Испачканные кровью цветы

      Общение с Пери не складывалось. А с Карен Вивьен вообще прекратила разговаривать, даже минимально. Ее «подруга» неплохо сдружилась с Кенни, которую в свою очередь бросил и Даниэль.       Ну, а Пери самому было неловко разговаривать с Вивьен. Возможно, девушке стоило больше переживать на этот счет, но нет, она правда не беспокоилась об этом. Сейчас Пери в ее глазах был подобен глупому влюбленному мальчику, который делает всё со зла.       Но Пери за последние недели всё же смог заговорить с Вивьен, при этом очень смущаясь.       — Слушай, — они сидели за партой, на перемене. Вивьен повернула голову к парню и кивнула, показывая, что всё-таки слушает его. — скоро же рождественская вечеринка, через две недели. И я подумал, что мы с тобой совсем прекратили общение… Меня это расстраивает, вот я и хотел, ну, — Пери никак не мог собраться с мыслями.       — Что ты хотел? — поторопила Вивьен.       — Может, нам стоит вместе пойти на вечеринку? Ну, вдвоём, — выпалил он быстро.       — Разве на эту вечеринку нужно идти парами? — Вивьен постаралась вспомнить, говорила ли что-то похожее Соурд о предстоящем празднике, но ничего кроме того, что всем старостам нужно помогать в украшении зала, она не припоминала.       — Нет, но мы могли бы.       — Ладно, давай, — Вивьен не особо задумывалась над этим. Для нее вечеринка была еще слишком далеко, да и веселиться она планировала с подругами, а не с Пери. Но, может Пери был прав.       А еще возникала и другая проблема, связанная с Даниэлем. Сейчас у них всё наконец более менее наладилось, Вивьен и Даниэль уединялись в своем классе, прятались в других укромных местах, радуясь хоть такому контакту.       Всё было хорошо, поэтому Вивьен не могла сказать парню, что собирается идти на вечеринку вместе с Пери, парнем, которого терпеть не мог Даниэль.       Поэтому Вивьен выбрала самый плохой вариант из всевозможных — умолчать об этом. Она не знала, насколько долго Даниэль будет находиться в неведении, но это было всяко лучше, чем сказать ему всё прямо.       Выходной она провела с ним, как раз комната парня была свободна — Генри уехал домой. Сидеть в спальне гораздо лучше, чем теснится на маленьком кресле, после которого болела спина. А в комнате парня Вивьен ощущала себя хозяйкой.       — Надо было тоже свалить домой, — говорил парень, когда они валялись вместе на кровати.       — Почему?       — Не знаю, там кровать удобнее.       — Но… меня бы там не было, — Вивьен подняла голову, чтобы лучше увидеть лицо парня, который смотрел на потолок.       — Ну, да. Это серьезная причина остаться здесь на выходные, на которых мы просто сидим в комнатах, — хмыкнул парень.       — Дома ты бы тоже никуда не вышел.       — Может, и вышел бы. А может, и ты могла бы поехать со мной.       — В ваш дом? Ни за что, — усмехнулась Вивьен.       — Почему это?       — Потому что я не люблю его. Слишком мрачно, будто это не ваш дом, а старый готический замок.       — Такой и являлась задумка.       — Ага, и поэтому ваша семья приезжала к нам, а не наоборот.       — Нет, просто мы более       дружелюбны, — Вивьен звонко рассмеялась.       — Вы? — со смехом спросила она.       — Ничего смешного в этом нет, — но парень и сам улыбался.       Лежать вот так с Даниэлем в одной постели — прекрасно. Никаких забот или переживаний — только теплое тело Даниэля и ленивые поцелуи.       Сэлиди была рада, что у Вивьен все наладилось. Хоть это и означало, что теперь общаются они меньше.       Вивьен ощутила это упущение, когда вернувшись в субботу вечером в комнату, она увидела новый образ Сэлиди.       Теперь на месте длинных русых волос были совсем коротенькие. Другими словами, у Сэлиди была мужская стрижка.       — О… Ого, — она не смогла подобрать слов, чтобы описать изменения подруги.              Сэлиди с широкой улыбкой встала с постели и покружилась, чтобы Вивьен получше рассмотрела ее новую прическу. Можно было и не гадать, чтобы определить настроение соседки — она была очень рада и, возможно, даже счастлива.       — Очень мило, — улыбнулась Вивьен.       — Спасибо! Я переживала, что выйдет не то, что я хотела.       — А кто тебя подстриг?       — Наша соседка напротив. Это, на самом деле, спонтанное решение, но я очень довольна!       — Тебе идет, — хмыкнула Вивьен.       Это было правдой — короткие волосы удивительным образом шли Сэлиди, выделяя ее лицо и аккуратные уши.       — Я согласилась на предложения Пери пойти вместе на рождественскую вечеринку, — призналась уже вечером Вивьен, когда они лежали по своим постелям.       — Разве на нее идут парами?       — Нет, но он предложил это.       — И зачем ты согласилась, если у тебя… Даниэль?       — Я не знаю. Просто ответила на автомате. Да и Даниэль вряд ли бы меня позвал.       — Сразу целуешь его на автомате, потом соглашаешься пойти вместе на вечеринку на автомате. Вивьен, я уже переживая за твои бессознательные поступки.       — Несмешно!       — Я и не смеюсь, вдруг ты и меня поцеловать захочешь на автомате? — хихикала Сэлиди, на что Вивьен закатила глаза.       Она шла на собрание старост, когда услышала чьи-то крики. Драка? Или обычные разборки? Вивьен постаралась тихо пройти в ту часть разветвления коридора, где слышалась эта ссора.       Эти люди не особо переживали по поводу того, что их могут услышать. Но несмотря на это, в коридоре из посторонних была только Вивьен. Она, вероятно, опоздает на собрание, но интерес не мог просто отпустить ее. Да и к тому же, вдруг эта ссора будет очень важна, а Вивьен и не узнает, что произошло.       Благодаря этим мыслям девушка успокоила свою совесть и прокралась ближе, чей-то агрессивный голос продолжал звучать именно оттуда, куда направилась Вивьен. Девушка выглянула из угла, за которым пряталась.       Прямо по середине коридора стояли Нитли и Перси, пара, на которую чаще всего жаловались другие студенты прямо Соурд. И пара, которая только в этом году поженились или пока еще не поженились. Но предложение Перси сделал.              Сейчас они ругалась, при чем чересчур громко и жестоко. Нитли надрывала голос, стараясь объясниться перед Перси:       — Не было ничего такого! Я видела, как ты убегал к ней!       — Я?! — но Перси не уступал ей в криках. — Твоя голова, вероятно, чертовски больна, потому что я такого не делал! Да и вообще, мои родители сказали, что наш брак порочен!       — Я всегда знала, что ты слюнтяй и подчиняешься своим родителям. Но чтобы они еще решали за тебя твой выбор! — она стукнула ногой по полу.       — Я не слюнтяй! Я понимаю их мнение, ведь мы, блять, брат и сестра!       — Троюродные! Всего лишь троюродные! Да моя мать вообще от другого мужчины.       Вивьен опомнилась, когда уже практически стояла прямо перед парой. Такого она точно не знала. Моментальное отвращение к этой паре сменило любые чувства радости за их счастливые отношения. Брат и сестра…       — Когда мы спали и встречались уже несколько лет, тебя это не волновало!       — А сейчас волнует! Какими будут наши дети?       — В этом нет проблем, — фыркнула Нитли. — Просто забеременею от другого, — звонкий шлепок раздался эхом по помещению.       Перси ударил её по щеке. Но Вивьен продолжала смотреть, ожидая, что будет дальше. Нитли расплакалась и ушла от своего парня в сторону Вивьен. Девушка моментально прильнула к стене, надеясь, что убегающая не заметит её.       — Нитли! Постой! — за ней пошел Перси, но, раз их ссоре пришел конец, вышла и Вивьен.       Она староста. Перси не мог просто тронуть ее или ударить, как Нитли. Тогда он бы поплатился еще больше за этот поступок. Поэтому Вивьен холоднокровно вышла, преграждая путь парню. Если бы она смогла увидеть свое выражение лица, то точно бы сравнила бы его с лицом Соурд. Холодная ярость, строгость и одновременно высокомерность.       — Прямо сейчас мы направляемся к Соурд, которая выпишет тебе наказание за избиение студентов, — проговорила она. Вивьен была намного ниже Перси, от чего она смущалась и даже боялась говорить эти слова. Перед Даниэлем она не чувствовала такого страха, когда распоряжалась им. Наверное, это было связанно с тем, что она знает, что можно ожидать от него.       — Гребанные соусы, — закатил глаза парень.       Вивьен развернулась и пошла, прислушиваясь к шагам Перси. Он шел за ней, что значительно упрощало её действия. Если бы парень убежал бы прямо сейчас, Вивьен не смогла бы побежать за ним. Но Перси не дурачок, он прекрасно понимает, что уже попался и получит по заслугам.       Но почему она соус…? Вивьен расценивала это как оскорбление. Ей с самого начала навязали установку — она не должна вязать дружбу с Соурд. Но сейчас она не хотела прикрывать Перси после того, как он ударил свою девушку. Даже если он распространит по академии, что именно Вивьен завела его к Соурд, гораздо позорнее будет то, что он совершил.       Перси не мог рассказать никому о Вивьен, не пожертвовав собственной репутацией.       Он ударил собственную девушку. Невесту и будущую жену. Проходило ли такое до этого? Может, Вивьен нужно поговорить с Нитли, чтобы узнать об этом? Хотя, вероятно, девушка не захочет делиться такими вещами с Вивьен, как бы она не защищала. Вивьен и не стремилась узнать об этом.       Но бить свою пару — отвратительно. Каким бы личным это не было, Нитли нужна защита. Вивьен готово оказать её. Избиение девушки — слабость, которую смог позволить себе Перси, а теперь поплатиться за это.       Собрание уже во всю шло и Вивьен уверенно постучала по двери.       — Здравствуйте, Миссис Соурд, — строго произнесла Вивьен и обернулась, чтобы проверить — зашел ли Перси.       — Здравствуйте, Беапринс. Вы опоздали и… кого Вы сюда привели?       — Собственно причину, по которой я опоздала. Я шла на собрание, как услышала ссору, подойдя ближе, я увидела Перси и Нитли. Они очень сильно ругались и Перси ударил девушку.       — С какой целью Вы сюда его привели? — спросила Соурд, поставив Вивьен в недоумение.       — Ну… чтобы наказать Перси. Он ведь нарушил правило — не причинять физическую боль кому-то. А еще он ударил свою девушку, — Вивьен ведь решила для себя, что будет добиваться того, что Перси будет наказан. Поэтому, она продолжает давить даже на Соурд.       — Хорошо, — кивнула женщина и повернулась к Перси. — Подойдите ко мне сегодня вечером, — не медля ни секунды, парень тут же ушёл из их класса.       — А если он не прийдет? — спросила Вивьен, внутренне дуясь на то, как безразлично отреагировала Соурд. Она ожидала настоящей ругани, которую с ужасом вспоминают «особые» студенты.       — Мисс Беапринс, ещё никто не избегал назначенных встреч со мной. Не переживайте и занимайте свое место, — Вивьен повиновалась и села за стол.       Перестала переживать Вивьен только тогда, когда оказалась в объятьях Даниэля. Парень привел её в класс, где девушка заметила некоторые изменения.       — Где ты отыскал этот…. полуразвалившийся диван? — с улыбкой спросила Вивьен, когда отпрянула от парня чуть дальше.       Рядом с креслом стоял диван. Это название у него благодаря лишь подобию, ведь на самом деле никакой опоры у дивана не было и от этого он ещё ниже кресла. Зато есть спинка и матрас, а еще он значительно больше, чем кресло и способен умещать и Вивьен, и Даниэля.       — В другом кабинете. Всё равно там он просто стоял. А тут, — хмыкнул парень. — будет использоваться по назначению.       — Пока мы не окажемся на полу, — заключила Вивьен.       Даниэль взял её за руку и медленными шагами повел к дивану, при этом идя спиной вперёд, чтобы смотреть на Вивьен. Он чуть ли не спотыкался об собственные ноги, но при этом продолжал держаться. Вивьен улыбнулась, контролируя движения Даниэля.       Да, на диване было удобнее. Был бы он чуть выше — смог бы тягаться и с кроватью. Но Вивьен довольствовалась малым, поэтому они с Даниэлем лежали вместе, прислоняясь каждой частью к друг другу.       