Мы будем пить чай, пока по крыше скребут когти.

Шёл дождь. Капли дробно стучали по стеклу, а некоторые, особенно проворные, падали на подоконник, собираясь в маленькие лужицы. Леви холодно смотрел на то, как долгие часы упорной работы — трепетного сбора листьев мяты и цветков ромашки, пропадают за зря, намокая, раскисая под слезами природы. — Разве я не говорил тебе закрыть окно, дурёха? — громко и отчетливо спросил мужчина, снимая с плеч отяжелевшее от влаги пальто. Изумрудная ткань промокла, становясь почти чёрной. В соседней комнате раздалась возня и в дверном проеме появился заспанный Эрен. Шоколадные пряди его волос спутались, небрежно падая на лицо и шею. Зелёные глаза смотрели затуманено. — Прости... я забыл... ты вчера говорил? — промямлил парень, широко зевая, отводя взгляд от раздражённого мужчины. Эрен знал, что Леви ужасно недоволен. В движениях того угадывалась несвойственная резкость, хоть лицо и оставалось привычно бесстрастным. — Сколько ты спал? — игнорируя вопрос спросил мужчина, аккуратно убирая обувь в шкаф и приближаясь к своему парню. — Не помню, — потупился Эрен, переступая с ноги на ногу. Из открытого настежь окна тянуло холодом и ужасно хотелось вернуться в спальню — кровать все ещё была тёплой, а плотные шторы создавали успокаивающий полумрак. Холодная ладонь, которая быстро легла ему на лоб, лишь заставила поёжиться сильнее. Эрен подался вперёд, потираясь о Леви. Он соскучился. Мужчина каждый день был на работе, а в его отсутствие парню оставалось лишь отсыпаться в пустой спальне. Дома было одиноко и ужасно скучно. — Оставь эти телячьи нежности на потом. Я весь мокрый и липкий, — пробурчал Леви, убирая ладонь с тёплого лба. Сделав пару шагов, разлетевшихся дробным гулом по комнате, мужчина захлопнул окно, с излишней силой надавливая на раму так, что даже стекло зазвенело. Эрен вздрогнул от громкого звука и недовольно выпятил губу, понимая, что его любимый от него отошёл. — Который час, Леви? — попытался снова что-то спросить парень, пытаясь сфокусировать взгляд на длинных пальцах темноволосого мужчины, которыми тот спешно водил по промокшим листьям и цветам, пытаясь оценить ущерб. Дома часов не было. Почему? Эрен не мог вспомнить, да ему это и не надо было, рядом всегда был Леви. Взгляд на наручные часы. — Без пятнадцати шесть, — голос Леви совпадал с дробным стуком дождя снаружи. Ровный, спокойной, мерный. Безэмоциональный. Это уже совсем не пугало, наоборот, убаюкивало. Порой Эрену казалось, что он уже забыл, когда в последний раз слышал голоса других людей. У него всегда был Леви. Пытаясь что-то вспомнить, Эрен смешно морщил лоб, делая несмелые шаги к подоконнику. Пол был влажным и скользким. Холодные брызги воды немного бодрили, встряхивали ото сна, прогоняли дремоту. — Сегодня было мало посетителей? — продолжил расспрашивать дорвавшийся до разговоров Эрен. Он уже вплотную подошёл к Леви, вдыхая с чужой кожи запах дождя и более знакомый — густой смеси сушёных трав и пряностей. — Дождь, — коротко бросил Леви, словно бы этим простым словом можно было ответить на все вопросы мира. Он недовольно нахмурил брови, поднимая в ладони ромашку, точнее то, что от неё осталось. Крупные капли попортили цветки, грубо отрывая белоснежные лепестки от сердцевин. Весь подоконник был украшен опавшими лепестками, расплывшимися по поверхности многочисленных лужиц. Эрен завороженно смотрел на это, впитывая тепло тела рядом с собой, и во все глаза разглядывая то вид за окном, то собственный подоконник, в миг превратившийся в произведение искусства. В этот момент зеленоглазому парню ужасно сильно захотелось научиться рисовать. Он пообещал себе позже попросить у старшего мужчины купить ему мольберт и краски. — Черт... — выругался тем временем Леви, перенося уцелевшие растения на кухонный стол. — Не стой столбом, Эрен, отойди оттуда! Замёрзнешь! И без того спутанные пряди взметнулись во все стороны, когда Эрен активно замотал головой. Он никак не мог заболеть и замерзнуть, уж явно не живя в одном доме с Леви, который всегда преподносил ему обжигающие чаи и отвары. Все же решая не злить старшего, Эрен покорно отошёл от окна, оставляя влажные следы на полу по пути в кухню. Лицо Леви при виде этого скривилось, с трудом скрывая разрывающий изнутри гнев. Он ненавидел дождь, сырость и грязь. — Отвратительно. Я в душ. Достань у меня из сумки новую смесь, отвари себе пока, а мне как обычно, ты знаешь, — раздал быстрые и краткие инструкции Леви, неопределённо кивая в сторону коридора. Чуть приподнявшись на