ветер

Ветер. Он бежит, торопится, вальяжно гуляет по улочкам, мчится. Мчится и Рэки. Мчится настолько быстро, насколько он только может. Мчится к нему. К Ланге. После их то-ли ссоры, то-ли… что это вообще было? Но это не важно. Сейчас не важно. Главное, что Рэки наконец разобрался в себе и сейчас рассекал воздух, желая побыстрее добраться туда, где уже, вероятно, находился Ланга. А это беловолосое чудо уже стояло рядом с бордюром, на котором валялся скейт, который сделал Рэки. И Ланга и вправду ценил это. Ценил не только скейт. Ценил мило надутые губы во время работы. Ловкие пальцы, заклеивающие бежевым пластырем очередные ранки на белоснежных руках. Переливающиеся рыжие волосы, в которых так же шаловливо играет ветер. Он ценил Рэки. Он любил Рэки. Любил настолько, что каждый раз был от части рад падению, лишь бы чуть загорелые шершавые руки снова коснулись его. И когда в поле его зрения появился он дыхание спёрло, а внутри всё перевернулось с ног на голову. На лице бутонами белоснежных роз расцвела такая искренняя улыбка, что сам Рэки невольно расплылся в такой же блаженной. Шаг за шагом Рэки подходил к нему. Раз. Два. Три. Пять. Десять. И вот он уже стоит, чуть ли не вплотную к Ланге. А тот всё улыбается. Широко и довольно. Руки Рэки раскрылись, словно крылья которыми он охватил тело Ланги. Обнял. Обнял, чуть всхлипывая. Его сейчас переполняло столько эмоций, что и не сосчитаешь. А вот Ланга сейчас испытывал лишь одно. Любовь. Уже потеряв счёт времени, Ланга слегка отстранился, предлагая: — Покатаемся? И больше не надо было слов. Всё встало на свои места. Сейчас всё так, как и должно быть. И они оба, до одури счастливые, встают на доски, ловко отталкиваясь. Пересекаются на середине площадки, дают друг другу пять, звонко хлопнув ладошками. И хохочут. Хохочут громко, чисто, искренне. Чисто, словно падающий снег на идеально-белых склонах гор Канады. Стук колёс чётко отчеканивается в разуме. Шуршащий асфальт тоже запоминается. Выдалбливается на подсознании учащённое дыхание друга. Рэки устал. Он валится с ног. Но ему не хочется останавливать этот момент. Сейчас всё кажется настолько родным, настолько правильным, что аж все внутренности переворачивает от счастья. Но он не выдерживает. Задумавшись, падает на серый асфальт, звонко ударяясь и глухо шипя. Ланга тут же спрыгивает со скейта, подбегая к Рэки. Снова улыбается. Снова смеётся до наслаждения заразительно и падает рядом. Поворачивает голову в сторону Рэки. Рэки поворачивает голову в сторону Ланги. Всё. Утонул. Беспроглядно и без надежды на спасение. Утонул в орехового цвета глазах. Утонул в рыжих волосах, буйность которых еле как сдерживала бандана. Утонул в его пухлых приоткрытых губах, с которых сейчас срывались рваные от сбитого дыхания вдохи и выдохи. Рэки тоже рассмеялся. Звонко и весело. Ланга рассмеялся вместе с ним. Оба чуть привстали на локтях, успокаиваясь. Первым начал Рэки. — Прости. Я столько всего сделал. Я такой дур- Но договорить он не успел. Белоснежного цвета палец Ланги примкнул к его рту, заставляя замолчать. — Всё хорошо, — сорвалось с губ Ланги, и он чуть улыбнулся. — Знаешь, — продолжил Рэки после того, как палец отстранился. — Я бесконечно хочу кататься с тобой. — Я тоже. — Я бесконечно хочу ездить с тобой в школу. — Я тоже. — И ещё кое-что я хочу делать с тобой бесконечно, — Рэки мелко задрожал от волнения. Он выдохнул, снимая напряжение. Взгляд любопытных глаз Ланги терзал Рэки. Загорелые руки плавно очертили белоснежные щёки, заходя на затылок, чуть поглаживая. А Ланга в это время так напряжённо сидел и думал, что сейчас произойдёт? Его подсознание ликовало и уже давно знало ответ на поставленный вопрос. И бам. Вспышками, фейерверками и искрами взорвался поцелуй внутри Ланги. Рэки двигался неумело и странно, потому что это был его первый поцелуй. Да, он готов отдать этому прекрасному парню такое сокровенное для него. Чужие губы неумело мазали, сминали и сжимались. Но этот поцелуй был настолько чувственным, что каждое движение отдавалось новым вбросом немалого количества серотонина в кровь. Или какой там гормон отвечает за счастье?.. Поцелуй продлился от силы полминуты, но для парней прошла бесконечность. Но ведь бесконечность не предел, верно? Всё-таки поцелуй пришлось разорвать. Взор Ланги устремился на Рэки. И прозвучало заветное: — Я тоже.