам, он ощущал себя стариком.       Девушка принялась раскрывать первую небольшую коробку, аккуратно доставая оттуда хрустальную вазу и с восхищением разглядывая, как та переливалась от утреннего солнечного света. Аарон наблюдал за ней, сидя в своем любимом, немного потрепанном кресле, которое, казалось, пережило несколько веков.       Аарон и Сара познакомились спустя несколько дней после ее устройства на работу к миссис Хилл. Пришлось задержаться допоздна, так как старушка уехала в другой город к своей дочери, а Аарон даже не знал, что его бабушка решила взять себе молодую помощницу. Подумав, что это еще одна воровка завелась в Сентфоре, он грубо схватил её ночью в лавке, зажав до боли рот рукой. До самого утра Сара просидела на полу со связанными руками. Лидер Черных Драконов услышал в свою сторону много нецензурного обращения, после чего пришлось ещё и рот скотчем заклеить строптивой школьнице, за что неплохо потом получил от своей бабушки, которая, как оказалось, предупреждала о новой работнице. Но Хилл настолько был занят своей работой, что даже не слушал старушку.       Теперь Аарон раз в неделю, а бывало даже и чаще, посещал лавку. Покупателей в последнее время стало больше, поэтому и новых вещей не должно быть меньше, чтобы радовать каждого клиента, с чем Хилл отлично помогал.       ― У тебя что-то случилось? Глаза красные, ты плакала? ― впервые за столько времени Сара услышала в его голосе тревогу. Обычно он отвечал довольно равнодушно, даже если на лице была улыбка.       ― Нет, все хорошо. Просто устала ― сначала учеба, потом работа, и так по кругу, ― она натянула улыбку и продолжила свою работу. Сара так ни с кем и не поделилась тем, что в свои семнадцать лет осталась совсем одна. Боясь, что из-за правды дело плохо кончится, ведь до совершеннолетия еще несколько месяцев, она сохраняла молчание.       ― Мама тебе разве не помогает? Я думал, ты устроилась сюда из-за интереса к антиквариату. Если у тебя впереди экзамены, и ты не успеваешь, почему бы не приходить лишь тогда, когда это удобно?       ― Именно из-за интереса к антиквариату я здесь, но это тоже утомляет, однако все равно не хочу даже на день оставлять любимое дело.       ― Ты взяла дополнительную работу несколько раз за последнюю неделю, Сара, просто так дополнительную работу при нехватке времени никто не возьмет. Поссорилась с мамой? Ты можешь поделиться со мной, если это в первую очередь поможет тебе. Я уже не первый раз вижу тебя в таком состоянии, а иногда слышу всхлипы из служебной комнаты.       ― Не пойму, ты в психологи решил податься? Сенсация! Лидер Черных Драконов стал психологом! ― Сара активно жестикулировала руками, выплескивая таким образом накопившееся напряжение. ― Срочно записывайтесь все к мистеру Хиллу, пока есть места! Излечит вашу душу и даст множество советов, как улыбаться двадцать четыре на семь.       Аарон в недоумении поднял брови, явно не ожидая, что Сара так взорвется. Он давно наблюдал за этой маленькой девочкой, каждый раз замечая, как ей тяжело, когда она выполняла на работе домашнее задание, при этом параллельно вела диалог с клиентами. Он не понимал сам себя, почему вдруг внутри нашлось столько доброты для этой девчонки. Однако что-то в ней цепляло, именно поэтому Аарон иногда приезжал чаще или раньше, чем нужно, искал новых клиентов и поставщиков больше, чем до этого.       Сара младше на восемнадцать лет, и это не давало ему покоя.       «Ты сейчас серьезно хочешь сказать, что тебе нравится семнадцатилетняя девчонка? Да ей семнадцать стукнуло две недели назад, и ты как школьник неловко подарил ей цветы. Хилл, мать твою, ты взрослый мужчина, чуть ли не в отцы ей годишься, и сейчас думаешь о том, как порадовать маленькую девочку? Да у тебя даже отношений нет в последнее время только потому, что они явно не для тебя. Любовь и прочая ерунда не для тебя. Пусть встречаются, гуляют и держатся за ручку сопливые подростки, но не ты», — именно такие слова проносились каждый раз в голове лидера Драконов, когда он засматривался на Сару, а после лишь мысль о том, что школьница с выразительными большими глазами стала для него особенной.       — Что-то ещё, Аарон? Прости, но я не нуждаюсь в твоих советах, мне просто не до них!       Сара удалилась куда-то вглубь помещения, относя новые антикварные предметы. Аарон недовольно хмыкнул, поправил кожаную куртку с вышитыми золотым драконом и направился к выходу.       Девушка начала замечать за собой, что смотрит теперь на Аарона дольше, чем обычно. Отмечала про себя, какая красивая у него улыбка, как сияли глаза, стоило солнечным лучам попасть на радужки цвета крепкого кофе, какой у него вкусный аромат древесного парфюма, как он сексуально проводил языком по засохшим губам. Впервые Сара почувствовала, как по телу растекалось тёплое, но такое совершенно неизведанное для неё чувство. Симпатия? Сара и сама не знала. Она была рада, когда Аарон приезжал раньше, придумывала темы для якобы случайной беседы, чтобы как можно дольше наслаждаться его голосом, который обволакивал и не выпускал из своего омута. Нечаянное касание его руки, и по телу вновь пробегали мурашки, а щеки заливал яркий румянец. Влюблённость?       Сара медленно, даже нехотя плелась к дому, ловя языков снежинки. Уже достаточно поздно, машины больше никуда не спешили. Под ногами приятно хрустел снег. Завтра к третьему уроку, чему она обрадовалась, ведь можно поспать лишний часик.       Дома холодно, теперь её никто не встречал. Она небрежно кинула вещи на диван и поплелась на кухню, чтобы быстро закинуть себе в рот остатки вчерашнего ужина и отправиться в душ, смывая ещё один сложный день со своей кожи и расслабляясь под горячими струями воды.       Сон, как назло, никак не хотел идти. В голову проникали самые разные мысли, и большинство из них непристойные, пошлые, страстные, что стало удивительным открытием для юной души. Внезапно перед глазами появился образ Аарона, его бархатистый смех, сияющие глаза и завораживающая улыбка. Саре уже начало казаться, что она одержима лидером Драконов. Мотнула головой, чтобы выкинуть ненужные мысли, но ничего путного из этого так и не вышло, образ страсти все еще оставался с ней.       — Он намного старше меня и вполне спокойно мог бы встречаться с моей матерью, а я представляю его рядом с собой, — Сара хлопнула себя по лбу ладонью за такую нелепость. — Мне настолько не хватает внимания, что я пытаюсь найти его в Аароне? Почему мне хочется быть ближе к нему? Каждый раз стараюсь случайно коснуться его, поправить ворот его куртки или смахнуть пыль после посещения кладовки с этих густых каштановых волос? Он взрослый мужчина, и такая маленькая девочка, как я, точно не нужна ему. Только, возможно, для своих утех, но не более.       В груди что-то больно кольнуло. Она так пыталась расположить Аарона к себе, как можно больше его внимания привлечь к своей персоне, но равнодушный тон его голоса, осознание разницы в возрасте и род его деятельности заставляли сохранять достаточную дистанцию.       Сара резко подскочила с кровати и перевела взгляд на окно, в которое, казалось, попал какой-то предмет. Не показалось. Ещё один маленький камешек прилетел в стеклянную поверхность, а на улице послышался знакомый мужской голос. Споткнувшись, она подбежала к окнам и моментально распахнула их в разные стороны ровно в тот момент, когда мужская фигура замахнулась, чтобы кинуть очередной камень.       — Аарон? Что ты здесь делаешь?       Если бы Аарон сам знал ответ на этот вопрос, но он лишь пожал плечами и откинул камень обратно к остальному щебню, не сводя глаз с Сары.       — Не хочешь спуститься? Только оденься потеплее, здесь довольно холодно.       Мужчина осмотрелся по сторонам, кругом лежал снег, лишь свет от фонарей и луны освещал улицы. Сара еле заметно кивнула и сразу же закрыла окно. Девушка накинула длинное тёплое пальто, которое полностью окутывало её, и, пытаясь скрыть свою радость вместе с широкой улыбкой, выбежала на улицу. Аарон сидел на качелях, не отрывая взгляда от входной двери.       — Тебе хватит часа, чтобы собрать все вещи? ― его голос такой спокойный, даже показались нотки заботы и трепета.       — Что? Зачем мне собирать вещи? Аарон, два часа ночи, все в порядке?       Сара не успела занять рядом место на качелях, как недовольно уставилась на Аарона. Он устало растер ладонями лицо и шумно выдохнул. Если бы ему удалось найти ответы на все интересующие вопрос, обязательно бы поделился. А так чувствовал себя сейчас словно мальчишка, влюблённый в свою одноклассницу. Главный Дракон ещё несколько недель назад понял, что Сара внезапно осталась совершенно одна, поэтому и разрывается между работой и учёбой. Если ещё в начале их знакомства она хоть иногда улыбалась, её наряды были яркие, запоминающиеся, то теперь Сара напоминала серую угрюмую тучу.       Аарон пошел на поводу своих внезапных эмоций. По этой причине он помчался к дому Сары, чтобы забрать ее к себе. Захотелось оберечь эту маленькую девочку? Но он мог бы просто приставить кого-то из своих ребят к её дому, и проблема была бы решена. Или здесь скрывалось нечто большее? На днях Аарон отметил для себя, что Сара напоминала его в подростковом возрасте. Отца убили, мать из-за горя совершенно забыла о сыне, только горевала по мужу и пила. Поэтому ему пришлось начать рано работать, даже забыть на какое-то время об учебе, чтобы помогать не только себе, но и матери. Он знал, насколько это тяжело, когда рядом никого нет, а из друзей только твоё отражение в зеркале, которое способно выслушать тебя в любую минуту. Но стояло ли за заботой только его отражение в Саре? Скорее, это для него давно забытое чувство — влюбленность.       Последний раз, когда Хилл был влюблён и испытывал что-то подобное, как любовь, было около десяти лет назад. Однако та самая большая и чистая любовь, клявшаяся всегда быть рядом и оставаться верной, без угрызения совести прыгнула в кровать его некогда лучшего друга, ломая Аарона изнутри и заставив закрыться в себе.       Сара стала для него чем-то светлым, теплым, родным. Хотелось ею наслаждаться, утопать, терять себя и находить вновь, чтобы снова и снова испытывать блаженство рядом с ней. Хотелось целовать и обнимать, делать то, что так чуждо ему, но так приятно ей. Аарон также неосознанно затаивал дыхание, когда она будто случайно касалось его руки, проводила по щеке, якобы смахивая пыль. С неподдельным интересом слушал очередную школьную историю, хоть и был в этот момент занят.       Однако часто вспоминал и не мог скрыть улыбку, как однажды после драки он еле нашел в себе силы, чтобы добраться до ближайшего места, которым как раз и оказалась антикварная лавка бабушки. Надеялся, что уже никого не было на рабочем месте, однако Сара снова задержалась. Она бережно обработала раны, часто спрашивая, не больно ли ему, хотя обычно он неаккуратно заливал все каким-нибудь лекарством и плевал на заражение крови. Неосознанно Аарон шел ей навстречу.       — Я хочу тебе помочь, — когда в последний раз он помогал школьницам? Никогда. Поэтому слова давались крайне сложно. — Ты пытаешься скрыть тот факт, что осталась без матери, тебе сложно совмещать работу и учебу, а ещё надо и за домом следить. До своего выпускного поживёшь у меня, потом твоё поступление все решит.       — С чего такая щедрость, Аарон?       — Я был на твоём месте, Сара, — одна короткая фраза, но сколько же в ней горечи.       Сара виновато опустила взгляд, будто спросила о чем-то личном, куда посторонним вход воспрещен. Между парой повисло молчание. Однако все больше понимая и принимая ситуацию, она из последних сил сдерживала облегчение. Переезд к главарю Чёрных Драконов, к мужчине, без которого, казалось, уже невозможен её день — разве мог быть лучше подарок от самой судьбы? Сара кивнула каким-то своим мыслям и вплотную подошла к Аарону.       — Спасибо. Мне сейчас действительно важна поддержка, ― последние слова она произнесла уже шепотом.       Привстав на носочки, осторожно коснулась желанных губ. Боясь его реакции, быстро отстранилась и сделала шаг назад. Она никогда ни с кем не целовалась, даже в щечку, но здесь чувства взяли вверх и словно сами повели к Хиллу, заставив оставить невесомый поцелуй на его слегка шершавых губах из-за мороза.