Я понял с самого начала, я останусь с тобой надолго, потому что
Я нравлюсь себе больше, когда я с тобой.
«I Like Me Better» Lauv
Марк топчется на месте и поправляет зеленую толстовку, заглядывая в подарочный пакет в своих руках. Парень только час назад приехал с Сеула и мигом собрался на празднование пятнадцатого дня рождения Джемина, с которым он уже давно не виделся. С тех пор, как Марк начал учиться в Сеуле, встречаться с друзьями стало довольно проблематично. Ченлэ часто писал об этом в их общем чате, жалуясь, что он «совсем со своей учебой свихнулся и предал их десятилетнюю дружбу», поэтому, когда Джемин позвал всех к себе домой в субботу, Марк был не в силах отказаться.
Брюнет стучится в железную дверь квартиры и слышит отдаленное джисоновское «сейчас!», затем щелчок замка.
— Уау, кто же к нам пожаловал? Неужели сам Марк Ли?! — вскрикивает младший, обнимая друга. Марк неловко улыбается и хвалит аутфит парня. Джисон всегда одевался стильно, и сейчас он гордо вскидывает голову, стоя в рваных джинсах, которые подчеркивают его длинные ноги и коричневой клетчатой безмерной рубашке, накинутой сверху белой футболки с непонятным принтом. — Давай разувайся и иди в гостиную.
Марк, сняв свои кроссовки, проходит в ванную, моет руки и идет навстречу гулу подростков. Он заходит в зал и здоровается со всеми, заметив двух незнакомых парней — кажется, сегодня уровень неловкости будет зашкаливать. Дав Джемину подарок, он шепчет ему на ухо «Я не знал что подарить. Надеюсь, тебе понравится» и садится за стол. Сегодняшние блюда не совсем изысканные, но Марк не жалуется. Он точно поест гавайскую пиццу, несколько штук роллов и картошку-фри. Джисон и Джено сразу же затягивают парня в разговор о недавно вышедшем сериале от Netflix, и брюнет впервые за весь день расслабляется. Но счастье его длится недолго, потому что Джемин выходит в середину комнаты и просит обратить на него внимания.
— Всем добрый вечер! Спасибо, что пришли на мой день рождения, — розововолосый шутливо поклонился. — Прежде чем мы начнем кушать, я бы хотел представить вас, так как некоторые тут не знакомы друг с другом, — Джемин поворачивает голову и, начиная с Марка, перечисляет имена.
Как оказалось, двух неизвестных парней зовут Ренджун и Донхёк. Первый довольно маленького роста, с виду скромный и тихий, кожа его выглядит неестественно бледной, а волосы окрашены в блонд. Он одет в легкую бежевую кофту, чуть не спадающую с плеч, и черные широкие брюки. Марк думает, что они могли бы подружиться. Второй парень кардинально отличается от предыдущего — он выше, цвет его кожи бронзовый, волосы каштановые. На нем черная рубашка с длинными рукавами и синие джинсы на высокой посадке.
Выглядит чертовски горячо. По взгляду Донхёка сразу можно было сказать, что он нисколько не скромный или тихий, а самый настоящий заводила.
Все начали есть и разливать напитки по стаканам. Пока остальные парни о чем-то оживленно болтали, Марк сидел и чувствовал себя не в своей тарелке. За последние два года он знатно отдалился от друзей и теперь стеснялся хоть как-то поддержать общую беседу. Ему всегда было по душе наблюдать за всеми со стороны, чем он сейчас и занимался. Из всех присутствующих его больше привлекали новые знакомые. Двое парней оказались лучшими друзьями и были довольно шумными. Марк часто кидал взгляды на рядом сидящего Донхёка и в один момент от этого стало даже немного стыдно. Но что ему делать, если «бронзовый мальчик» такой привлекательный? Он ничуть не стыдится своего мнения, говорит прямолинейно и очень много острит, шутит. А смех… а смех его самый заразительный на всем белом Свете. По крайне мере, так Марку казалось. Каждый раз, когда Хёк двигался, его каштановые и немного вьющиеся волосы смешно подпрыгивали, и Марку всё время хотелось их поправить.
Марк снова устремляет свой взгляд на Хёка и слушает, как тот рассказывает о своих приключениях в деревне бабушки. Парень выразительно жестикулирует, красочно описывая все свои действия. Сейчас он выглядит таким ярким и светлым, что хочется подойти и обнять его, наполняясь теплом изнутри. Брюнет всегда стремился быть таким, как Донхёк, поэтому даже немного позавидовал тому за такой солнечный характер.
Марк, несмотря на юный возраст, часто представлял образ своей второй половинки перед сном, и Хёк подходил абсолютно по всем критериям. Конечно нельзя делать поспешные выводы по поводу нового знакомого именно сейчас, но ведь он и вправду кажется идеальным партнером. Стоп, что?.. Марк думает об этом парне в романтическом плане? Нет-нет-нет. Как можно быть таким легкомысленным, а? Не факт, что шатен так же, как и Марк, отдает предпочтение парням… Ли попытался перестать думать об этом.
