Мир скрытых эмоций / личный playground Чжон Ченлэ

      С самого детства Чжон Ченлэ жил как самый счастливый человек, у него была любящая семья, настоящие друзья, лучший друг, который постоянно давал поддержку. Это было за гранью фантастики, до момента поступления в старшие классы. Тогда его семья вместе с ним переехали в Корею, Ченлэ потерял лучшего друга, любимого гэ — Цянь Куна. Он не мог поверить, что в последний раз будет видеть его улыбку, чувствовать крепкие и самые тёплые объятия, в последний раз сделают совместную фотку на память. Но впервые за 5 лет их дружбы увидел его слезы, те самые слёзы отчаяния. Ченлэ положил совместную фотку под чехол телефона, чтобы помнить, чтобы ещё раз встретиться, чтобы опять обняться.       Корея — очень современная страна, много разных магазинчиков, кафе и ресторанов. Дом семьи Чжон был выполнен в современном стиле. Хотя что такое современность в 2005 году? В новом районе было достаточно много новостроек и собственных коттеджей. Просто дух захватывает.       Перейдем к старшей школе, Лэ тогда было 16 лет. Он был достаточно разговорчив с ровесниками, был тем самым парнем, который поднимает настроение в самые худшие моменты жизни. Врагом стал его собственный «длинный» язык. Сам Чжон достаточно пожалел об этом, в миг он сломал представления о лучшей семье. Накануне дня рождения его отца он услышал разговор матери с тайным любовником. Ченлэ подумал, что будет правильнее рассказать об этом отцу, но всё пошло не по плану.       — Тебя кто-то просил говорить? Я с твоим отцом потом поговорили бы на эту тему. А ты просто испортил всё, сломал, разрушил, — мама не переставала поливать своего сына грязью, со злостью толкнув его на пол, с силой бьёт ногами по телу. Не из приятных ощущений. Ченлэ с жалостью смотрит на отца, ища поддержки в нём. Взамен он получил лишь неодобрительный взгляд. Он слишком поздно понял, что его поступок был чрезмерно опрометчив. Его жизнь не будет прежней, всё будет по-другому. Не как в какой-нибудь дораме, которая теперь будет являться только в редких мечтах.       В итоге его родители развелись, отец не смог с этим смириться, он ушел, как трус, от проблем. Мать каждый день его гнобила, как и новый «папа». Сам Чжон стал замкнутым в себе, перестал быть солнышком для одноклассников, из-за своих тупых и необдуманных поступков, по его мнению, он вовсе перестал разговаривать. Он боялся вновь наделать проблем своим языком. Отстранившись от своих друзей, сделал для себя лучше. А ведь с того времени прошло около трех лет, он поступил в универ, в котором его сделали изгоем. Даже не зная, какой у него на самом деле характер.       — Аххах, Чжон Ченлэ, ты просто нечто. Такой жалкий. Подумал, что спрячешься от проблем, если перестанешь разговаривать? Сам наделал себе проблем в семье и теперь не хочешь рассказывать, строишь из себя невесть что. Почему не отвечаешь? Я прав, да? — парень взял Ченлэ за рубашку, при этом сжимая так, что костяшки на руках побелели. Слеза потекла по щеке Чжона, но он не придал этому значения. Они стояли на крыше, куда Ченлэ привёл парень с другого факультета, который старше Чжона на года три, и так же по совместительству был задирой всей школы. Лэ молча стоял, не желая делать хоть малейшее движение. — Может, стоит тебя изнасиловать, чтобы ты заговорил, или просто сбросить с крыши? Как тебе такое? Ты даже не познал полностью мир, а тут появился я, который помог уменьшить твою боль, — Ченлэ не мог больше молча стоять и сорвался на крик:       — Что тебе от этого будет?! Станет легче на душе, если я умру?! Станешь таким, как мои предки, которые просто избавились от меня, сломали мои представления о семьях, а вместе с тем и представление о мире. Моя мама так сильно ненавидит меня, что еле сдержала порыв воткнуть в меня нож, как тебе такое? Могу ещё рассказать о том, как режу левую руку, порезы не успевают заживать, как появляются новые. И это продолжается на протяжении трёх последних лет! — Лэ мог упасть, если бы не сильные руки парня, которые не дали этого сделать. Тот парень не успел заметить, как сам начал плакать на пару с Чжоном, слова задели душу парня. Он никак не мог представить, что Чжон Ченлэ — тихоня, вечный одиночка, мог быть таким душевно слабым.       