Soul Riders

Будучи городским мальчиком, который не знал об отношениях и дружбе, ни о чем, что было за областью элитных школ и светских вечеров. Ему казалось, что беседы заводят только для связей, а дружат по одной причине - лишь бы клеймо отшельника не повесили. Нужно иметь репутацию и имя, общаться на расстоянии вытянутой руки и смотреть только в глаза, уверенно, поддерживая статус. Син Цю повезло с семьей, растили с любовью и искренней заинтересованностью в собственном сыне. Старший брат поддерживал и регулярно выводил Син Цю из дома на прогулку, чтобы тот хотя бы пылью не покрылся. А родители, что чуждо богатым семьям, не давили ни на наследство, ни на учебу. «Все, что ты должен, - это прожить достойную и счастливую жизнь», - говорила мама на ночь, проводя ладонью по щеке и мягко целуя в макушку. И Син Цю искренне верил - так у всех. Но пришлось разочароваться. С семьей повезло, с окружением - нет. Злость и зависть процветали в сердцах детей розами. В природе не существует чёрного цвета, но эти цветы, порождённые ненавистью, были темнее беззвездной ночи. Ярко-салатовые солнечные зайчики заплясали в глазах, отвлекли от раздумий и ускакали по траве. На губах остался привкус ежевичного джема, в этот раз Бэй Доу уговорила его позавтракать. Теперь же он стоял, оперевшись о забор, в ожидании. Вот только Чунь Юнь все не появлялся. Вокруг было лишь яркое утреннее солнце, капельки росы и трезвон кузнечиков. Прошедшие двадцать минут четко дали понять: либо он проспал, что маловероятно для сельского мальчика, либо забыл. «Ты, случаем, не Син Цю?», - откликнула женщина с нежно-голубыми волосами, заплетенными в густую косу. Одетая в широкие, светлые штаны, берцы и чёрный топ, она держала в руках какие-то записи и с интересом смотрела на Син Цю. «Он самый!» «Тогда проходи, у Чунь Юня появилось неотложное дело, но он будет не против увидеться, вчера вечером мне все уши прожужжал о тебе», - ответила женщина с лисьей улыбкой, вот только полусонный Син Цю упустил это из виду, зевая. По её сходству с Чунь Юнем, он пришёл к выводу, что либо это его молодо выглядящая мама, либо старшая сестра. Но важнее было лишь то, что Чунь Юнь не забыл. По правилам приличия, следовало бы войти на чужую землю через калитку, но их общий забор был невысоким и не сплошным, а с редкими поперечными досками, меж которыми было достаточно расстояния, чтобы пролезть. И недолго думая, Син Цю уже следовал за женщиной к амбару с приставленной к нему конюшней. По дороге он заметил пристроенный к дому курятник, частично находившийся на улице, за клеткой виднелся синий декоративный домик, в котором уселась одна очень плотная рыжая курочка и не пускала других. Вокруг дома росло множество кустов с голубыми и белыми цветочками, а у входа в дом, на веранде стояли фиалки в милых горшках цвета слоновой кости. Как понял Син Цю, загон с коровами находился за домом и сейчас был вне видимости, однако, по отчетливым звукам он убедился в его существовании. Рядом с домом под цветущей яблоней от ветра чуть скрипнули большие белые качели. «Долго ты ждал? Не привык, небось. Он бы может и позвонил, но у нас же тут мобильники не в моде и связь убогая, к такому придется приноровиться», - шаг женщины ускорился. Про себя же Син Цю мягко усмехнулся. В телефоне синеволосому были интересны две функции: посмотреть время и сфотографировать закат. На этом можно закончить. Звонки? Социальные сети? Игры или электронные книги? На последнее в открытую фыркал - как можно променять изумительный запах чернил и дерева на пиксельные буквы? Ответ: никак. Да ему можно дать чёрный пояс и все медали мира за самое экономное использование батареи телефона в двадцать первом веке. Поэтому вчера даже и мысли не возникло обменяться с Чунь Юнем номерами. Если заткнуть пальцами нос от запахов сена, масла и, самое главное, навоза, насколько некрасиво это будет по шкале от одного до десяти? Но Син Цю все же не удержался. Интересно, сколько же Чунь Юнь занимается хозяйством. Или, возможно, даже конным спортом, есть ли здесь подобное? Он похож на спортивного и опытного человека. В голове завертелись мысли, как только он увидел крепкие руки юноши, закрепляющие седло на лошади. Сколько оно вообще весит? Выглядит массивным и явно тяжёлым. «Привет», - начать диалог, вот что поможет поменьше думать, собственный голос прозвучал так робко. «Утро...