Донхёк Донхёк Донхёк Донхёк Донхёк Донхёк Донхёк
Через час, когда все вдоволь наелись и напились, Джено предложил сыграть в дженгу и остальные подхватили эту идею.
— Неужели наш несмешной Джено предложил стоящую идею, а? — строя башню из блоков для игры, шутил Донхёк.
У Марка не было желания играть, но ради веселья остальных он решил постараться. Парни, один за другим, вытягивали блоки, и игра становилась всё интереснее и напряженнее. Когда подошла очередь Марка, он немного замялся.
— Я точно уроню башню, — взволнованно прошептал.
— Хей, не переживай, — Донхёк слегка коснулся его плеча своей ладонью. Марка бросило в жар — это был их первый физический контакт за весь вечер. — Советую вытянуть вот эту, — парень указал на одну из самых нижних деревяшек. — Можешь не сомневаться, не упадет, ты же видел как я играю, — улыбнулся.
— Спасибо, сейчас попробую.
Марк, дрожащим пальцами, прикоснулся к блоку и башня чуть содрогнулась. Он попытался вытащить деревяшку, но та никак не поддавалась.
— Может уже сдашься? — посмеивался Ченлэ. В ту же секунду Марк ловко схватил брусок и вытащил его.
— Ни за что, — ответил он на риторический вопрос друга и с благодарностью посмотрел на Донхёка ещё раз.
К пятому кругу игры, всем изрядно надоело. Особенно Джисону и Ренджуну, которые были совсем плохи в дженге, поэтому парни, несмотря на темноту за окном, решили пойти погулять. Донхёк, на удивление Марка, взял с собой гитару (оказывается, он занимается вокалом и умеет играть на разных инструментах) и сказал, что пока все будут сходить с ума, он будет подбирать стоящие бэкграунд треки.
Когда они все собрались и вышли, стрелки наручных часов Марка показывали десять часов вечера. На улице начало немного темнеть, подняв голову к небу, можно было увидеть еле различимые звезды. Из-за небольшого ветра все поплотнее укутались в свои толстовки, джинсовки, кожанки и направились в соседний двор.
Марк редко гулял в этом районе, поэтому ему лишь оставалось поспевать за Джемином и Джено, которые с детства знают эти места, как свои пять пальцев. По дороге они купили две пачки картофельных чипсов в каком-то маленьком круглосуточным магазинчике и теперь уплетали их за обе щеки. Джисон и Ченлэ расспрашивали у Марк про его учебу, друзей из школы и делились новостями из своей жизни. Парни рассказали, что начали показывать самые лучшие результаты в танцевальной группе, Тэён-хён похвалил их за старания.
— Рад, что он оценил ваши усилия. Я и не сомневался, что вы будете самыми лучшими! — Марк обнял друзей.
— Спасибо, теперь мы можем выходить против тебя на дэнс-баттлах, — Ченлэ подмигнул и засмеялся своим дельфиньим смехом, по привычке потрепав волосы брюнета.
Как только на горизонте показалась детская площадка, все парни побежали занимать места — кто на карусель, кто на горку, а кто на качели, будто им не пятнадцать, а пять лет. Только Марк и Донхёк шли, будто нарочито, медленно, наслаждаясь красотой ночи. Марк никак не планировал оставаться наедине с почти предметом своего воздыхания, но раз уж судьба сама предоставила ему шанс, то грех не воспользоваться.
— Почему не побежал с ними? — он догнал впереди идущего Донхёка и неловко кашлянул.
— Ну, с гитарой неудобно как-то, не думаешь? — парень потряс инструментом в руках.
— А, и вправду, — Ли неловко почесал затылок, думая, что парень, наверное, принял его за глупца.
— А ты почему не побежал? — неужели Донхёку интересно или он просто из вежливости спросил?
«Конечно из вежливости, тем более, учитывая его открытость. Ты дурак, Марк».
— Просто не хочу, — на этом их диалог закончился.
Они наконец дошли до площадки и сели на ближайшую скамейку, глядя на остальных парней, которые уже во всю веселились и делали разные смешные фото, корча лица. Донхёк вытащил телефон и загуглил аккорды. Чуть настроив гитару, он начал играть. И как только его пальцы коснулись струн, а голос запел, Марк понял, что больше не мог ровно дышать к нему. Донхёк пел «I Like Me Better». И Марку почему-то так хотелось назвать эту песню
их песней, но загвоздка в том, что никаких «их» нет. Пока. Марк поворачивается к парню и смотрит, смотрит, смотрит. Вот у него родинка на правой щеке, вот шрам под левой бровью, а вот виднеются ямочки, когда он чуть приподнимает уголки губ — по всем этим местам хочется пройтись дорожкой поцелуев. Медленно, тягуче и несколько раз. Марк так и желает прикоснуться к волосам Хёка, которые при свете луны переливаются и притягивают сильнее прежнего. Он закрывает глаза, откидываясь спиной на скамейку и наслаждается сладким, как мёд, голосом парня. Марка окутывает чувство, будто на него кто-то пристально смотрит, но он не воспринимает это всерьез и продолжает наслаждаться пением. Но когда песня заканчивается и слышатся последние аккорды, Марк открывает глаза и понимает, что всё это время Донхёк рассматривал его.
