Концерт кота и домовичка

Хрустальные подвески медузообразной люстры музыкально позванивали в такт музыке, а стоящие на столе хрустальные фужеры вторили им мелкой, лихорадочной дрожью. Извлекаемые маэстро звуки выпрыгивали из пианино будто легконогие кузнечики, вырвавшиеся на свободу из тесной клетки. - Там-там-там-таааам, там-там-там-тааам. – Пушистые пальцы пианиста бегали по клавишам быстрее напуганных мышей, а его одинокая тень металась по стене в бешенной пляске. Сторонний наблюдатель мог бы подумать, что он пытается выгнать из пианино всех демонов мира, но, к счастью, в комнате никого не было. Кот вдохновенно закинул голову вверх, и, зажмурившись, напряжённо всмотрелся в ряд нот, несущийся перед его внутренним взором со скоростью экспресс-поезда. В безумии творческого порыва он самозабвенно хлестнул лапой пожелтевшую нотную тетрадь, после чего белые змейки-завязки взвились и опали, обессиленно взвесив концы. Вступил гобой. Это большие латунные часы устыдились собственной некомпетентности и решили показать класс в своем набатовском стиле. Когда отзвучал последний «бомм», плечи музыканта взлетели во внезапном порыве и разом обрушились, словно сокрушенные землетрясением горы. Звучное эхо раскатистой кульминации разошлось по дому подобно волне, вызванной ударом камня о воду, и затихло, оставив после себя легкое послевкусие вибрирующего звона. В два ноль одна из-за угла послышался скрипучий, как старое крыльцо, голосок. - Два часа ночи. Два. Я не спрашиваю почему. Я спрашиваю, до каких пор? - вопросило нечто, похожее на сваленную в угол кучу старого тряпья. - У тебя просто нет художественного вкуса. Ты не чувствуешь музыку и не понимаешь, что сюиты Грига лучше всего звучат именно в 2 ночи, когда созвездие Сириуса подавлено, а созвездие Змееносца проходит через Надир. В это время ноты обращаются самоцветами, что сверкают на газовом шлейфе звёздного покрывала, - промурлыкал артист. Маэстро поправил белоснежный бантик, спрыгнул со стула и ловко забрался на подоконник. - Ага. Зато в астрономии разбираюсь получше некоторых. И чуши не несу… В последний раз тебя прошу, дай выспаться! Всех домовят мне перебудил. Скажи спасибо, что жена на даче с нашими, а то она бы тебе задала, морда усатая! Кот уже не слышал. Он увлеченно вальсировал в плаще, сотканном из чистого лунного света, прислушивался к загадочной, неслышной простым бессмертным музыке сфер и счастливо урчал. На шелковой шерсти цвета звездного неба играли холодные блики далёких ночных фонарей. - Ну, сволочь когтистая, держись. Вот ляжешь утром спать, а мы с домовятами возьмём по балалайке и сбацаем тебе колыбельную. Кучка приподнялась на коротеньких ножках, и, залихватски напевая какую-то воинственную песенку (вра-гУ не сда-Е-цца наш гОо-рды-ый варя-а-аг!), удалилась в котельную досыпать. Недобрым, зловещим светом сверкнули из-за угла два горящих негодованием огонька…