доброе!» Внезапно Син Цю захотелось поблагодарить ту женщину, но она уже ушла в обратном направлении, и сам факт того, что он просто стоял и наблюдал за действиями Чунь Юня настолько околдовано, что даже не заметил чужого ухода, заставил щеки слегка покрыться нежно-розовым. «Честно сказать, я бы хотел провести сегодняшний день с тобой и узнать друг друга получше, мама даже испекла нам её фирменных пирожных, но внезапно пришло срочное письмо, и вместе с ним необходимо сделать кое-что важное. С моей стороны грубо такое предлагать, все-таки это касается только меня, и я не должен нагружать тебя этим, но можем сделать это вместе», - виновато смотря в золотисто-охристые глаза Син Цю, юноша накручивал на палец шнурок рубахи. «Ты же понимаешь, что мне будет интересно даже до соседнего сарая дойти, а тут целая миссия. Да для меня честь помочь тебе, только если это не связано с морковью или сортирами, в моем случае они идентичны.» «Ох, когда-нибудь я узнаю причину твоей неприязни к моркови, - слегка посмеялся Чунь Юнь. - Но я очень рад, что ты согласился. План такой, мы скачем в соседнюю деревню Вейлдейл и передаём лечебные травы для одной маленькой девочки.» «Поверь, это будет самая отвратительная история в твоей жизни, так что опустим тему с морковкой. Что интереснее, мы поскачем на лошадях?» «Ага, согласен?», - Чунь Юнь доделал оставшуюся работу и теперь направил взгляд на Син Цю, вытирая руки тряпкой. «Я же не умею», - Син Цю оставалось лишь неловко улыбаться в ответ, посему он отвлёкся, рассматривая вышивку на потнике лошади и совсем не ожидая дальнейших действий. “Ты кажешься легким,- крепкие руки подхватили Син Цю за талию и посадили позади седла. - Держись.» «За что?!», - воскликнул Син Цю, поперхнувшись воздухом, голова закружилась в момент, когда Чунь Юнь залезал следом. Лошадь чуть покачнуло, и вот он уже в седле. «За меня.» Сердце Син Цю учащенно забилось в предвкушении, Чунь Юнь крикнул своей маме, чтобы она все закрыла за ними, и они вышли небольшим шагом из калитки. «Ещё немного и ты порвёшь мою рубашку, расслабься, - только после замечания светловолосого, Син Цю осознал насколько сильно вцепился в ткань. - если страшно, можешь обнять.» Щеки моментально заалели, но, казалось, другого выхода не было, поэтому он лишь молча протянул руки и обхватил торс юноши. Отныне все рубашки останутся целыми и невредимыми. «Сначала поскачем рысью, а у небольшого каменного моста перейдём на бег, хорошо? - Чунь Юнь почувствовал мягкий кивок у плеча. -Ты, главное не бойся и держись, обещаю, не упадёшь». Хвостом лошадь хлестнула Син Цю по ноге, и он обрадовался выбору более длинных шорт и плотных гольф, удар по голой коже оставил бы не самые приятные ощущения. В первые минуты царило спокойствие, а легкая рысь несильно отличалась от шага. Вот яблоневая роща, за которой чуть мелькала река, на горизонте вдалеке виднелись горы и лес. Вот каменный, заросший зеленью мостик, под которым по воде мирно плавали кувшинки. А дальше все будто в тумане. Чунь Юнь без предупреждения перешёл на галоп, что отозвалось невероятной волной мурашек по телу Син Цю. От резкого потока ветра, кожа, казалось, рассыпется на атомы, а сам он улетит. Руками сильнее сжал друга и зажмурил глаза, будто это облегчит ситуацию и поможет пережить путь. Вот только с закрытыми глазами происходящее ощущалось в разы ярче. Один выключенный вид чувств, усиливает остальные, и Син Цю, в силу своей начитанности, должен помнить про это. Но разум отключился, сейчас существовало лишь сердце, топот копыт по траве и тепло, исходящее от тела Чунь Юня. Открыв глаза, синеволосый юноша увидел, что они не только пересекли холмистую местность и ступили во владения леса, но ещё и руины сгоревшего здания поодаль гигантского дуба, которого также коснулся пожар, судя по обгоревшей коре с одной стороны, так и не восстановившейся. Легкий запах гари нагонял тревожные мысли. «Ох, это ведь случайность?» «К сожалению, нет. Не так давно к нам приехал один предприниматель. Отвратительный человек. - ответил Чунь Юнь, приостановив лошадь и перейдя на шаг, мягкость и игривость в его голосе сменились на нечто суровое, с холодностью и нотками злости. Син Цю заметил, как крепко сжались его ладони на уздечке, и стало не по себе от моментальных перемен. - Этот дом - летняя дача