Поистине завораживающе занятия, ведь так Даниэль был невероятно близко к Вивьен. Его дыхание касалось девушки, пуская щекотку по телу.       — К Фестину больше не пристают?       — Нет, он же снова ходит на вечеринки.       — Соурд очень странная в своих наказаниях. Сегодня я привела ей парня, который ударил свою девушку в коридоре, а она вела себя так, будто я жаловалась по самому мелкому поводу.       — Ты привела его к Соурд? Сдала?       — Не смей говорить, что я соус или что-то в этом духе, — злобно ответила Вивьен, неподходяще под вопрос парня. Но его это развеселило.       — Готовься к тому, что про тебя могут начать так говорить.       — А про него будут говорить, что он бьет девушку.       — Увы, но у нас в академии гораздо больше распространено унижение соусов. Это уже как порядок.       — То есть, всем плевать на избиение девушки, но не на то, что об этом доложили? — спросила Вивьен с нотками разочарования. Как Даниэль смог освоиться в академии больше, чем она за то же время?       — Верно, — криво улыбнулся Даниэль. После этого он оставил легкий поцелуй на губах девушки. — Но не волнуйся, я не позволю, чтобы ты становилась изгоем.       — И как же ты это сделаешь?       — Мой круг общения гораздо больше, чем твой.       — Круг общения, который как раз и занимается унижением соусов. А если тебя засмеют? Или прекратят общение? Не боишься этого?       — Боюсь ли я быть с тобой, когда ты стала соусом?       — Да, но я им не стала.       — Не боюсь. Не забывай, что в свою очередь ты водишься с главным «убийцей» академии, являясь старостой и «принцессой», — Вивьен фыркнула.       — Ты уже не являешься таковым.       — Но слухи ещё ходят.       Они лежали, болтая обо всём на свете, включая и о студентах академии. Даниэль был открыт перед Вивьен, рассказывая всё больше и больше о себе. Но ничего из сказанного не поражало девушку и не меняло её отношения к парню. Одна из самых неприятных тем для Даниэля — семья. Вивьен это поняла по напряжению парня и скупости в словах.       — У меня была тетя, — начал говорить он, после просьбы Вивьен рассказать что-то хорошее о Фаумер. — Я считал её своим лучшим другом до тринадцати.       — Почему до тринадцати?       — Потому что в этом возрасте она умерла. Из-за тяжелой болезни. Я видел, как она постепенно умирала. Серьезно, мне даже казалось, что ближе к концу она стала разлагаться.       — Мне… очень жаль, Даниэль.       — Это было пять лет назад, всё в порядке.       — Расскажи мне о ней, — попросила девушка, наклоняя голову набок. Вивьен была готова пользоваться любой степенью открытости Даниэля.       — Хорошо, если хочешь, — Даниэль приподнялся, чтобы подползти ближе к подлокотнику. — Мою тетя звали Жанна. Жанна Клиф, младшая сестра моей матери. Она так и не вышла замуж, поэтому навсегда сохранила фамилию своего отца. Пока родители пытались приучить меня к серьезности и строгости, она бегала со мной во дворе под дождем и прыгала в грязи, а после этого выслушивала замечания моих родителей. Я тогда прятался за дверью, боясь защитить Жанну. Она всегда просила называть ее только по имени. Без Миссис или тёть. Она призналась мне, что никогда не любила эти важные обращения и не хочет, чтобы её друзья так её называли, — Вивьен улыбнулась, умиляясь такому. — Я хотел, чтобы она приезжала к нам как можно чаще, но из-за ссор с папой и мамой не получалось. Несколько раз они запрещали общаться тёте со мной, но были вынуждены забыть свои запреты после моих капризов. Мама и Жанна даже близко не были похожи на сестер. Не внешне, не характером. Если сравнивать их с животными — мама змея, а Жанна — кролик. А моей детской натуре хотелось всего и сразу. С тетей всегда было весело, но и маму я люблю, поэтому часто приходилось и мне идти на уступки ей. Когда Жанна заболела, я попросил у родителей, чтобы она переехала к нам. В нашем доме за тетей ухаживали бы служанки, мы смогли бы покупать ей лекарства. Но родители мне отказали, сказав, что Жанна может быть заразной и пускать её в наш дом — риск. Я всё равно навещал ее в тайне и понимал, что она не заразна. Я просил её поиграть со мной, но Жанна была слаба и с улыбкой отвечала мне каждый раз, как я ее просил: «Я устала играть. Жанне нужен отдых, но обещаю, что скоро мы будем играть с тобой каждый день». Она постоянно обещала мне это, а я верил. Только на похоронах мама сказала мне, что Жанна врала мне. Тетя знала, что не сможет пережить болезнь. Тогда я был зол на нее, но сейчас… я понимаю, почему она так поступила.       — Твоя тетя была чудесной.       — Да, это так, — улыбнулся Даниэль. — Я благодарен, что она была в моей жизни.       — Возможно, из-за неё ты не стал окончательным говнюком, каким являешься, — задумчиво сказала девушка.       — Я не являюсь таким, — Вивьен улыбнулась и кивнула, шуточно соглашаясь со словами Даниэля.       — Конечно-конечно.       Вивьен волновало, что она до сих пор не знала, что именно происходит между ней и Даниэлем. Они проводят время вместе и делятся личным, но при этом никаких отношений не обсуждалось. Если они пара, то им не нужно скрывать отношения, но если не пара, тогда почему сейчас они вместе?       — Кстати говоря, скоро рождественская вечеринка, — начала тему Вивьен, от которой ее сердцебиение участилось.       — Да, я понял это по тренировкам по вальсу, которые нам поставили, — совсем немножко улыбнулся парень.       — С кем ты планируешь туда идти?       — Не задумывался как-то. С Фестином, а дальше, кто подойдет. Напьёмся, как в прошлом году и хорошо отметим Рождество.       — Ты в прошлом году был пьян? — Вивьен вспомнила танец с Даниэлем. Тогда он двигался также хорошо, как и на всех тренировках.       — О, ещё как.       — А я и не заметила этого.       — Ты была занята танцами со своими подругами.       — Ты это помнишь?       — У меня всё в порядке с памятью. А ты с кем будешь? — спросил парень в ответ.       — Тоже со своими подругами, — начала Вивьен. — И с Пери.       — С Дэкулом? — подняв брови, спросил парень.       — Да, — неуверенно ответила девушка. — Мы пойдем как друзья.       — Ясно, — по лицу парня нельзя было понять его эмоции. Но Вивьен могла догадаться, что он был недоволен.       А Вивьен было очень стыдно перед парнем за это. Она считала себя слабой, при чем настолько, что не смогла просто сказать «нет» Пери, которого и другом своим сейчас не считала. А ведь она могла спокойно провести праздник с Сэлиди и Алтой, переглядываясь при этом с Даниэлем.       Если в прошлом году Вивьен удивлялась, как быстро и красиво украшали зал для вечеринки, то сейчас она сама и в этом участвовала.       Это затянулось на целый вечер, Вивьен то растягивала гирлянду у одной стены, то вешала игрушки на большую елку. А еще она успевала делать замечания наказанным первокурсникам, которые вместо работы общались в углу.       — Хватит болтать. Мы так и до вечеринки не успеем всё украсить, — говорила Вивьен. На это один из парней открыто фыркнул. — За работу, — строже добавила Вивьен и ушла заносить огромный настенный плакат «С Рождеством».       Вивьен и сама бы не отказалась поговорить с кем-нибудь и устроить себе отдых. Только вот Даниэля, как оказалось, уже убрали из списка наказанных, чему он был несказанно рад. Вивьен, конечно, тоже была рада, что парень теперь не рисковал, отправляясь на очередные посиделки в другие комнаты. Но сейчас он бы был очень кстати.       Возможно, тогда бы ей удалось поговорить с Даниэлем, чтобы он не обижался на неё из-за Пери. Пусть Даниэль и не показывал своей обиды. Если бы он пошел на вечеринку с Кенни, Вивьен бы тоже обижалась. И из-за этого Вивьен было крайне неприятна эта ситуация.       Вернулась в свою комнату она поздно и только коснувшись постели, ощутила сильную усталость. Сэлиди искренне посочувствовала Вивьен, но обнадёжила тем, что завтра у них планируется бурная вечеринка. Вивьен хотела радоваться также сильно, но сон и злость на себя мешали этому.