Подчинись мне

Вэй Усянь просит прекратить, остановиться, но при этом еще сильнее сжимает свои руки на крепкой спине. — Ты действительно этого хочешь? — выдавил из себя нефрит. — Нет, только не останавливайся, не слушай меня, — мужчине показалось что он сейчас задохнётся, сгорит, взорвется. Он слишком долго ждал этого момента. Было слишком хорошо, настолько хорошо, что у обоих сносило крышу от раздирающего удовольствия. Была уже вторая половина дня, за дверью давно началась повседневная суета, а из постели вылазить совершенно не хотелось. Хотелось провести остаток жизни вот так вот, в объятиях друг друга. Пожалуй Вэй Ин это — лучшее что могло случиться с Лань Чжанем, он не раз в этом убеждался. Все те страдания стоили того, что бы в итоге оказаться здесь. — Больше не уходи! — взгляд был полон любви и нежности, а большие нефритовые глаза сверкали от счастья. — А ты меня больше некогда не отпускай. Вэй Усянь залез на мужа и удобно оседлав его бедра, руками он поглаживал грудь, ключицы, дразнил взглядами. Лань Чжань слегка приподнялся и со всей нежностью завлек его в долгий поцелуй, который перервался лишь тогда когда оба почувствовали потребность в воздухе. Лань Чжань резко отстранился, и лег на живот зазывающее вильнул задом. Вэй Усянь сверкнул глазами, он хищно рассматривал изящные изгибы, крепкую спину, упругие ягодицы, которые так и напрашивались на прелюдии. Вэй Усянь неторопливо целовал спину мужа, особенно нежно он обходился со шрамами. Горячее дыхание обжигало тело, оно опьяняло и заставляло нефрита плыть, просить большего. Когда палец Вэй Усяня проник в его нутро, он зарылся лицом в подушку и взвыл, след за вторым пальцем проник и второй, а следом и третий, мужчина закусил губу, от дискомфорта и боли отвлекали нежные губы мужа, которые продолжали целовать его спину. Внезапно Вэй Усянь просунул глубже пальцы, нащупал то самое сладкое место, от чего Лань Чжань громко охнул, дикое наслаждение пронеслось в каждой клетке, заставляя его извиваться, ерзать, пытаясь еще глубже насадиться на пальцы от которых было так хорошо. Вэй Усянь прекрасно понимал, что сейчас чувствует его муж, но нельзя было оттягивать, член уже стоял колом, а собственное возбуждение становилось болезненным. Мужчина вынул пальцы и сделав глубокий вдох входит на половину, затем замирает и одним толчком продвигается до самого основания. Из глаз нефрита брызнули слезы, он стиснул зубы и сжал до боли кулаки, дыхание сбилось. Нефрит пытался прислушиваться к себе и к своим ощущением и тянущая боль начала отступать, а когда Вэй Усянь начал плавные движение бедрами, по коже пробежали мурашки, возбуждение стало перерастать в безумное желание ощутить что-то большее. Вэй Усянь будто почувствовав это, переворачивает мужа: — Я хочу видеть твоё лицо, — прорычал Вэй Усянь который, растратил уже все остатки терпения, снова входит в любимое тело, завлекая в поцелуй. И вот начались постепенно нарастающие свой темп и силу толчки. Нежные поцелуи перерастали в страстные, пронизанные животным желанием… Толчок. Еще один. Рука Вэй Ина держала крепко руку Лань Чжаня, но тот все равно от оргазма выгибался. Он не мог больше терпеть. — Глубже … ах … еще, — хриплый голос Лань Чжаня, выдавал все свои желания, то, что он хотел больше. Еще толчок. Грубый. Жесткий. И такой страстный, что нефрит кончил, следом за ним кончил и Вэй Усянь. После таких жарких приключений, мужчины еще некоторое время лежали в обнимку и пытались прийти в себя. Но потом до них дошло понимание того, что на улице уже стемнело.