хороших людей, которым он решил отомстить. И, как видишь, ему это удалось. Все произошло ночью, и людей удалось вывести, но тушили мы его долго, один мой друг получил серьезные ожоги. Не то, чтобы я хотел показывать тебе это место, но это единственная видимая дорога до деревни. «Это так печально, надеюсь, впредь здесь будет спокойнее, и никакое зло не сможет вторгнуться в этот маленький рай, вчера вы встретились с благородным рыцарем, кто убережёт вас.» «Рыцарь, который боится лошадей?», - усмехнулся Чунь Юнь, за что его несильно ущипнули за бок. «Хэй! Но если по правде, то это действительно так. Деньги и связи решают множество проблем, хоть какой-то толк от них будет», - захотелось лишь опустить голову и мягко уткнуться лбом в плечо Чунь Юня, что Син Цю незамедлительно сделал. Небольшое количество сна напоминало о себе, но и уснуть сейчас нельзя себе позволить. И хоть поза слегка смущающая, но крайне комфортная. Разве можно отказаться от подобного, руками крепко обнимая чужой подтянутый торс и ненамеренно щекоча шею взбунтовавшимися темно-синими прядками волос? Дальнейший путь до деревни прошёл в тишине, Чунь Юнь сосредоточился на дороге, удерживая равновесие за двоих, а Син Цю был так поглощён мыслями, что совершенно не обратил внимания на лес. Похоже, придётся провести повторную экскурсию по этой местности. Лес красивый, но видимо лошадь с Чунь Юнем красивее. Проскочив мимо пасущихся коров, центрального амбара Вейлдейла, двухэтажных домиков и множества разноцветных кустов с розами, они наконец-то пришли к нужному месту, дому, стоявшему дальше остальных, он прятался в тени густой листвы, на другой стороне маленькой реки, через мостик, рядом лишь деревенская, уличная кофейня со столиками на веранде, небольшой загон для лошадей, украшенный гирляндами-лампочками, а шум водопада ещё сильнее отделял дом от всего остального мира. «Сиди мирно и даже не пытайся слезть, твои ноги будут сильно болеть, если попробуешь встать, а у нас ещё целый путь обратно. Я лишь оставлю травы и вернусь», - светловолосый юноша ушёл с посылкой, оставив Син Цю наедине со своими мыслями, если бы не его коллекция непристойной литературы по кроватью, он бы и не придал никакого значения словам Чунь Юня. Юноша прыснул в кулак и перевёл взгляд на табличку рядом с дверью. «Травник Бай Джу». Чунь Юнь не заставил себя долго ждать и моментально вышел из дома. «Ну и зачем травнику травы?", - направляя указательный палец на табличку, удивился Син Цю. «Вейлдейл, конечно, зовётся деревней травников, но конкретна эта здесь не растёт, а она необходима для лекарства.» «Ох, я как-то не подумал о подобном.» «Но можешь подумать о пикнике, нас все ещё ждут пирожные, помнишь?» «А с чем они?», - Син Цю забылся о времени, все-таки они пересекли целый лес. «Узнаешь.» Бэй Доу скорее всего потеряла его. Вчерашним вечером она явно высказала своё удивление о том, как мальчишка внезапно убежал. Не нужно быть гением, чтобы догадаться куда и с кем. По молоку и цветам сразу стало понятно, воришка никто иной как Чунь Юнь. После относительно спокойной дороги обратно. Если опустить во внимание испуганные восклики Син Цю о том, чтобы они не скакали так близко к небольшому обрыву, и заливистый смех Чунь Юня, то действительно все было тихо. Син Цю ступил на землю, держась за предплечье светловолосого. Непривычно. Его не обманули, мышцы ног действительно болели, словно он пробежал несколько километров. Благослови Чунь Юня, который не позвал его на прогулку на весь оставшийся день, а милостиво предложил лежать на большом пледе и лениться. Правда, до этого Бэй Доу дала обоим по щелбану, уговорив каждого адекватно пообедать, а Чунь Юню, ко всему прочему, приказала привести в порядок лошадь с конюшней. От вкуса клубники слегка розоватые от сока губы растянулись в улыбке. Но ещё сильнее в тот момент, когда Чунь Юнь измазался мороженым, сначала кончик носа, следом щека и руки. Они захватили плед и еду из дома в закрытой корзинке, и светловолосому больно сильно захотелось охладиться, и хоть место они искали не так долго, мороженое все равно успело подтаять. «Светлая память твоим вторым штанам, - прыснул в ладонь Син Цю, когда крупная капля смачно приземлилась прямо на хлопковые штаны. - Ты так любишь белую одежду, но так неаккуратно ешь, вот это парадокс.» «Поверь мне, случай в кафе - это редкость. Нечасто к нам приезжают новые люди, а ещё реже они могут оказаться твоими соседями. Я так сильно хотел произвести хорошее впечатление, а когда ты вошёл в кафе, то у меня все из рук от нервов повалилось.» «Вот как...