Птенцы

- Чувствуешь? Дышится легче, - Птица с явным удовольствием вдыхает сырой питерский воздух. Спорить с этим трудно. Дышится в городе действительно легче, примерно после того, как Сергей наконец-то утилизировал выкупленную им свалку Зильченко. О том, где среди всего этого мусора завалялись жалкие останки самого Зильченко, он честно старался не думать. Но сейчас Птица был доволен явно по другому поводу. И Сергей знал, что заставляет его второе "я" улыбаться во весь рот, хищно блестя желтыми глазами. В посвежевшем питерском воздухе повеяло гарью. Правда, очень легко - источник запаха находился довольно далеко от башни Vmeste. - Ой, ну надо же, гречка подгорела, - хихикнул Птица. - Игорь расстроится. Это имя заставило Сергея встрепенуться, мгновенно перехватывая контроль. Птица не против. Скорее, его забавляло, то, что имя Грома стало этаким переключателем для них обоих. - Марго, - Сергей предусмотрительно понизил голос до полушепота, - где Игорь? - Игорь ушел двадцать минут назад. Срочный вызов, - тем же полушепотом отозвалась Марго. - Мне позвонить ему? - Нет, не нужно, - Сергей обессиленно-обреченно упал на диван. - Он скоро позвонит сам. Конечно, позвонит. Или не позвонит. Просто примчится на всех парах, зайдет в кабинет, едва не выбив дверь с ноги, и начнет в деталях рассказывать, что осталось от Кирилла Гречкина. - Ну, рассказ будет коротким, - заметил Птица. - Не так уж много там и осталось. А всё лишнее Игорь сам же и приберет, верно? Еще до приезда полиции. Зачем дяде Феде лишние хлопоты? Закрутится на работе - и прощай совместные выходные на даче. Оно нам надо? Сергей зарылся пальцами в волосы с едва слышным стоном. Спорить снова бесполезно. Он и сам прекрасно знал - за новое появление Чумного Доктора было бы не миновать классического семейного скандала с включением режима злого полицейского, цитированием Достоевского, а то и огнеметанием вместо битья посуды. Но сегодня... Вряд ли Игорь будет сильно возмущаться насчет подонка, который с легкостью ускользнул от правосудия, едва не убив ребенка. Их ребенка. - Марго, - теперь уже шепотом на пределе слышимости, - как дети? - В своей комнате. Чумной Доктор исчезает. Прячется до поры до времени - в потайной нише вместе с костюмом, в темных закоулках сознания подвластных Птице. Сергей, сдерживая дыхание, осторожно ступая босыми ногами по мягким коврам, направился в сторону комнаты детей. Лиза и Алеша действительно спят. Лиза спит так, как положено - на кровати, заботливо укрытая одеялом. Алеша - примостившись в неудобной позе на краешке кровати. Снова не решился отойти от сестры. Даже в темноте Сергей заметил, что как Лиза легко повернулась во сне. Завтра ей уже можно будет встать - эта мысль затопила облегчением, смывая дурные мысли о том, что могло бы быть и иначе. Вернее, могло не быть. Лизы, а может быть, и Алеши. Могло. Но не стало. - Всё хорошо, - Сергей облегченно выдохнул, но Птица вдруг решительно сделал шаг в сторону кровати. Жадно взглянул на спящих детей горящим золотым взглядом. В этом золоте - отражение огня, пожравшего навороченную шикарную машину. Которая никогда и никого не собьет, не покалечит ничье тело, ничью жизнь. И особенно... - Стой, что ты делаешь? Сергей осекся, когда широкие черные крылья, словно выросшие из ночных теней, широко раскрылись за спиной, укрывая, укутывая спящих детей. - То, что должен, Сереженька. То, что мы должны, - в голосе Птицы смешались хищный клекот коршуна и воркующие голубиные нотки. И Сергей снова не спорит. Самая хищная птица, растерзав добычу, спешит в своё гнездо. Потому что ее птенцы должны быть в безопасности.