Тут парень резко прижал Чжона к себе и начал успокаивать поглаживанием по спине:       — Прости… Ты это, не обижайся на меня. Я только хотел тебя разговорить, ты ведь слишком замкнут. Думал, что тебе станет лучше, если опять начнешь разговаривать.       Как в самой смазливой дораме, парни стояли в обнимку, их волосы развивал небольшой ветерок. Солнце светило, указывая на недостатки их кожи, но им было глубоко похуй на это. Главное, что он понял Ченлэ, понял и принял его боль.       Одно нелепое движение повлияло на жизнь того парня — Ли Джено. Как в мгновенье он упал с крыши, сам Чжон не собирался этого делать, он просто хотел отойти в сторону, но в итоге случайно толкнул парня. Их пальцы переплелись, Чжон не настолько сильный, чтобы удержать человека. С грохотом тело упало на землю, через пару минут вокруг Ли уже собралась толпа, кто-то кричал от ужаса, кто-то пытался позвать преподавателей, пара человек звонили в скорую. Несколько сами начали поднимать, а Ченлэ продолжал смотреть на это, не мог повернуться и пойти, застыл, прибывая в шоковом состоянии. Стоял примерно от десяти минут и только потом, поборов себя, он сумел сделать шаг назад и направиться к двери, просто шел и думал о самых ужасных последствиях, но надеялся, что с Джено всё будет хорошо.       Лэ пытался быстрее идти по лестнице, спускаясь вниз, дабы пойти на уроки. Но вдруг кто-то его хватает за рукав рубашки, сильно сжимая, причиняя боль, чьей-то хрупкой рукой. Он боялся только одного человека — учительницу Пак. Не то чтобы она была страшная и постоянно кричала, скорее парень боялся, что в какой-нибудь день она могла отвернуться от него, разочароваться.       — Ченлэ, ты можешь мне рассказать, что тебя беспокоит. Как это получилось или просто что-нибудь рассказать, — спокойным тоном говорила учительница, пыталась не спугнуть Чжона.       Пак Джемён — так звали учительницу, очень хорошо знала паренька, была знакома с его семьёй. Часто бывала психологом для Ченлэ, давала мотивацию не сдаваться, предлагала переехать от родителей, но его мама всегда была проблемой. Поэтому Лэлэ приходилось терпеть всё это дальше.       — С Джено всё хорошо?.. — его голос был тихим и подрагивающим, Чжон не собирался отвечать на слова, поставленные учителем. Он просто наблюдал за её взглядом. Его глаза грозились вот-вот закрыться, голова болела, чувствовал, что сейчас упадет.       Спустившись по лестнице на второй этаж, они пошли не в кабинет, где должна была проходить пара по истории, а направились к директору — Со Ёнхо. За всё это время большую часть мыслей Чжона занимал Ли Джено. Но не в том смысле, что он ему понравился. Он только хотел удостовериться, что с ним всё хорошо. Они уже подошли вплотную к кабинету директора, учительница Пак слабо постучала в дверь кабинета, в то время как Ченлэ не по-детски начало трясти. Страх стал сильнее, когда он услышал из-за закрытой двери громкий голос мужчины:       — Входите, — учитель Пак завела Лэ в кабинет, смотря по сторонам и плотно закрывая за собой дверь.       Ченлэ пытался не подавать вид, что всё настолько плохо. Можно сказать, он держал себя в руках и из-под ресниц наблюдал за руками директора. Пока тот перебирал бумаги, сложенные в не очень аккуратную стопку на краю стола.       — Я знаю, что это был ты. Смотрел камеры. И я хочу задать один вопрос: это было специально? Зная тебя и что происходит в твоей жизни, я мог бы поверить, что это было случайностью.       Колени Чжона предательски тряслись, и, поднимая голову, он отрицательно помотал головой, начиная плакать энный раз за день. Джонни поднялся со стула, снимая очки, подошёл к Ченлэ и устало вздохнул, поправив волосы, которые постоянно лезли в глаза.       — Когда Джено забирали, он сказал, что тебе нужна помощь. Может, стоит тебе пройти процедуры в больнице, ты полежишь там около двух месяцев, и тебя отпустят, если всё будет хорошо, — самому Со было очень жаль парнишку, он сам начал замечать, что что-то с ним неладное происходит. Приобняв Чжона, шепнул ему на ухо фразу по типу: «Всё будет хорошо, не переживай так сильно, Дже в норме». Переводя своё внимание с юноши на притихшую женщину, обращается уже к ней: — Учитель Пак, проследите за ним, пока его родители за ним не приедут, — вздохнул Джонни, отходя ближе к окну и наблюдая за суматохой на улице.       — Всё будет хорошо, мы с мистером Со будем часто навещать тебя. Ну или постараемся, ты же знаешь, что у нас много дел в школе. Будем рассказывать о многих историях из школы. Просто пообещай, что больше так не сделаешь, — с улыбкой говорила учительница Пак, прижимая Лэ к себе за плечо.       Парень продолжал хлюпать носом. Они подходили к выходу, видя напротив дверей заведения большое скопление машин и людей. Его взгляд перебегал с одного человека на другого. Остановил взгляд на даме средних лет, Чжон как-то видел её в школе, вроде бы это была мама того самого Джено.       Смотря в толпу, миссис Ли заметила того самого светловолосого китайца, не сдержавшись, быстро подбежала к парню. Взмахнула рукой со всей силы так, что звук разошелся так быстро, насколько это возможно. Ченлэ схватился за щеку, это было слишком больно для него. Подняв глаза, он заметил, как слёзы стекали по пышным щекам дамы средних лет.       — Не хочу что-либо слышать от тебя. Как только Джено очнется, я всё узнаю. Но если он не проснется, то подам на твоих родителей в суд, раз не смотрят за тобой и за твоими идиотскими поступками! — женщина сорвалась на крик, опустилась на землю и в истерике начала трястись, разревелась ещё больше, сжимая ладонями пряди своих волос.       — Пожалуйста, успокойтесь, мы позже узнаем обо всём, — вмешалась Джемён, пытаясь успокоить миссис Ли. — Давайте оставаться на нейтральной стороне к Ченлэ.       — Как вы можете такое говорить?! — вдруг поднялась с земли женщина, схватив учителя за воротник рубашки. — У меня ребёнок при смерти, а вы тут даёте мне советы, как лучше поступить?!       Рядом с ними собралась толпа, учителя пытались успокоить женщину, подавая салфетки, чтобы вытереть слёзы, и ведя её под руку в кабинет директора Со. Этим они дали возможность Ченлэ спокойно дождаться своих родителей, а миссис Ли — обеспечить доступ к видеокамерам на крыше.       Вот уже приехала машина отчима Лэ. Он боялся встретиться с взглядом родителей. Уже сидя на заднем сидении, парень осторожно поднял взгляд на отчима, который в это время вставлял ключ зажигания, и после на мать, которая криво улыбнулась ему, не зная, как поступать в такой ситуации.       Машина спокойно ехала по ровной дороге, его отец сидел за рулём, а мама смотрела вперёд, не решаясь заглянуть сыну в глаза.       — Не могу поверить, что чудовище, которое почти убило человека, и ребёнок, которого я вырастила, — это один и тот же человек.       — Но ведь вы сами так меня воспитали. Не всерьёз воспринимали мои личные проблемы, — тихо прошептал мальчик, опуская голову вниз и не отводя взгляд от телефона.       На самом деле это был удар в сердце, а на глазах вновь появились слёзы. Быстро смахивая их и взяв в пальцы наушник, воткнул в ухо и включил музыку, продолжал сидеть не двигаясь.