Чунь Юнь, мороженое. - Юноша указал на стекающую по локтю, окончательно растаявшую сладость. В кармашке нашёлся платок, в ту же секунду протянутый светловолосому. - Пообещай, что больше не будешь пачкать из-за меня одежду.» «Ну, по крайней мере, это будет стоить того» «Тогда ты должен знать, я зануда, а книги моя страсть, теперь это стоит того?» Чунь Юнь усмехнулся, слегка сведя брови к переносице: «А подобное может помешать?» «Люди любят дружить с кем-то, кто весел и энергичен, я не из таких. А твои друзья?» «Шумные и яркие люди, я их люблю, но мне приятнее находиться в спокойствии и тишине, - ещё немного и они смогут соревноваться за звание ‘самые румяные щеки деревни’, о чем сам Чунь Юнь на секунду задумался. - Погоди, ты мне не веришь?» «Ну...Это хороший аргумент, ты вежливый и лошади, видно, очень любят тебя, но, - Син Цю помотал головой, закрыв глаза, - не-а, ты слишком открытый для тихого человека» «Тогда клятва на мизинчиках! При клятве нельзя лгать ни в коем случае. За дружбу?» Удивленный юноша посмотрел на настойчиво протянутую сжатую ладонь с вытянутым мизинцем. Руки Чунь Юня липкие от мороженого и невероятно приятные, тёплые. Если бы однажды Син Цю сказали, что он закрепит дружбу клятвой, с человеком, которого знал меньше недели, то ни за что бы не поверил. Но когда мир вокруг переворачивается и меняется, тогда есть смысл поменяться самому и двигаться дальше в новом направлении? "За дружбу!" Пирожные, как выяснилось, со сливками и черничным джемом, Чунь Юнь настоятельно порекомендовал попробовать их с закрытыми глазами, и вкус от этого показался ещё более домашним, родным и чарующим. Сегодня будто бы все с закрытыми глазами: и поездка на лошади и проба сладостей, зачем усиливать и так яркие ощущения? Но бесконечность не предел. Син Цю казалось, он не вылезет из своих книг, в первый же день засядет, погрузится в иные миры, как делал это особо усиленно последние полгода. Но никто не предупреждал о милых соседях, лошадях и великолепной местности. Трава под руками мягко перешептывалась с ветром, щекотала пальцы и ласково ускользала. Такое до нынешних дней существовало лишь там, на чернильных страницах. Но даже самые изысканные слова не передадут красоту ощущений, текстуру дерева, шелковистость лошадиной шерсти и улыбку от общения с настоящим человеком. Они совершенно ничего о друг друге не знали. Знакомы второй день фактически, а легкость такая, словно вместе с самого детства. Из диалога Син Цю выяснил, светловолосый юноша в деревне лет с пяти, родители в разводе, а молодая мама не справилась в одиночку с городской жизнью и вернулась в деревню, продолжив дело семьи. О себе, в свою очередь, Син Цю рассказал совсем чуточку незначительных мелочей. Не хотелось перехватить все внимание на себя, ведь Чунь Юнь такой интересный, и, удивительно, пачкается не только едой, но и масляными красками, и, если звезды сойдутся, то Син Цю удастся заглянуть в его блокноты с набросками. Также Чунь Юнь неплохо печёт и готовит, и, О Боги, почему он всё ещё без обручального кольца? Со своим характером, внешностью и навыками точно нарасхват. На комплимент Чунь Юнь лишь неловко и смущенно улыбнулся. Плывущие по небесному океану облака убаюкивали, листва дерева, под которым мальчишки уселись, зашелестела и запела песнь природы с ветром и птицами, позади послышался треск ветки. Обернувшись, Син Цю увидел ягнёнка, любопытный малютка подбегал на трясущихся ногах от страха ногах. Юноша неуверенно протянул руку дабы погладить, но тот ловко увернулся и подскочил к более знакомому человеку. «Пойдем посмотрим на озеро?», - и не дожидаясь ответа, Чунь Юнь с улыбкой встал и подхватил ягнёнка на руки. Детёныш ластился в руках, удобно усаживаясь и брыкаясь задними копытцами. И Син Цю задумался, а сможет ли он однажды так же взять на руки ягнёнка, погладить корову или уверенно сесть на лошадь и галопом пронестись сквозь лес, а смогут ли они так путешествовать вместе с Чунь Юнем? Это был лишь вопрос времени, и сердце Син Цю открылось к переменам. С того самого момента, как он увидел мальчишку в соломенной шляпе с незабудками.