Скрытный парень

— Может возьмешь выходной, м? — Парень лениво потянулся и состроил миловидное личико Сергею, на что тот ухмыльнулся и облизал пересохшие после вчерашней ночи губы. — Давай я завтра его возьму? — Сереж... — Паша произнёс это настолько разочарованно, что Костенко себя возненавидел. Он и так проводил мало времени с Пашей, а теперь вновь ему отказывает, хотя парня только вчера выписали из больницы, а до этого похитили. — Хорошо, убедил. Я поеду на работу на несколько часов. — Увидев погрустневшее лицо Вершинина, он сделал акцент на последних словах, и того, вроде бы, такой вариант устроил. — А когда приеду, давай сходим куда-нибудь? Вечно мы дома сидим. Сергей поднялся с кровати и начал собираться на работу, доставая костюм из шкафа. Когда Паша услышал эти слова, он мгновенно сел и, казалось, даже перехотел спать. Костенко не любил людные места, даже праздники они отмечали дома. Да и времени у Сергея было крайне мало, ведь с работы он уставший часто приходил глубокой ночью. Паша просто не осмеливался пригласить его куда-то, потому что, зная то, какая у Сергея реакция на большое скопление людей, он понимал, что вечер будет испорчен с вероятностью в 98 процентов. Юноша захлопал длинными ресницами и удивлённо переспросил — Что? Ты позвал меня на свидание? Костенко обернулся и строго посмотрел на Павла, он не любил все эти нежности и ласки. — Да, Паша. Я позвал тебя... На свидание. Парень видел насколько его партнеру было тяжело говорить это, поэтому тут же, подскочив с кровати, отблагодарил его поцелуем в щеку и прямо в ухо прошептал — Спасибо, Сереж. Ты самый лучший. *** Всю дорогу до офиса, сидя в машине, мужчина думал о тех словах, которые сказал Павел. Вершинин был романтиком, но не настолько. Что-то здесь было не так, но Сергею пока не удавалось выяснить что. Поэтому, приехав в офис, он решил просто начать работать, а дома напрямую поговорить с Вершининым. Паша смотрел телевизор и ел чипсы, как вдруг его мобильник запищал, оповещая хозяина о новом сообщении. «Помнишь про наш договор? Заеду за тобой через час, будь готов. Ни слова Костенко, иначе… Исход тебе известен» Пашу передернуло, он подскочил с дивана и еще минут пять стоял, смотря в телефон. Единственным выходом в данной ситуации было смирение и послушание. Паша знал — если он не послушается, его любимый человек умрёт. Из-за него. Снова. Но что-то внутри вопило об обратном, другом выходе. Павел мог просто позвонить Сергею и все рассказать, но не убьет ли его тогда Киняев? Костенко ведь будет втянут в это из-за Паши. Ради Паши. Нет. Вершинин не мог допустить прошлых ошибок, не мог наступить на старые грабли. Он не будет жертвовать кем-то, втягивая в свои проблемы. Он разберется со всем сам. Накинув одежду, которая первой попалась под руку, Паша взял лист бумаги и ручку. После того как он написал что-то на бумаге и кинул телефон на диван, юноша поспешно покинул квартиру. Сергей задержался на работе до вечера и, выходя из машины, увидел, что в квартире не горит свет. Мужчина подумал о том, что Паша спит или сидит в ноутбуке, и уже представил его обиженный взгляд, которым он будет смотреть на мужчину ещё несколько дней. Сергей и сам хотел проводить больше времени вместе с Пашей, но высокая и ответственная должность, которую он занимал, не позволяла этого делать. Костенко все силы и всё время отдавал работе, буквально разрываясь между ней и Вершининым. Зайдя в квартиру и сняв обувь, он заметил, что обуви Павла нет на месте. Прошел в квартиру и зашел в комнату к юноше. Его там не оказалось, как и во всей квартире, как позже выяснилось. Набрав номер Алексея, он мысленно размышлял "Обиделся, наверное.", но из мыслей мужчину выдернул белый лист бумаги, лежавший на столе. Костенко взял его в руки и прочитал вслух. — Сереж, спасибо за все, что ты для меня сделал, но через это я должен пройти сам. Я много раз подвергал опасности тебя и своих друзей, но больше я вам умереть не