носочках, чтобы достать до виска Эрена, мужчина оставил лёгких поцелуй в волосах. Глаза цвета весны на секунду столкнулись с неменяющимися ледяными, серебряными. Эрен не мог сдержать улыбку счастья, тут же срываясь в коридор — выполнять приказ Леви. Пока парень ходил туда и обратно, на улице началась гроза, а вода в ванной комнате зашумела, утопая на фоне общего шума природы. Эрену хотелось приоткрыть форточку на кухне, чтобы насладиться наэлектризованностью вечернего воздуха. Но вместо этого он покорно кипятил воду в чайнике, заваривая для Леви чёрный чай с чабрецом, а себе... что-то неясное, резко пахнущее мятой и корицей, яблоком и чем-то неизвестным, кружащим голову своей сладостью. Почти каждый день Леви приносил с работы новую травяную смесь. Он всегда говорил о том, что был недоволен тем эффектом, которые завары оказывали на Эрена. Эрен же не мог на это ничего возразить. Что бы он не пил — ему ужасно хотелось спать. Из череды рутины его какое-то время вырывали дни, когда Леви позволял ему ходить с ним на работу. Старший мужчина держал небольшой аптекарский магазин на соседней от их дома улице. Занимавшийся по большей части травничеством и народной медициной, Леви нашёл свой круг покупателей и всегда находился в стабильном достатке. Аккуратный магазин с красивым латинским названием, которое Эрен к собственному стыду постоянно забывал, ютился на углу двух жилых улиц, выбиваясь из общего строя светлой кирпичной кладки и живых изгородей. По своим воспоминаниям зеленоглазый мог с уверенностью утверждать, что внутри царил полумрак и прохлада, а сухой воздух позволял сохранять сушёные травы свежими как можно дольше. Леви приводил его с собой лишь в будние дни, когда посетителей было меньше всего. Эрен занимал мягкое кожаное кресло в дальнем углу и либо дремал, либо наблюдал за тем, как его парень в сотый раз протирал пыль на полках магазина. Все это прекратилось в один день, когда внутрь зашёл высокий и грузный мужчина, с порога начавший что-то выспрашивать у Леви. Вспомнить произошедшее дальше юноша никак не мог, видимо, он снова уснул, а проснулся уже дома — в их с Леви уютной спальне. С того дня Эрен сидел дома, чувствуя себя наказанным из-за скандала, который на пустом месте устроил тот незнакомец. По-детски дуясь на какого-то мужчину, парень грустно глянул в окно, всем сердцем желая вновь выскользнуть на улицу... Раздавшийся вдруг звонок в дверь Эрен даже не расслышал сразу. Он сначала слился с раскатом грома, а потом и со звуком хлопающей дверцы в ванной. Однако Эрен оказался быстрее и проворнее Леви, который все чудесно слышал и теперь спешил поскорее одеться, чтобы выйти в гостиную. Подскочив на ноги и отложив ложку, который он до этого методично помешивал чай, в сторону, парень со всех ног бросился к двери, щёлкая замком и встречая стоящего за ней почтальона счастливой улыбкой. — Добрый вечер! — воскликнул Эрен, с любопытством заглядывая за плечи незнакомца. За ним ровной стеной шёл дождь, скрывая за своей завесой улицу и свободу, по которой так изголодался парень. — Вы разве работаете в такой ливень? — доброжелательно спросил он, склоняя голову набок и невинно хлопая длинными ресницами. — Гм, да... работаю, — пробормотал почтальон, сбитый с толку столь живым интересом со стороны странного паренька. — Ваша газета и журналы, которые Вы выписываете, — монотонным голосом добавил он заученную фразу. Мужчина собирался уже идти, но парень все не спешил забирать из его рук корреспонденцию. За макушкой зеленоглазого замаячила ещё одна фигура. — Постойте... я ещё хотел, — начал было Эрен, наконец забирая газету и журналы. — Эрен! — раздался сзади ледяной голос Леви, сразу вернувший парня в реальность. Тот дернул назад, сталкиваясь взглядом с почтальоном, на лице которого на мгновение отразились страх и удивление. Леви сделал быстрый шаг вперёд, захлопывая перед лицом мужчины дверь, второй рукой обхватывая Эрена за предплечье и дёргая в сторону. — Что ты тут делал? — раздельно и четко спросил мужчина, крепче сжимая пальцы и сверля стоящего перед ним парня ледяным взглядом. — В д-дверь простучали... я открыл, там всего-лишь почту принесли, — начал оправдываться Эрен, негромко всхлипывая от болезненной хватки на плече. Леви тут же разжал пальцы, чутко улавливая страх и растерянность замершего юноши. Тот походил на напуганной оленёнка, загнанного в угол бессердечным охотником. — Я просил тебя не открывать никому дверь, это небезопасно, — пожурил его Леви, опуская на это раз ладонь на талию Эрена, подталкивая того в сторону