Savior

      Капли продолжали нудно стучать по плитам асфальта. Очередное темное утро ничем не отличалось от ночи. Грязные дождевые капли заливались в обувь, доставляя неприятные ощущения. В небе одиноко кричали вороны, на улице почти никого не было. Из-за низких серых туч едва пробивалось солнце.       Ярику было все равно на хлюпающую в ботинках воду. Он торопился, он почти бежал. Он чувствовал, что вот оно, еще немного, и он достигнет цели, к которой, кажется, шел всю свою никчемную жизнь. Но не в ту сторону. Все больше отдаляясь. И это был такой шанс, почувствовать себя счастливым, впервые за столь долгое время одинокого заточения.       Он не любил дождь. Можно сказать, он вообще мало что любил. Но впервые за все время ему было плевать. Впереди высилось четырехэтажное здание, испещренное окнами вдоль и поперек. Парень был убежден, что ничего мрачнее в городе больше нет. Внутреннее убранство здания, когда он открыл большую дубовую дверь, его также не удивило.       В коридоре было мрачно. Плотные жалюзи пропускали тусклые линии света, но этого было недостаточно. Ярослав уже и сам не понимал, зачем так спешил сюда. Он уже жалел и о том, что забыл зонт, и о том, что вообще вышел на улицу сегодня. Сидеть дома и отправлять конспекты и задания миловидной и общительной учительнице ему нравилось больше, нежели сидеть в душном классе, полном потных и агрессивных придурков, невпопад отвечая на вопросы. Но парень знал, что, даже стараясь изо всех сил дома, он все равно может что-то упустить, а в коллективе «креативных кретинов», — именно так именовался чат для домашних заданий, в который успешно добавили Ярослава, и который последний старательно игнорировал, — этого случиться не должно. Он постоянно повторял себе, что этот выход в свет – оправданный и просчитанный риск.       «Сколько раз такие риски оборачивались катастрофой?» - спрашивал подросток себя снова и снова, уже достигнув дверей аудитории и мнясь перед ней в некой нерешимости. Нет, он не был трусом, он не боялся. Но в этот раз что-то больно кольнуло в сердце, тревога позволила себе опутать все мысли вязкими сомнениями, что тянули душу вниз, словно балласт. Будто что-то должно кардинально поменяться, если он переступит порог.       Звук, с которым открывается дверь, мерзкий и неожиданный. Двери не должны быть такими громкими, черт возьми! Нервозность парня медленно начинает перерастать в легкую панику. Людей в аудитории немного: горстка девчонок и двое парней на передней парте. Девушки оживленно, но не особо радостно что-то обсуждали, явно сплетничали, а парни сидели, сгорбившись и уткнувшись носами каждый в свой ноутбук. Первый, худой, вытянутый, словно шпала, с темными вьющимися волосами, судя по всему, давно не стриженными, и четкими скулами, которые обтягивала смуглая кожа. Живые глаза его бегали по экрану, время от времени прикрываемые густым опахалом из темных пушистых ресниц. Второй был выше на голову, но при этом полной противоположностью. Недельная небритость резко контрастировала с бледной кожей, которая покрывала голову, похожую на яйцо из-за сбритых висков и туго затянутого на затылке хвостика. Он едва перебирал пальцами, печатая что-то. «Шпала» беззвучно шевелил губами, внося правки в подобие кода, хмурясь и, время от времени, разминая напряженную шею. Его товарищ сидел с невозмутимым лицом, читая хентай и изредка хрюкая от смешных вставок. Этот контраст выглядел ненормально, отвратительно, но ровно столь же маняще и интригующе. Приходятся ли эти парни друг другу друзьями или в этом заложено нечто большее?       Забивая лишними вопросами голову и пытаясь проникнуть в сознание странного дуэта, Ярик уселся на предпоследнюю парту центрального ряда. Ему всегда было наплевать на окружающих, их судьбы, положение в обществе. Но теперь, когда он оказался внутри злосчастной комнаты, а тревога парализовала его и без того затуманенный мозг, внутри парня будто что-то треснуло. Хотелось покопаться в чужих мыслях, как в своей корзине с носками. Вникнуть в каждую, понять причины и мотивы, выудить тонны информации, которая ему никогда не была нужна. Да и врядли понадобится.       