позволю. Не ищи меня. Люблю тебя. Твой Паша. Алексей недоуменно слушал голос Костенко, который явно что-то читал и, решив, что тот закончил, прервал его монолог. — Сергей? Здравствуйте. Вы что-то хотели? Но вместо ответа Леша услышал лишь град русского мата. Парень сразу понял, что ему лучше замолчать и переждать опасность, не сбрасывая трубку, чтобы еще больше не выводить собеседника из себя. Когда Сергей закончил, он злостно прорычал в трубку — Паша у вас? — Нет, мы с ним не общались сегодня. Что-то случилось? Все, что Горелов услышал это "Сука!" и гудки телефона, обозначающие конец разговора. Костенко нервно ходил по комнате и ждал звонка, крутя в руках стакан с чистым виски. Недавно он позвонил своему коллеге и вкратце рассказал ситуацию, тот согласился помочь. Более того, Сергей даже у начальства вертолет выпросил, рассказав про Киняева и про то, какую он представляет собой угрозу. Начальник согласился. Минуты тянулись как часы, и Сергей начал нервничать еще больше. Паша в очередной раз захотел поиграть в героя, но он не знал, с каким мерзавцем ему придётся это делать. Раздался телефонный звонок, разрезавший тишину, воцарившуюся в доме, и вытянувший мужчину из мыслей. — Нашёл? — Да. По Gps у одного из охранников Киняева, удалось высле... — Ближе к сути. — Нервно произнес Сергей. Он чувствовал каждым сантиметром тела и разума, что Павел в заложниках у Киняева. Предчувствие его никогда не подводило. — Они в Припяти, если я не ошибаюсь. — Что? Нафиг он его в Припять утащил? Ладно, выдвигаемся. Вертолёт одобрили. Через полчаса мужчины втроем сидели в вертолете и начинали взлетать. Егор, Олег и Костенко иногда лишь нервно переглядывались и молчали всю дальнейшую дорогу. Припять, бассейн. — Будет немного больно, поэтому эти веревки пригодятся, — Мужчина кивнул в сторону веревок, которыми завязал парню руки. — Ты так и не сказал, чего хочешь от меня. — Ничего особенного, мне нужна лишь твоя кровь. — Зачем? — Спросил юноша, смотря на приближающегося в руках с капельницей мужчину, который в ответ лишь ехидно улыбался. — В тебе находится сила зоны, как и во мне. Объединив их, я стану сильнее. — И что дальше? — Юноша смотрел на струйку крови, которая медленно отдалялась от его тела и текла по силиконовой трубке в капельницу. — Я открою на территории Припяти место для АЭС с разных стран и буду развивать бизнес. — А если тебе помешает правительство? — Вершинин смотрел на своего собеседника наглым и упрямым взглядом. — Я убью любого, кто встанет на моем пути. Ты и сам это знаешь. — Не боишься мне все это рассказывать? Я ведь сотрудничаю с полицией. — Ухмыляясь, спрашивает Паша. На что получает лишь недоуменный взгляд мужчины. — Нет. Не боюсь. Трупы не могут говорить. Паша заметно напрягся и на какое-то время замолчал, он чувствовал, что не хочет умирать, но из размышлений в реальность его вернул звонок мобильника Киняева. Юноша посмотрел на отвернувшегося мужчину и понял, что тот говорит со своими подчиненными. Через минуту он смотрел на парня гневным взглядом и крутил в руках телефон. — Я ведь говорил тебе не рассказывать ничего Костенко? — Я и не рассказывал. Я просто сбежал. — Он летит сюда на вертолете со своими людьми. — Что?! — Паша дёрнулся, но веревки, которыми были связаны его руки, лишь больно впились в кожу, оставляя после себя синяки и ссадины. — Ты помнишь наш уговор. Я убью его, как и обещал. — Нет! Не смей! Я ведь сделал все, как ты просил, просто отпусти его! — А тебя? — Заглядывая в глаза парню, спросил Дмитрий. — А меня... Можешь убить, если хочешь. — Что, настолько любишь его, что готов умереть? — Какое тебе дело? И кстати, план твой — полный бред. — Сергей неоднократно говорил парню, чтобы тот держал язык за зубами, особенно в таких случаях, но он просто не мог без этого. Ведь без этой язвительности Паша не был бы собой. Головой он понимал, что и кому говорит, но слова срывались из уст юноши, как собаки с цепи, также быстро