привычка

ольга выходит из кабинета, когда в здании остаётся только охранник и отец — «иди, иди, доченька, мне просто нужно перепроверить кое-какие документы». чёртов трудоголик. не видит ничего, кроме своих документов. он не знает, с кем живёт его дочь, чем занимается в свободное время. не помнит, что она обожает шоколадное мороженое и ненавидит брокколи. он её и не видит — только цифры в своих таблицах и ольгу викторовну, лучшую и любимую сотрудницу. ольга идёт по пустым полутёмным коридорам, и каждый её шаг отдаётся звонким стуком. сейчас, когда отец не маячит перед глазами, она не просто золушка — королева. ей бы никогда виктора исаева больше не видеть — и тогда она сможет расцвести. искренне улыбаться. чувствовать себя свободной. ей бы улететь далеко-далеко и не думать о прошлом. и совсем скоро она так и сделает. на улице холодный питерский ветер кидается на неё и срывает улыбающуюся маску. лицо ольги в мгновение становится почти равнодушным, проступает усталость и сосредоточенная морщина на лбу. ничего общего с былой услужливостью — разве что короны не хватает. — оля! о-оля! иди сюда! на лицо будто бы случайный луч солнца падает. уголки губ сами собой приподнимаются, когда она видит радостно размахивающую руками аню. её машина стоит прямо напротив выхода из банка, уже с открытой дверью — милое хвастовство. вежливый поклон королевне ольге. аня дожидается, когда она удобнее устроится на пассажирском сидении, садится в машину следом и поворачивается с улыбкой. — что, устала? тяжёлый день был? — как обычно. — на такой случай я купила мороженое! ольга улыбается и порывисто кладёт ладонь на анино запястье. едва сжимает, до смутного ощущения быстрого биения сердца. иногда ей кажется — аня вся принадлежит ей, целая жизнь теплится в её ладонях. достаточно сжать — и она рассыплется осколками. что самое главное, анна архипова, майор полиции, долгие годы создававшая себе хорошую репутацию, это сделать позволит. ольге ничего не стоит и ей манипулировать, и перед ней притворяться хорошей послушной девочкой, но не хочется. потому что аня действительно желает её узнать. и почти смущённо смеётся, её руку со своей не стряхивая. каждый раз, когда они заходят в квартиру, ольга удивляется. она ещё помнит — раньше здесь воздух был спёртый, могильно-затхлый. не дом, а место для сна. вечная полутьма, отсутствие вещей и гора немытой посуды. сейчас на кухне первым цепляет взгляд букет тюльпанов. аня приносит цветы достаточно часто, чтобы думать — как ей денег не жалко? ещё аня раздвигает мятно-зелёные шторы, которые просто умоляла купить, раскрывает все окна и впускает в квартиру майскую прохладу. с аней повсюду появляются забавные фотографии в рамках, коллекция статуэток кошек и жизнь. но больше всего ольга любит её невозможно нежную улыбку. анина влюблённость была очевидна с самого начала. с первого объятия, когда аня кончиками пальцев невесомо коснулась поясницы, с первого дурацкого подарка, милого браслета с листом берёзы («зелёный цвет успокаивает, а тебе, оль, железобетонные нервы нужны. смотри на него по пять раз в день»). они об этом, правда, никогда не говорили. ольга просто принимала эту любовь как награду за все годы жизни с отцом. просто однажды впустила аню в свою квартиру, в свою жизнь, в свои планы, и отпускать не захотела. сейчас, прижимаясь к ане плечом и поедая мороженое, она понимает, что это было лучшим решением. *** где-то за неделю до новой жизни аня цепляется за её руки как утопающая и на выдохе говорит: «я люблю тебя». возможно, любить такую девушку как ольга, — властную, амбициозную, прямолинейную, — проклятие, возможно, это аню действительно утопит в сожалениях, но она не отказывается. это по глазам видно. и ольга наклоняется, чтобы осторожно прикоснуться к её губам. аня замирает в её руках и будто бы задерживает дыхание. от сильных пальцев ольги на талии по всему её телу проходит мелкая дрожь. только после нескольких нежных поцелуев она отстраняется и заглядывает в глаза: — ты... мысли у неё, видимо, путаются и обрываются на середине. ольга мягко улыбается и заправляет прядь её волос за ухо. хочется навсегда запомнить такую мягкую, уютную и смущённую анну архипову, совсем не похожую на роковую женщину-майора. — я уверена. ты лучший человек в моей жизни, аня. я не представляю, что бы я делала без тебя. и ни с кем, кроме тебя, не хочу отсюда уезжать. аня смеётся так звонко и счастливо, что кружится голова. потом подаётся вперёд и целует первая, теперь напористо, уверенно, поворачиваясь вместе с ольгой и прижимая ту к стене. ольге нравится показывать ане свои слабости. она позволяет прикусить свою губу, оставить дорожку мокрых поцелуев вдоль шеи и стянуть с себя блузку. ольге нравится аня. ни одного другого человека она больше к себе не подпустит. когда до новой жизни остаётся несколько дней, аня приходит домой позже обычного, зато с широкой довольной улыбкой. — ни за что не угадаешь, где я была! ольга включает плиту, чтобы подогреть макароны с помидорами, и тихо хмыкает. — в магазине? — ладно, угадала. но ты не знаешь в каком! — и в каком же? пока аня пытается стряхнуть со своей ноги кроссовок, ольга выходит с кухни и обвивает руками её шею. поцелуй в висок — неожиданная невесомая нежность. аня посмеивается, — в голосе ощущаются нервные нотки, — внезапно высвобождается из объятий и становится на одно колено. в руке у неё маленькая бархатная коробочка. — я была в ювелирном магазине. а мы живём вместе уже достаточно долго, чтобы я точно знала, что хочу всегда быть с тобой. официально мы правда встречаемся пять дней… но… не суть важно. когда мы уедем отсюда, ты выйдешь за меня? ольга впервые не знает, что сказать. обычно так складно выступает перед толпой, а тут из-за одной девушки со сверкающими глазами в горле ком встал. она всегда хотела быть особенной — и сейчас впервые чувствует себя таковой. для ани она и правда королевна. аня — её незаслуженное сокровище. ольга опускается рядом с ней на колени и дрожащими руками обхватывает запястье. — да. да! когда для того, чтобы начать новую жизнь, нужно только пройти паспортный контроль и сесть на самолёт, звонят из больницы. — анна архипова скончалась. весь мир разом вдребезги разбивается. будто бы сказали по новостям: «земля на самом деле плоская». будто бы солнце выключили. ольга не выдерживает и всхлипывает в трубку. аня ведь всегда рядом была. то руку осторожно клала на плечо, то щекотала и злодейски смеялась, то ради неё одной наставляла на людей оружие и требовала положить деньги в сумку. аня ведь обещала быть всегда рядом. показывала разные свадебные платья. говорила, что мечтает жить у моря. в трубку что-то кричат. ольга сбрасывает звонок и ищет верёвку в шкафу.