Сквозь века

***

Тишину и полное одиночество нарушил звук телефона, сигнализирующий о том, что пришло сообщение. Ты свободна сегодня вечером? Не хочешь поужинать? Теплая улыбка коснулась лица художницы, когда она отвлеклась и прочитала высветившееся на экране входящее СМС. Отложив кисть и палитру в сторону, Кларк вытерла руки и набрала следующий текст: Мой организм требует легкой и полезной пищи. На другое я больше не подпишусь. Последний наш ужин закончился парой лишних килограмм, и я практически ползком выбиралась из спорт зала, проклиная эти вкуснейшие китайские пельмешки цзяоцзы с хрустящей корочкой. Ответ пришел незамедлительно: Я накормлю тебя брокколи и напою морковным соком )) только скажи ДА. Сообщение вызвало легкий смех художницы, и она быстро напечатала: Даааа. Я у себя в студии. Жду. Внезапный стук в дверь напугал Кларк так, что из ее рук выскочил телефон. - Кто? – недовольно пробурчала она, поднимая мобильный с пола. - Доставка брокколи и морковного сока, - послышался мягкий голос Лексы и Кларк, словно подросток ринулась к двери, в нетерпении распахивая ее. - Лекса! – выпалила художница. Классическое пальто черного цвета, немного распахнуто у основания. Под ним виднелся белоснежный свитер и зауженные джинсы. Серый широкий шарф обернут вокруг длиной шеи, а на ногах короткие кожаные сапоги на сплошной подошве. Темный распущенный волос, вьющейся на концах, изумрудного цвета глаза и манящая улыбка, которая выбивала весь воздух из легких Кларк. Александрия Трикру была как всегда невероятно красива. - Осторожней, - сквозь смех проговорила девушка, стоило Кларк резко притянуть ее в свои объятья, ухватившись за шарф. Одной рукой Лекса обняла художницу, а вторую старалась держать подальше, чтобы не пролить четыре порции горячего кофе на картонном держателе. - Я соскучилась! И это твоя вина! – недовольно пробурчала Кларк, зарываясь носом в мягкую шею темноволосой похитительницы спокойствия. - Прости, совсем замоталась. Всю ночь провела в клинике с Оливией. Затем поехала в кафе, помочь Кейт. А вечером прилегла всего на минутку …и уснула. Я… Лекса не успела договорить, так как Кларк прервала ее извиняющую речь самым приятным способом, своими губами. И поцелуй затянулся. Затянулся, а потом углубился, превращаясь в жадный, влажный и требовательный. Из уст художницы вырвался стон, когда она заставила себя оторваться от нежных алых губ, боясь полностью потерять контроль. - Не извиняйся. Ты устала, я понимаю, - проговорила художница и почувствовала, как мягкие губы Лексы коснулись в легком поцелуе ее лба, - Просто я заметила, что становлюсь совершенно невыносимой, когда подолгу не вижу тебя. Такое по-детски искреннее признание Гриффин вызвало мягкую улыбку на лице Трикру, и она сильнее прижала Кларк к себе свободной рукой. Затем послышался небольшой шум за спиной и Лекса подняла глаза на спешащую к ним Октавию, а следом Рейвен. - Думаю, мне стоит забрать это, пока КОЕ-КТО не свалил тебя с ног, - проговорила темноволосая девушка, забирая кофе из рук Трикру, и моментально была одарена благодарной улыбкой. - Гриффин, ты задушишь ее!! – теперь послышался голос Рейвен, но Кларк лишь отрицательно покачала головой, пробурчав что-то похожее на «отстаньте». Октавия, оставив горячий кофе на столе, подошла к Рейвен и проговорила: - Знакомься, дорогая, это знаменитая Александрия Трикру. - Привет! Можно просто Лекса, - тепло улыбнулась девушка. - Привет, Рейвен Рейс! – ответила Рейвен, оценивающе вскидывая брови, и немного наклонившись к Октавии, спросила, - Она всегда выглядит так, словно с подиума сошла? - Всегда. Даже будучи потной и грязной, - ответила девушка, немного повышая голос, нарочито издеваясь над светловолосой подругой, - Я просто была свидетелем их тренировок, когда ждала Линкольна. И даже подумать не могла, насколько эротично может выглядеть женское тело, облаченное в военную форму цвета хаки. - А кубики пресса имеются? – нахально подмигнув Лексе, спросила Рейвен. - Еще какие! Ее формы это просто… - Ээйй! – возмущенно выпалила художница, прикрывая свою возлюбленную собой, на что все трое разразились громким смехом. Знакомство с «Эйнштейном в юбке» определенно удалось.

