Амнезия

— Вы моя… сестра? Вопрос полнился неуверенностью, страхом, робостью, расплывшимися по всей снежно-белой палате, выплеснувшимися на шумные улицы города и растворившимися в лазурных небесах. Два незнакомых человека, сидящих на кровати напротив, пугали. Но в них не было враждебности. Лишь чувствовалось участие и горе. Но ему страшно. Вместо воспоминаний — чернота. Девушка вытерла влажные щеки, юноша быстро протирал салфеткой очки, а он, полулёжа на кровати, непонимающе смотрел на них, комкая край одеяла. Прохладная ткань покорно мялась под дрожащими пальцами, а взгляд рассеянно изучал посетителей. — Линч, ты не помнишь? «Точно… меня зовут Егор Линч… так говорил мистер доктор… А это — мои родные…» С момента аварии прошла неделя. Ехал по дороге, а тут со встречки, не справившись с управлением, вылетел водитель на новенькой иномарке. Так говорили врачи, когда он очнулся, а вспомнить ничего не смог. Семья, друзья, прошлое — все покрылось дымкой, все заперто за надёжным и крепким замком, за стальной дверью забытого. — А вы — Джон? Девушка всхлипнула и выбежала в коридор. Линч недоуменно смотрел вслед. — Я сказал что-то плохое? Я ее обидел? *** — Доктор, а он вообще… ну, проснется? Тишину кабинета дробили на осколки всхлипы Лили и отчаянные вопросы Джона. Шкафы баюкали папки с документами, стол украшала округлая ваза с сухоцветами и стопка документов, а напротив стояли два кресла бежевой обивки. В углу пристроился небольшой кожаный диванчик. — «Проснется»? Думаю, мистер Джон, вам стоит больше рассказывать ему о прошлом. Проделки, отношения, неловкие моменты из жизни, покажите видео с ним, и тогда есть вероятность, что память восстановится. Доктор поправил белоснежный халат и распахнул окно, впуская в голубое и до блеска чистое помещение запахи роз и шум большого города. — Мне нравится ваша формулировка. Лили вытерла мокрые щеки, а Джон вцепился взглядом в светило медицины. — О чем вы? Доктор обернулся. Его фигуру заливало солнце, из лучей которого будто соткался нимб. Лили этот человек действительно казался последней надеждой, единственными веточками, поддерживающими пламя хрупкой веры в лучшее. Казался богом. Лили не верила в сказки, пусть и читала их на ночь Лукасу, но сейчас отчаянно захотела найти машину времени или доброго волшебника, вернуться назад, в тот день, и не дать брату поехать на расследование. — Проснется… Сейчас он действительно спит. Точнее, дремлет его память, воспоминания. И пробудить их можете только вы, его родные люди. — А медицина?! Джон вскочил, свалив по случайности пару папок. — Медицина — не универсальная палочка-выручалочка. Голос доктора отвердел. Перед глазами Джона невольно замаячила каменная плита, по которой зубилом выбили эти слова. Душу окатило стыдом, а щеки покраснели. — Ничего. Мистер Линч ждёт вас внизу. Думаю, если он будет жить с вами, тесно общаться и побольше сталкиваться с деталями прошлого, то память вернётся. И следом — теплая улыбка с каплями грусти и понимания. *** — Мы едем… домой? Он переводил взгляд то на девушку, которую звали Лили, то на незнакомца по имени Джон, то на фикусы за стеклом больницы. Солнце щедро заливало крыльцо, сладко пахло розами, алые кусты которых пышно разрослись, а пальцы забывшего неловко теребили ремешок очков. Было волнительно, ведь вместо яркой солнечной дороги памяти вырисовывалась извилистая, заросшая, скрытая тенями тропинка в густом лесу. — Да, братик, мы едем домой… «Сестра» вновь вытерла влажные глаза. — Лучше за рулём буду я, а ты сядь сзади. «Друг» успокаивающе коснулся плеча девушки. — Я буду с вами, как и обещал. Поехали, Линч.