кухни. — Прости! Просто тут газета, можно мне прочитать? — не успел парень развернуть в руках бумагу, как темноволосый мужчина тут же вырвал ее у него, чуть не раня чужие пальцы об острые газетные края. — Ни в коем случае. Нечего тебе читать те бредни, что сейчас строчит желтая пресса, — отрезал Леви, выдвигая перед зеленоглазым стул и усаживая его. — Пей свой отвар. Эрен угрюмо кивнул, поднимая в руки тёплую кружку. Белоснежный фарфор грел пальцы, а новая смесь из трав была приятной на вкус, чуть терпкой, но очень сладкой — все как любил парень. Он довольно зажмурил глаза, откидывая голову назад, опуская ее на живот Леви, стоящего позади его стула. В его волосы опустились бледные пальцы, привычно перебирая пряди, пытаясь навести в них хоть какой-то порядок. Эрен только что не мурлыкал от удовольствия, наслаждаясь приятной лаской знакомых рук. — Леви... — позвал он спустя какое-то время, открывая бесконечно зелёные глаза, в которых отражался мягкий свет кухонной лампы, делая их более глубокими. Зрачки у Эрена были неестественно расширено, но он об этом и не догадывался. — М-мм? — отозвался мужчина, разглядывая расслабленное юношеское лицо перед собой. Эрен снова выглядел ужасно сонным. — Уже хочешь спать? — Да, но... я хочу провести с тобой больше времени, — произнёс парень, недовольно хмурясь, раздражаясь на собственный организм. Леви говорил, что это нормально — хотеть спать, но Эрен чувствовал, что вместе с этим сном он теряет что-то важное каждый день. Вот только лишь он не мог вспомнить что именно. С памятью вообще было плохо в последнее время. Он порой забывал самые простые слова и чуть не доводил себя до слез тем, что никак не мог их вспомнить без посторонней помощи. Хорошо что рядом всегда был Леви. — Совсем скоро воскресенье, я проведу с тобой целый день, — заверил его Леви, опуская со звоном на стол свою кружку. Она была уже совершенно пуста и слегка поблескивала в теплом желтоватом свете. Мужчина наклонился вперёд, оставляя мягкий поцелуй на губах Эрена. Тот сонно улыбнулся. — Допивай, пока не остыло, — приказным тоном добавил Леви, отходя от стула. Парень послушно протянул пальцы к кружке, но они слегка подрагивали, а губы кололо, то ли от поцелуя, то ли от... — Весь ромашковый сбор теперь можно сжечь к чертям собачьим! — выругался мужчина, снова оглядывая пострадавшие ранее растения, которые отлежались под кухонной лампой, но лучше выглядеть не стали. — Из сырых цветов тоже получится отличный чай! Твои клиенты тебе настолько доверяют, что купят уже что угодно, — заверил его Эрен. Настолько длинное предложение вымотало парня окончательно, вынуждая громко зевнуть и чуть ли не уронить руку вместе с кружкой на стол — настолько отяжелело тело. Лицо Леви на секунду исказилось какой-то неясной эмоцией при словах юноши. — Ты уже говорил это раньше, не помнишь? — тихо и глухо спросил он, мягко поднимая Эрена на руки. Держа возлюбленного под колени, Леви понёс его в сторону спальни — как невесту. Сонно моргая и пытаясь сфокусироваться на лице нёсшего его мужчины, парень отрицательно покачал головой. Он не помнил, чтобы когда-либо произносил подобные слова. — Это хорошо, Эрен... значит все идёт так, как нужно, — прошептал одними губами Леви, наблюдая за тем, как юноша в его руках медленно засыпает, теряя сознание. — Я уложу тебя спать, а позже присоединюсь к тебе. — Н-не... не ухо-уходи, — прохныкал сквозь давящую пелену Эрен, цепляясь пальцами за мягкую ткань свитера, который успел надеть Леви. — Не дури, глупый, мне ещё убраться дома надо, — возразил мужчина, но его слова уже остались без ответа. Эрен уснул. Его голова откинулась назад, обнажая расцелованную солнцем кожу шеи, хрупкие предплечья и ключицы. Руки Эрена повисли как у тряпичной куклы, пальцы разжались, больше не удерживая крупную вязь бордового свитера. Леви позволил себе тень улыбки, когда укладывал безвольное тело в кровать, плотнее укутывая юношу в пуховое одеяло. Эрену вновь предстояло проспать почти сутки, чтобы встретить очередной дождливый день, потому что в Лондоне по крышам барабанило почти всегда. Снова он проснётся слишком поздно, чтобы закрыть окно, которое Леви оставит для проветривания гостиной. Снова... Молния расчертила небо, тут же отдаваясь грохотаньем и утробным рокотом природы, вырывая темноволосого мужчину из его извращённых мыслей. Он сидел над фигурой спящего ангела сгорбленным силуэтом чудовища, которому удалось заполучить в свои цепкие когти самое ценное сокровище мира — невинную душу человека. Шёл дождь.

...the end?