***

После того как Октавия и Рейвен разошлись по домам, Кларк забралась на диван и с довольным стоном погрузилась в теплые объятья Лексы. Девушки, молча, наблюдали за огромными хлопьями снега за окном, впитывая в себя тишину и уют субботнего вечера. - У тебя здесь так спокойно, - мягко проговорила Лекса, оглядывая студию, - Светло, просторно. Мне всегда казалось, что художественные студии до отвала заполнены готовыми картинами, холстами различных размеров, тряпками, которые измазаны в краске, ну или на худой конец пустыми тюбиками или палитрами. - В чем-то ты права. Большинство студий подходят под твое описание. И моя была такой же, еще вчера. Разбросанная бумага, толпа народу, кричащие Рейвен и Октавия, повсюду следы от грязной обуви. Полный хаос. Но…я не умею работать в подобной обстановке, милая, - улыбнулась Кларк, - Мне нужен порядок во всем. В голове, на рабочем месте, дома. - Это похвально. Порядок дает уверенность, точность, собранность. Но я все равно чувствую твою нервозность, - констатировала Лекса. - Это из-за выставки. Такому педанту как я жизненно необходимо чтобы все прошло идеально, - ответила Кларк, уже не удивляясь проницательности Трикру, - Ты ведь придешь? Утвердительно кивнув, Лекса потянулась к манящим губам, близость которых было уже сложно игнорировать. И весь мир снова исчез. Они целовали друг друга как в последний раз, упиваясь собственной жадностью и ненасытностью. Дыханье сбилось, а сердце бешено колотилось в груди. Не разрывая поцелуя, Кларк потянула Лексу на себя, призывая занять сидячее положение, а сама удобно расположилась на ее коленях. Жаркий стон сорвался с уст художники, когда руки Лексы забрались под белоснежную рубашку, и коснулись обнаженной кожи. Эти медленные движения пальцев, выводившие непонятные узоры на спине, сводили Кларк с ума. Она хотела большего. Хотела и получила. Оторвавшись от дразнящий губ, художница подняла голову подставляя свою шею под тяжелое дыханье и горячие поцелуи. Спустя секунду раздался хруст, а за ним звук того как мелкие пуговицы посыпались на пол. Опустив свой взгляд, девушка наблюдала за тем, как Лекса стягивает разорванную рубашку с плеч и отбрасывает ее прочь. За ней незамедлительно последовал бюстгальтер. И вот уже полные губы накрывают сначала один, затем другой затвердевший сосок, жадно посасывая и облизывая. - Лееекса, - эротично протянула Кларк, прогибаясь в спине. Лекса чувствовала, что еще чуть-чуть и о контроле будет забыто. А это грозит тем, что они впервые займутся любовью прямо на диване в студии Кларк. Но остановить эту сладкую пытку очень сложно и совсем не хотелось. Кожа художницы такая мягка, нежная и дурманящая. А ее стоны лишь усиливают пожар внутри, грозя спалить все дотла. Вдруг звонок телефона, возвращает обеих в реальность. - Гадство!! – послышалось сверху и Лекса подняла свой затуманенный взгляд на дрожащую от возбуждения Кларк. Звонивший был очень настойчив. После одного звонка последовал второй, за ним третий. Откинувшись на спинку дивана Лекса, опустила свои руки, выпуская Кларк. - Ответь, - мягко проговорила она, и глубоко вдохнула, пытаясь успокоить сбившееся дыханье. - Папа? – немного растерянно проговорила девушка, отвечая на звонок, - Что случилось? Спустя минуту Кларк повесила трубку и с тоской посмотрела на девушку, близость которой сводила ее с ума. - Я хочу тебя, - смело проговорила художница, заглядывая в потемневшие глаза, которые были далеки от привычного изумрудного цвета, - Хочу до безумия, до боли, до слез. Но…мой отец застрял в аэропорту. Его рейс отменили из-за снегопада. Мама на операции, а такси перегружены огромным потоком людей. Он просит меня приехать и забрать его. Мне жаль.