и агрессивно. Киняев резко ударил его кулаком по лицу. А потом ещё, ещё, ещё и ещё. Павел не знал сколько это продолжалось, но прекрасно знал, что если сейчас умрет, то не сможет ничем помочь Сергею, так что этого нельзя было допустить. — Еще раз ты что-то подобное вякнешь, я тебя инвалидом сделаю. А потом убью, предварительно мучая несколько часов. Холод прошел по спине юноши, оставляя после себя неприятный табун мурашек. Он знал, что вновь подвести Костенко не может. — А спать с ФСБ-шником не бред? — Неожиданно начал Дмитрий. — Возвращаться в прошлое ради этого? Соблазнять, целоваться, и… — Хватит! — Хриплым голосом выкрикнул Павел, и щеки юноши предательски покраснели, говоря о явном смущении. — Откуда ты это знаешь? — Я много чего знаю о тебе. Меня всегда удивляла твоя преданность и упрямость, мне это даже... Нравится в тебе. — Мужчина развернулся и ушел с пакетиками пашиной крови в другую комнату. Юноша попытался силой мысли разорвать веревки, но ничего не вышло. И во второй раз. И в третий тоже. Он уже начал думать, что умрет здесь сегодня, но нет, с четвертой попытки все получилось, и он, как мог, быстрее побежал к выходу. Выбежав на улицу, он еле удержал равновесие, потому что перед глазами все то плыло, то исчезало. «— Сергей, ты слышишь меня? Это ловушка, не вздумай меня спасать! Я разберусь во всем сам! Я уже далеко от Киняева. —» Если бы Павел знал, что через десять минут он упадет в обморок в какой-то библиотеке от того, что такой способ общения забирает слишком много сил, он, вероятно, поступил бы по-другому. А может быть и нет. *** Когда мужчины выходили из вертолёта, в голове неожиданно прозвучал голос Паши, и Сергей было подумал, что это от переутомления, но, вспомнив способности парня, решил, что это всё-таки его рук дело. Отдавая приказы друзьям, он осмотрелся: вот двор из его детства, довольно скудный, но как же он ему нравился в то время, вот школа, в которой Сергей учился, а вот и здание КГБ недалеко. Ему было больно смотреть на этот город таким, но он понимал, что Припять была создана, чтобы умереть, показывая людям еще не один десяток лет стоимость их ошибки. Из мыслей его вернул Олег, который говорил что сигнал GPS пропал, вероятно, их засекли. Дальше всё было как в тумане: Костенко отдает приказы друзьям искать Пашу везде, начиная со зданий, и быть предельно осторожными, ведь они не знают сколько людей с Киняевым. Связываться решили по рации. Разбегаясь в разные стороны словно муравьи, они начали операцию. Олег направился в кафе, Егор в тренажерный зал, а Костенко в школу. Радовало то, что Припять была очень маленькой, и обойти её всю можно было за два-три часа. Сергей зашел в школу и осмотрелся: на первом этаже было очень тихо, ни одного звука. Сразу понятно, что здесь никого нет. Увидев дверь в библиотеку, мужчина открыл ее и увидел человека в черном, лежащего на полу. — Паша? ПАША! Вставай! Ты меня слышишь? — Генерал-майор потряхивал парня за плечо и осматривал его избитое лицо, которое было в ссадинах и крови. — Вот урод. Я его убью. Паша, пожалуйста, открой глаза. Ресницы юноши дрогнули и он, приходя в сознание, медленно стал открывать налитые свинцом глаза. — Сережа? Нет, уходи... Он убьет тебя. — Паша говорил очень тихо, можно сказать, шептал, но Костенко слышал каждое слово, каждый томный выдох и вздох парня. Он взял его под руки и медленно поднял. — Идти можешь? — Сергей посмотрел на Вершинина, который всеми силами старался оставаться сильным и независимым даже в такой ситуации. — Я ведь говорил тебе не приезжать. Зачем… — А я и не приезжал, Паш. Я прилетел. На вертолете. Юноша ухмыльнулся и встретился взглядом с умиляющимся генерал-майором. — Просто пойми, — Начав говорить, Костенко повел его к выходу, — Я же не стальной. Я сильный, но не стальной. У меня тоже есть чувства и эмоции, я бы ни дня без тебя не смог. Ты появился в моей жизни и перевернул все вверх дном, изменил мои взгляды и внес в эти серые