След жизни на клочке бумаги

      Целый год в дневнике не появлялось записей. Каждый день я вспоминала счастливые годы в Хогвартсе. Было до ужаса горько каждый раз вспоминать о том, что никогда больше такого не будет, никогда...

"26/08/2000

12:14       Наконец-то, меня после кучи экзаменов и проверок допустили к преподаванию в Хогвартсе. Сама не понимаю как решилась на это. Я учавствовала в восстановлении замка, и мучалась с воспоминаниями сначала, а потом мне снова и снова каждую ночь снился тот страшный день. Как меня взяли на должность преподавателя ЗОТИ у младшекурсников я тоже понятия не имею, ведь я не окончила последний год. Но по-видимому после войны учителей не хватает. Сейчас, наблюдая за счастливыми безмятежными детьми, я вспоминаю десятки таких же ребят, которые были на первом курсе в девяносто восьмом, десятки таких же ребят, которые погибли... Черт, невозможно не вспоминать то страшное время."       Дни складывались в недели, а недели в месяц, но рана на сердце не заживала. В прямом и переносном смысле, мне каждые две недели приходилось ходить к мадам Помфри на обследование, потому как болезнь сердца продолжала развиваться.       Я каждое воскресенье гуляла с Джорджем в Хогсмиде, уже добросовестно на правах училки. Я любила рассказывать ему о тех ребятишках, которые так полюбили меня, как и я их. Я рассказывала о их шалостях, в которых сама порой принимала участие. Джордж любит пошутить на эту тему, мол сама то не лучше своих первокурсников. В такие моменты я забывалась. Мы с младшим из близнецов стали надежной опорой и поддержкой друг для друга. Я каждое утро получала сову с весточкой от друга. Сова Джорджа была единственной, кто подлетал к столу учителей с утра. Так прошёл год, несмотря на небольшие радости этот год оказался одним из самых тяжелых, впрочем как и предыдущие два.       Но с каждым разом просыпаясь утром, я чувствовала, что мне становится все хуже. Было понятно, что обследования у мадам Помфри стали лишь формальностями. Но, конечно, я её не виню, я вижу как она расстраивается, получая плохие анализы.       А Джордж? Джорджу об ухудшениях я не говорила, хотя сейчас думаю, что следовало бы. Он и сам не глупый, видел. Мы старались говорить о плохом как можно реже.       Однажды на досуге, обдумывая все что сейчас со мной происходит, на листе пергамента появилась следующая запись:

"Завещание

Я, Мэри Андерсон, находясь в полном рассудке, пишу завещание, потому как чувствую свою скорую кончину. Все сбережения, что хранятся в моем сейфе в банке "Гринготс", я прошу перевести на счёт школы магии и волшебства" Хогвартс". Для Джорджа Уизли я остпвляю самое ценное, что имеется у меня - жестянная банка из под маггловского печенья, лежащая в моей комнате в Хогвартсе под кроватью. Джордж, надеюсь ты не обидишься, то что находится там гораздо важнее для меня. Также хочу выразить свою благодарность профессору Макгонагл, за такой радушный приём в преподавательский состав. Прошу передать всем моим ребятам о том, как сильно я их полюбила. Мэри Кейт Андерсон 01.05.2001г."       Всё получилось так, как я и думала. В этот же день во время моей очереди обхода школы, я заметила на одном из подоконников инициалы Ф.М. Фред, Мэри. Помню, просила не делать его глупостей, на что он серьёзно посмотрел на меня и сказал, что наши имена далеко не глупости. Сердце защемила грусть. Следующий этаж, который нужно было осмотреть тот самый злосчастный восьмой этаж. Внезапно возле того самого места, где ровно год назад под обломками стены погибла моя спокойная жизнь, в глазах потемнело, а голова начала нестерпимо болеть. Я прислонилась к той самой стене и медленно сползла вниз с лёгкой улыбкой на лице, потому что подумалось мне, что я совсем не хуже Трелони.

Я приду, когда зацветет весна.

Я приду, когда наступит май.

Я приду, когда зацветет сирень.

Я приду из леса глубины.

Я приду с букетом цветов полевых,

Обниму твои золотые кудри,

Загляну в глаза цвета неба

И пойму как сильно люблю я.

Вдруг исчезнешь ты, словно призрак.

На глаза навернутся слезы.

И, пойму, что шаг разделяет нас,

Вот уже стою на краю обрыва

Я лечу вниз, вот и вместе мы

Снова вместе мы.