***

- Я не могу уйти не попрощавшись, - кружится в голове Кларк по дороге в покои Командующей. Девушка без лишних церемоний толкает дверь и без приглашения вторгается в покои Хэды, сразу проходя вглубь комнаты. - Неужели я опоздала, и ее здесь нет? – страх прорывается наружу, но моментально меркнет, когда перед ней предстает Командующая во всем своем великолепии. Ее темный волос распущен. Боевой раскрас клана Трикру смыт с лица. С глаз исчезла хмурость и задумчивость грозной Хэды. Увидев в своих покоях лидера Небесных людей, Лекса на секунду замирает, но быстро берет себя в руки и встает напротив непрошенной гостьи. - Когда ты уходишь? – слетает с алых губ главный вопрос. Она все поняла без слов. Она всегда понимает без слов, одним лишь взглядом. - Сейчас, - произносит Кларк и подходит ближе, - Мне очень жаль. - Не стоит. Ты должна вернуться к своим людям. Я знаю, ты не можешь иначе, - обреченно выдыхает Лекса, пытаясь смириться с неизбежностью и спрятать грусть. - Может однажды, мы ничего не будем должны нашим людям, - с надеждой в голосе произносит Кларк, проклиная все и всех в глубине души. Ей хочется кричать от боли, которая разрывает душу. Кларк устала. Устала быть зависимой от окружающих людей, от обстоятельств, от долга, о котором твердят все вокруг. Устала от нескончаемых воин, от сумасшедшей и бессмысленной беготни. Она всего лишь человек. Почему именно на ее плечи свалился этот груз ответственности за небесных людей, большинство из которых являются ей НИКЕМ? - Надеюсь, - с легкой улыбкой соглашается Хэда и протягивает свою руку на прощанье, мягко добавляя, - Может, мы еще встретимся. Обе понимали, что подобное маловероятно. При их жизни, которая так и кишит бесчисленными смертями и жестокими схватками все мысли о будущем абсурдны и непозволительны. Кларк должна уйти. Ради своего народа. Это правильно. Народу нужен их лидер. А Кларк была лидером. И не важно, что возможно она видит Лексу в последний раз. Не важно, что она сходит с ума от любви к легендарной Командующей. Не важно, ведь? К черту. Плевать. Кларк притягивает Лексу ближе и впивается в желанные губы. Снова и снова. Они соленные от слез. От слез Хэды, которая впервые дала волю своим эмоциям. И вот она настоящая. Без масок, без обязанностей, без оков. Открытая, искренняя в своих чувствах и безумно красивая. Не прерывая поцелуй, Кларк тянется к завязкам на шее Лексы и в нетерпении развязывает их, освобождая от ненужной одежды. Она сходит с ума. С ума от лавины диких эмоций, в которые впервые позволила себе окунуться. Заглянув в потемневшие зеленые глаза, все стены в одночасье рушатся, и Кларк опускается на кровать, подминая под себя, казалось бы, хрупкое тело. И начинается безумие. Танцы обнаженных тел под теплыми лучами солнца, что пробираются сквозь резную перегородку. Жадные поцелуи, мягкая кожа и дурманящий запах возбуждения. - Какая она мокрая, горячая, тугая…- вертится в голове Кларк, когда она впервые полностью заполняет Лексу и совершает решительные и сильные толчки, - Я люблю ее…люблю. Ее губы везде. На шее, плечах, груди. Она понимает, что спустя несколько часов ее ненасытные поцелуи превратятся в синие отметины на нежной коже, но ей сейчас все равно. Кларк с жадностью берет то, что ей предложили, то, что она хочет, то в чем до боли нуждается. Чувствуя как тонкие пальцы с невероятной силой впиваются в спину, Гриффин прикусывает губы от того как жгучая боль сливается с возбуждением, поднимая градус животного желания еще выше. Она кожей чувствует надвигающийся пик Лексы. Девушка уже всхлипывает от накатывающихся волн удовольствия, и вонзает свои зубы в плечо любовницы. Спустя одно лишь мгновенье громкий стон сотрясает покои Командующей. Влажное от пота тело сотрясается в дичайшем оргазме и Лекса падает на спину полностью опустошенной. - ТЫ…ТЫ…, - Кларк потрясена и просто не в состоянии правильно выразить свои эмоции. Сердце дико бьется в груди, руки дрожат, во рту пересохло. Сейчас Кларк понятен лишь язык тела напротив, которое она с удовольствием накрывает своим, улыбнувшись тому, как с довольным бормотанием ее шею обвивают нежные руки. После нескольких часов потрясающего и жаркого секса, девушки нежились в кровати, окруженные мягкими шкурами. Лекса лежала на боку, спиной к Кларк и довольно постанывала от непонятных узоров, которые одними подушечками пальцев ласково выводила лидер Небесных людей на ее спине. - Красивая татуировка, - проговорила Кларк, рассматривая знак бесконечности на шее Лексы, затем пальцами провела по второй тату, что простиралась вдоль позвоночника вниз до самой поясницы. - Мне сделали ее в день избрания. Каждый круг это найтблида, который погиб, когда командир выбрал меня, - ответила Хэда, продолжая наслаждаться легкими и нежными прикосновениями своей возлюбленной. - 7 кругов…ты же говорила, что на твоем конклаве было 9 послужников, - вспомнила Кларк, прошлый разговор с Лексой. - Так и было. - Лексе было двенадцать лет, когда она была призвана для участия в конклаве*. И она выиграла его после того как были убиты семь из девяти найтблид. И раз пламя новой Командующей было передано ей, то куда делся…? – промелькнуло в мыслях у Кларк, и она озвучила вслух свой вопрос, - Что случилось с номером 8?  - Может, поговорим о чем-нибудь другом? – с надеждой проговорила Лекса поворачиваясь лицом к Кларк. Она не любила разговоры о том, как ей пришлось убивать найтблид, чтобы стать тем, кем она являлась сейчас. Хоть и убийство уже не выворачивало душу наизнанку как в первый раз, перейдя в ранг обыденности, обсуждать «это» удовольствия не приносило. - Мы можем вообще ничего не говорить, - хитро ухмыльнулась Гриффин и моментально получила порцию новых поцелуев, переходящих в нечто более горячее и влажное. Кларк резко распахнула глаза. Дыхание жаркое, сбившееся. Голова идет кругом. Руки дрожат, а сердце устроило какой-то неконтролируемый хаос в груди. Громкий стон сорвался с алых губ, как только девушка приподнялась на локтях в постели и ощутила обильную влагу между своих ног, а с ней дикое, неконтролируемое возбуждение, которое безжалостно сжигало ее тело дотла.