Его Йоко

      Ты сидела в комнате отдыха, которую администрация ЦДМ выделила специально для организаторов автограф сессии, крутя в руках чашку с кофе. Пусть ты и не входила в состав группы организаторов, но они с радостью приняли тебя в свою компанию, понимая, что моральная поддержка никогда не помешает, особенно Сергею, на которого за последний месяц навалилась уйма всего. Это и работа в театре, и съемки в сериале, и конечно популярность, возникшая после выхода фильма. Сергей, конечно, виду старался не подавать, но зная его уже довольно долго, ты замечала, как все это давит на актера, и стремилась оказать максимальную поддержку — благо, работа на фрилансе позволяла находиться рядом с ним. И сегодня ты как никогда порадовалась, что поехала вместе с ним — никто не ожидал, что будет такой наплыв людей.       Все были шокированы тем, сколько народу пришло на мероприятие, с каждой минутой все больше понимая, что только чудо поможет им справиться с толпой, желающей урвать внимания актеров. Тебе же лишь оставалось надеяться, что всё обойдется, но слыша гомон, доносящийся с места встречи даже через множество стен, всё больше боялась, что что-то пойдет не так.       В голове, словно таймер от бомбы, отдавался ход стрелки часов, висящих на стене.       Щелчок ручки и резко открывшаяся дверь вызвали закономерную реакцию: ты вскинула голову и обеспокоенно уставилась на вошедшего.       Сергей.       Сердце ёкнуло и замерло на миг, чтобы тут же забиться вновь в бешеном ритме. Всклоченный и тяжело дышащий, с бегающим взглядом и подрагивающими руками, актер захлопнул за собой дверь и прислонился к ней спиной, прикрыв глаза и несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув. В твоей же груди при взгляде на парня поселилось щемящее чувство, словно все органы разом крепко сжали и не отпускают.       — Сережа? — твой голос привлек внимание и Горошко взглянув на тебя улыбнулся, да так, что тебе стало еще хуже. Эта его извечная успокаивающая улыбка, говорящая что с ним всё в порядке, ранила твоё сердце, ведь ты видела — все хуже некуда, но он опять держится из последних сил. Твой сильный и смелый мальчик. — Кофе? Нет, лучше воды. Или чаю?       — Да, — легко соглашается он, и ты мчишься к столу, где ставишь свою кружку и хватаешься за термос с чаем, чтобы налить золотистый чай в чашку, пока сбежавший из толпы Сергей приходил в себя. Он сел на небольшой диванчик, где раньше сидела ты, и откинув голову к стенке прикрыл глаза. Осторожно подойдя к нему, ты присела рядом. Чашку в его подрагивающие руки было давать чревато, да и ему явно было не до чая. Что делать в такой ситуации ты понятия не имела, но что-то явно было необходимо сделать. Отставив чашку на рядом стоящий стул, ты нежно коснулась его запястья. Что говорить в такой ситуации — не ясно, но спрашивать о произошедшем казалось не лучшей затеей. Не стоит усугублять ситуацию бередя свежие воспоминания.       Скользнув пальцами на внутреннюю сторону руки, ты осторожно коснулась сжатой в кулак ладони, словно спрашивая дозволения, и когда Сергей расслабил руку, переплела с ним пальцы. Сергей ухватился в твою ладонь крепко, словно в спасательный круг, поэтому ты слегка приподняла переплетенные руки и сама нагнулась, чтобы поочередно губами коснуться костяшек пальцев.       — Я рядом, Сереж.       — Их так много.       — Да, я тоже удивилась, — прижавшись щекой к его руке, согласилась ты и улыбнулась, зная, что он обязательно почувствует твою улыбку. — Мне надо начинать волноваться, столько любящих тебя девушек. Конкуренция, эх.       Сергей тихо рассмеялся. Его забавляло, как ты причитала на тему того, что найдется какая-нибудь Йоко Оно и уведет его, а он говорил, что Йоко именно ты, и он только твой Джон Леннон.       — Тебе лишь бы шутки шутить.       — Да, — ты вновь поцеловала его ладонь и взглянула на него, по-прежнему прижимаясь щекой к вашим сплетенным рукам. — Если это хоть немного поможет, то я тебе сборник анекдотов Петросяна зачитаю.       — Не надо Петросяна, — хохотнул Сергей, и взглянул на тебя, встречаясь взглядом и видя бесконечную любовь и поддержку, которую ты ему отдавала. Это было удивительно, ведь тебя не было слишком много, ты не давила на него, просто позволяя купаться в своей любви и не требуя такой же отдачи взамен, прекрасно понимая, что его эмоций на всех и вся не хватит. Дарила то тепло и уют, спокойствие и тишину, которых порой так не хватало в его бурной, особенно теперь, жизни.       — Хорошо, никакого Петросяна, — легко согласилась ты, — обнимашки?       — Иди ко мне, — измучено улыбается актер, изо всех сил стараясь не отдавать тебе свои эмоции. Ему не хотелось, чтобы так получилось, но как вышло, так вышло, и сделать так, чтобы ты не видела его лица сейчас казалось лучшим решением.       Ты же, вновь поцеловав его ладонь, расцепила ваши руки, заметив, как дрогнули пальцы парня, и забралась ему на колени, усаживаясь и прижимаясь к его груди своим телом. Ручонки же ты запустила за его спину, под лопатки, и замерла, ощущая стук его сердца — оно билось так мощно и громко, что тебе казалось, оно у тебя в груди, а не у него.       Сергей обнял тебя в ответ, опуская голову тебе на макушку и прикрывая глаза, не замечая, как начинает дышать в такт твоему дыханию, касающемуся кожи даже через довольно плотную кофту. То, что ты не лезла в душу с расспросами и просто была рядом, казалось самым настоящим счастьем, словно вся толпа, смотрящая на него с обожанием, осталась где-то далеко, в другой вселенной.       — Я рядом с тобой, Сереж.       — Знаю, — легкий поцелуй в макушку и дрогнувшие руки, которыми он тебя обнимал, сказали тебе больше чем все слова мира.       — Когда приедем домой, — потеревшись виском о его открытую шею, ты прикрыла глаза, — я приготовлю что-нибудь вкусное и безумно вредное, и мы будем весь вечер валяться в постели и смотреть фильмы, а потом пойдем гулять по ночному Питеру и будем встречать рассвет где-нибудь на набережной.       — Обязательно, — улыбается он, понимая, что с его графиком это будет сложно осуществить, но сейчас даже лишь представляя это, становится куда легче.       Вот так сидеть и касаться друг друга, позволяя чувствовать себя в безопасности, понятым без лишних слов и объяснений, вызывало желание остановить время и укрыться в этом мгновении от всего мира.       — Люблю тебя, — такие простые слова, которые не так часто звучали, и от этого были куда более ценными, вызвали улыбку на твоих губах. Удивительно, но именно Сергей чаще всего их произносил, словно пытался компенсировать всё то, что был не в состоянии отдать эмоциями и действиями.       — И я тебя, — ты уткнулась носом в ткань его кофты на плече, — очень-очень люблю.