будни смысл, а после такого, Паш, не расстаются. Глаза юноши заблистали, а по щеке спустилась соленая слеза, оставляя после себя мокрую дорожку. Но Сергей этого не увидел, потому что смотрел на рацию и настраивал ее, говоря своим бойцам, что Паша нашелся, и они будут ждать в вертолете. На выходе из здания прозвучал уже знакомый мерзкий голос. Киняев добрался до них. Сергей вышел вперед, закрывая Пашу собой, чем вызвал у Дмитрия смех. Павел хотел подойти ближе к Киняеву, чтобы поговорить, но Сергей нежно оттолкнул его назад, произнося на выдохе. — Не мешай. Я этого очень долго ждал. — Сергей Костенко собственной персоной. Ты его принц на вертолете, я правильно понял? — Заткнись и наслаждайся последними секундами жизни. — Процедил генерал-майор сквозь зубы, доставая пистолет из кобуры. Сняв его с предохранителя, он выстрелил, пуля полетела в Киняева, но остановилась в воздухе перед его телом. — Насладился. Теперь насладись и ты. — Какого… Пуля развернулась в воздухе и полетела на Костенко с такой же скоростью. — Сергей, нет! — Паша закричал, выставляя руки вперёд, чем вызвал ударную волну и Киняева отбросило назад, но он быстро поднялся на ноги и злобно ухмыльнулся. — Ах ты сопляк! Надо было тебя еще в 1956 году прикончить! Вершинин пошатнулся и посмотрел на Сергея, который смотрел на юношу и улыбался уголками глаз, парень знал, что это означает "Спасибо". — А… Черт. Какого?! — Киняев согнулся и упал на колени, хватаясь за область в районе сердца. Костенко и Вершинин посмотрели за его спину, и Сергей увидел Егора и Олега, которые перезаряжали винтовки. — Паш, отвернись. — Что? — Но юноша не успел сообразить, потому что Костенко развернул его в другую сторону и повел к вертолету. Они с Сергеем сидели в тишине, Паша слегка подрагивал, вероятно замерз. Сергей заботливо отдал ему свою куртку, и они стали ждать бойцов. — Мы прям вовремя пришли, да? — Раздался голос в дверном проеме вертолёта. — Да, Олег, Егор, спасибо вам большое, спасли прям. — Мужчина пожал им руки и вернулся на место. Вскоре они начали взлетать, оставляя Чернобыль позади. Всю дорогу Костенко смотрел на бледного и избитого Павла, который мирно спал и у него на плече. — Слушай, Серега, это конечно не моё дело, и все такое. Но вы встречаетесь? — Тихим голосом спросил Олег. — Да, мы вместе. — Ого… — Егор почесал затылок и усмехнулся. — А я-то думаю, чего ты с этим пацаном так носишься. Теперь все ясно. — Я этому уроду прям в сердце попал, — Гордо заявил Олег и довольно улыбнулся. — Он точно умер? — Настороженно спросил Костенко. — Конечно точно, я же лучший стрелок во всем ФСБ! — Я бы не сказал. — Егор посмотрел на Костенко, намекая, что лучший в этом деле Сергей. *** На следующее утро Паша проснулся дома, не обнаружив в кровати Костенко, он как обычно расстроился и, вставая, недовольно пробубнил — Опять на работу ушёл… — Не ушел. — Костенко стоял перед Пашей в халате с двумя кружками кофе и кашей на подносе. Увидев, как заблестели глаза юноши, он кивнул головой в сторону дивана, предлагая ему сесть. — Ну что, герой? Как самочувствие? — Когда перед тобой с самого утра такой прекрасный мужчина в халате? Замечательное самочувствие! — Павел взял ложку в руки и попробовал кашу, поверх которой лежали ягоды. — Я первый раз ее готовил. Не знаю, в общем, как получилось. — Костенко смотрел в пол и надеялся, что Паша сможет есть его блюдо. — Очень вкусно, спасибо. Кстати, ты ведёшь себя сейчас как застенчивый мальчик. — Вершинин ухмыльнулся и сделал глоток теплого кофе. Сергей сделал надменное лицо, но не смог удержаться от смеха, смотря на то, с каким удовольствием Паша ест его блюдо и пьет сделанный им кофе. — Больше никаких приключений, договорились? — Обещать не буду, ты же меня знаешь. — Паша… — Сергей строго посмотрел на парня, и тот поднял глаза на потолок, постукивая указательным пальцем по подбородку. — Ну, я постараюсь ни во что не вляпаться... Иди ко мне, я хочу обниматься.