Все будет хорошо...

2003 год, 14 марта       Страх давил со страшной силой, а открыть глаза не представлялось возможным. Конечности заледенели, невозможно пошевелить даже пальцем. Мужчина лежал на полу в самом углу камеры, свернувшись в комок, и задавался вопросом: а стоило ли ему вообще выживать? В чем был смысл цепляться за жизнь, в которой не осталось никого, кому он был бы дорог, кто любил бы его. Он продал свою молодость службе двум хозяевам. Он так о многом сожалел, но что-либо исправить было уже невозможно.       В и без того холодной камере стало трудно дышать. Температура упала на несколько градусов. Мужчина в страхе спрятал голову в коленях. Они снова пришли за ним. Сейчас в этом тощем, заросшем, грязном человеке уже невозможно узнать когда-то высокомерного, самоуверенного, надменного мастера зельеварения Северуса Снейпа. Он не знал, как давно сидит здесь, по ощущениям, целую вечность, и мужчина не мог понять, действительно ли он это заслужил. Если бы не его дальновидность, ум, познания в легилименции, мальчишка Поттер уже давно бы гнил в земле, а магический мир был захвачен пожирателями, во главе со своим господином. Градус в помещении продолжал снижаться, а все, о чем мечтал мужчина – теплый плед, чтобы хоть немного согреть поломанное тело. Мракоборцы в Азкабане были крайне недружелюбны, особенно к тем, кто носил метку Пожирателей. Особой жестокостью отличался Джонатан Браун, отец Лаванды. Девушка погибла на той войне, и Северус даже не мог винить мужчину в жестокости, он понимал его боль.       Сложно держать себя в руках, когда убийцы твоей дочери сидят в камерах заправляемой тобой тюрьмы. Сложно удержаться от насилия и оскорблений в сторону тех, кто отнял важнейшую часть твоей жизни. Объяснять, что Северус не причастен - бесполезно: метка на предплечье уже определила его судьбу. Терпеть холод стало невыносимо, мужчина уже готовился к худшему, когда створки железной решетки неприятно заскрежетали, а могильный холод покинул помещение. - Профессор? Голос был смутно знаком, вот только сил поднять голову и посмотреть на посетителя совершенно не было. - Профессор? Профессор Снейп, сэр. Это Гарри Поттер! Что они с вами сделали? - голос был взволнованным и слегка дрожал.       Вопрос явно был риторическим, решил для себя Снейп. В любом случае, сил на ответ у него не было. Неожиданно на плечи мужчины опустилась мантия, и Поттер начал укутывать его в теплую ткань. Гарри ждал хоть какой-то реакции, но мужчине впервые за долгое время было тепло и ему ужасно хотелось спать. Он хотел, чтобы парень ушел и дал насладиться этим теплом еще хотя бы пару минут. Но у нового заместителя главы Мракоборцев были другие планы, он упорно продолжал пытаться поднять своего бывшего профессора на ноги. - Профессор, пожалуйста! Профессор Снейп, вы должны подняться, – Гарри было ужасно тяжело, а Снейп не спешил хоть как-то ему помогать. - Вы свободны, профессор. Давайте, поднимайтесь, – тужился Гарри.       Мужчина не понимал жестокости Поттера. Северус никогда не был хорошим человеком, и уж тем более хорошим преподавателем, но он не заслужил подобных насмешек, это слишком. Свободен? Это смешно, ему суждено погибнуть в этой камере.       Гарри вот уже десять минут пытался обратить на себя внимание мужчины - безуспешно. Снейп не реагировал, и вообще не шевелился, он каждый раз оседал на пол, вновь пряча голову в согнутых коленях. Снейп будто не слышал Гарри, и прямо сейчас достучаться до мужчины не представлялось возможным. Абстрагироваться - единственный способ не сойти с ума, только поэтому Северус еще не потерял возможность связно мыслить. Гарри приложил немало усилий, чтобы поднять Снейпа на ноги, и поспешил прочь из этой камеры, из этого здания, подальше от этих монстров. Гарри и сам не понимал, кого подразумевает под этим определением. Непонятно кто хуже: дементоры или же служащие здесь мракоборцы. Через пару метров Снейп наконец подал хоть какие-то признаки жизни, однако тихий, болезненный стон вовсе не вызывал у парня радости. - Что они с вами делали, профессор?       Снейп не ответил. Гарри с трудом закинул правую руку Северуса себе на плечо и пошел к выходу, поддерживая мужчину за талию. Каждое действие, каждый шаг сопровождался едва слышным болезненным стоном. Гарри хотелось взорвать это место. Так не должно быть, все что происходит в этих стенах - неправильно. Но у него не было права терять контроль и выходить из себя. Не сейчас, когда исхудавшему, больному мужчине нужна была его помощь. Гарри со всем разберётся, но чуть позже, сейчас он нужен Снейпу.