— У тебя здесь, — он показывает на верхний уголок губ, но Марк не понимает, и Хёк сам привстает, вытирая его губы тыльной стороной указательного пальца. Марк надеется, что Донхёк не увидел, как тот покраснел. — Ой, прости, — парень резко отдергивает руку. — Наверное, тебе неприятно, что я грязным пальцем тронул твои губы. Просто там были крошки от чипсов, я не удержался, — парень не выглядит виноватым, наоборот — будто намекает, что он сделал это специально. — Я так понял, что ты не любитель «такого», — Хёк как ни в чем не бывало указал на друзей.
— Если под «таким» ты имеешь ввиду всё шумное, громкое и общительное, то да, — Марк усмехается самому себе. — А что?
— Просто стало интересно. Я за тобой весь вечер наблюдал, вот и захотелось проверить догадки. Ну, ещё слышал про тебя многое, — Марк на эти слова лишь приподнимает правую бровь, не веря. Он не думал, что о нем, вообще, кто-то говорит. — Удивлен?
— И что ты слышал? — он игнорирует слишком очевидный вопрос.
— Давай прогуляемся. Не бойся, расскажу, — Донхёк встает и подает руку Марку.
Они незаметно для остальных выбегают со двора и выходят на проезжую часть, идя по краю дороги. Им нечего бояться — машины в их городке в такое время ездят редко. Донхёк, идущий в какой-то потрепанной джинсовке и с гитарой на плече, подставляет свое лицо прохладному ветру. Ночная прогулка кажется чем-то интимной и от этого Марк начинает заметно нервничать — его ладони потеют, дыхание учащается, но одновременно с этим он чувствует себя комфортно, будто всё так и должно быть.
— Если обобщить одним словом, то ты крутой, — начинает Хёк, пиная камушки, попадающиеся по дороге. — Да, говорят, что ты немного закрытый и все такое, но тебя любят и ценят. Насколько я знаю, ты всегда помогаешь, поддерживаешь ребят. Ты, если честно, выглядишь очень загадочно. Так и хочется узнать о тебе побольше и окунуться в океан твоей души. С юмором у тебя, правда, туго, но думаю, мы можем это исправить, — Марк думает о том, почему Донхёк всё это запомнил и зачем, вообще, он всё это начал, но затем резко поворачивается, смотря прямо в глаза шатена и спрашивает «Что за
«мы»?». Тот лишь останавливается, забавно наклоняя голову вправо, как провинившийся кот перед хозяином. Марку, конечно, льстит вся эта ситуация, но он считает это странным. В конце концов, они ведь знакомы всего лишь несколько часов. Неужели, парень захотел просто подшутить и поиздеваться над ним?
— Слушай, меня напрягают твои слова. Может, объяснишь уже? — Марк, на свое удивление, поворачивает Донхёка к себе лицом, вынуждая обратить внимание.
— Ты такой красивый, — парень приподнимает руку, будто вот-вот коснется его лица. — Мне стоит сразу признаться или подождать месяца два, м? — Марк непонимающе смотрит на него. Признаться в чем, черт возьми? — Признаться в в своих чувствах, — Донхёк наклоняется к его лицу и их губы оказываются непозволительно близко. — Я знаю, что тебя может испугать то что я сейчас скажу, но таков мой характер, я не умею скрывать свои истинные намерения. Поэтому слушай. Мы с тобой знакомы всего ничего, но ты мне понравился, по-настоящему. Так зачем медлить, если можно начать всё сейчас, м? — под конец его голос превратился в шепот.
Донхёк не выглядит взволнованным, скорее смущенным — кончики его ушей покраснели, а щеки приобрели розовый оттенок. Он исподлобья смотрит на Марка и ждет ответа. Тот, в свою очередь, не знает что сказать и стоит в ступоре, будто забыл все слова на Свете. Казалось бы, вот, парень, к которому он испытывает самые нежные чувства, признается ему в симпатии, но разве такое бывает? Марк о таком лишь в книжках читал.
Наконец, брюнет осмеливается лишь на «ты мне тоже нравишься» и несмело берет ладонь Хёка в свою. Их лбы соприкасаются и Марк, не выдержав, закрывает глаза и первым целует давно уже манящие губы напротив. Донхёк удивляется и пылко отвечает, обвивая шею парня своими руками. Марк целуется не впервые, но для него всё происходящее не менее особенно, как и для шатена, которому всё это в новинку. Брюнет наконец проводит ладонью по золотистым волосам Хёка, затем губами опускается к той самой родинке на правой щеке и ему так хочется запечатлеть этот момент. Он чувствует, как Донхёк утыкается ему в шею и глуповато улыбается. Им всё равно, что они стоят на улице, что кто-то может их увидеть, что, возможно, друзья всполошены их отсутствием. Главное, они вместе и начинают свою собственную историю полной любви и тепла.