Тем временем аудитория пополнилась новыми лицами: высокие и низкие, светлые и темные, быдловатые и вежливые – непохожие один на другого, но в тот же миг столь идентичные словно под копирку ученики заняли свои места. Ярослав не успел изучить их всех, когда прозвучал звонок. Судя по всему, все уже пришли и сели. Лишь один паренёк крутился возле стола преподавателя, шурша бумагами. Он был высоким, ходил на длинных и тонких ногах-ходулях и теребил края бежевого худи. Он был похож на одного из тех самых печально известных уличных танцоров, которые нередко устраивали потосовки средь ночи прямо под окнами комнаты Ярика. Раздражают. Спокойными серыми глазами он окинул нужный ему лист бумаги и, едва шевеля губами, озвучил:       — Новенький среди нас. Ярослав, это вы? — парень поднял глаза, выискивая среди учеников новое лицо. Ярик его опередил, издав сдавленный писк. Почему-то он считал, что его голос будет звучать как всегда твердо и уверенно. Так, будто он может поглощать одной рукой завтрак, а второй выбивать душу из не дающих спать танцоров. А вышел пищаще-скрежечущий звук, напоминающий несмазанные петли дверцы его кухонного шкафчика. Но никого это не смутило.       — Приятно познакомиться! Я Влад, староста. Если у тебя будут вопросы — обращайся. Надеюсь, ты заведешь себе новых друзей, — очевидно, давно заученная наизусть фраза. Конечно, Влад выжал из себя всю искренность, но этого было не достаточно, и его улыбка все равно вышла пустая и фальшивая. А Ярик даже не пытался улыбнуться. Прожигал взглядом, пожирал изнутри, ответил сдержанным кивком.       «Гордый и мнимый пацан, ничего нового, — парень отвернулся к окну, в ожидании учителя. — Наверное, какой-нибудь бабник-поедатель-сердец, если не гей» — он с привычной легкостью скрыл отвращение на своем лице.       Его сердце едва не вылетело в то же окно, когда сумка старосты с шумом опустилась возле парты, а ее владелец грузно опустил свою тушу на рядом стоящий стул.       — Когда я сказал, что надеюсь на то, что ты найдешь друзей, я имел в виду себя, — за пять минут этого знакомства Влад успел надоесть хуже кусачей блохи.       — Зачем? Я ещё ничего не знаю, а ты уже лезешь. Я планировал поучиться в этой школе, – Ярик ничем ему не уступал и сильно нервировал этим дылду.       — Сейчас у нас замена и мы ничего не делаем. Может, уже перестанешь упираться и дашь мне узнать кое-что о тебе? — второй не отставал и, видимо, не собирался этого делать ближайший час.       — Меньше знаешь — крепче спишь. Вдруг я серийный маньяк? — Ярослав решил дать Владу возможность пообщаться с собой, но решил ничего не говорить о себе, а наоборот: выведать всё о собеседнике, — Тебе бы не понравилась эта новость.       Тем не менее, второй парень замолчал, уставившись в стол. Это выглядело крайне комично, будто он пытался просчитать вероятность того, может ли новенький действительно оказаться страшным и беспощадным убийцей. Наконец, сообразив, что ему ничего не угрожает, Влад оторвался от созерцания исцарапанного надписями стола и внезапно посмотрел в глаза Ярослава. Цвет благородного... Шоколада полыхал легким гневом, но вполне естественным, будто так надо и так было всегда.       — И что, ну, стало причиной твоего прехода к нам? — Ярик буквально почувствовал, как его уши напрягись.       Он и сам не знал ответ. Это был уже далеко не первый случай, когда он менял школу просто так. Может, где-то в глубине его мрачной души и плескалась мысль о том, что неплохо бы расширить круг знакомых, но сам он не принимал этого, убеждаясь, что плюшевых панд на полке для книг вполне достаточно, чтобы удовлетворить нехватку общения. Действительно, кому надо общение с реальными людьми, способными ранить душу, если есть мягкие панды, которые и слова поперёк тебе не скажут и которых так приятно обнимать, засыпая под музыку, раздающуюся с улицы? Ярик не знал ответов и не особо жаждал получать их. Так интереснее.       — Просто, почему бы и нет. — И, сообразив на ходу, добавил: — Переехал.       — О, а откуда? — Влад, кажется, не собирался униматься.       — Да разве тебя это должно волновать? — Ярик злобно свернул глазами, — Лучше расскажи, что тут да как, я слышал, скоро будет какое дежурство...       Словно услышав то, что он ждал как минимум сто лет, Влад оживился, быстро начиная говорить.       — Я сам пока про него не шибко знаю, но могу рассказать про наших отсталых ребят, — где-то сзади послышалось недовольное бурчание и в ту же секунду Влад еле увернулся от летящего учебника, что оставил режущее чувство в затылке, но, видимо, это было для него повседневностью. Иначе он не стал бы так спокойно уклониться от летящего, блять, учебника, продолжая говорить, как ни в чем не бывало, — Вон там, — Влад указал пальцем куда-то вглубь класса. Ярику было лень разбираться, на кого он там указал, потому просто сделал вид, что крайне заинтересован, — Сидит Доминика. Прекрасная девчуля-... — откашлявшись так, что Ярику самому захотелось выпить воды, парень перевёл свой взгляд на другую жертву обсуждений, — Это Федя, — повернулся к собеседнику, таки отпивающему драгоценную жидкость, и прошептал со странным омерзением: — Говорят, он, ну, из тех самых.       Ярослав взаправду поперхнулся водой от такого заявления, мысленно уже внеся названного одноклассника в чёрный список.       — Допустим, — прохрипел Ярик, всё ещё кашляя и наклоняясь, чтобы сложить бутылку обратно в сумку.       Нет, совсем не допустим. Он будет всеми силами избегать встречи с этим «Федей». От греха подальше. Может, даже в буквальном смысле. Они ещё с полминуты молчали в шуме класса, прежде чем Влад снова продолжил уже как-то боязливо.       — В том углу — это Егор. Странный тип.       — Тоже из «тех самых»? — настороженно спросил Ярик, заранее жалея о том, что его перевели в этот класс. «Лучше бы в прошлой школе покладистей был» — нашептывали собственные мысли, и он был с ними отчасти согласен. Отчасти.       — Да нет, — Ярослав мысленно выдохнул, — Но с ним связываться тоже не советую. По словам медкомиссии, у него почки нет.       Ярик подперел лицо ладонью, перед этим зачесав тёмные волосы в сторону, дабы не мешали обзору. Будучи мокрыми от проливного питерского дождя, они с непревычной лёгкостью поддались. Усмехнувшись, он заговорил в привычной для себя манере:       — И откуда же у тебя такая информация? Насколько я знаю, в этом чудном, новейшем заведении медкомиссии что-то не видно, — с сарказмом оборачиваясь по сторонам, он краем глаза заметил, с каким взглядом на него уставился Влад. «Ам а бич ам а босс, значит» — сделал для себя пометку Ярик, в миг угомонившись. Глаза сощурились в немой усмешке.       Где-то в глубине души загорелся огонёк азарта. Молчать уже не хотелось, но хотелось выбесить нового знакомого, поэтому он позволил себе такую наглость, как вопрос:       —А что остальные? - на самом деле Ярику было бы немного плевать на новых одноклассников, если бы не одно "но" — Влад подавал не просто информацию, а редкие, малоизвестные, бесценные факты, почти полноценные компроматы. И все абсолютно бесплатно, просто так. Хотя, может всё это и не было чем-то сверхъестенным, и может в классе все об этом знали... Да ладно. Ярик даже забыл свою любимую фразу "бесплатный сука сыр лишь в блядской мышеловке". За все нужна плата, но сейчас парень благополучно забил на это. Вот оно. Ему дают доступ к чужой корзине с носками, и теперь ему нетерпелось узнать, что же такого там скрывали его новые одноклассники.       —Остальные? Это не так интересно. Пока запомни то, что я тебе уже рассказал, об остальном узнаешь сам —Влад загадочно улыбнулся отворачиваясь.—Если сможешь.