the power of fire – власть огня

Идя по тонкому лезвию бритвы, мы не всегда задумываемся о последствиях. Читая книгу, или же рассматривая величественную картину, в зависимости от настроения мы представляем себя определёнными персонажами, сбегая от реальности.

      Служанкам из этого дворца, не приходилось сладко, будучи здравомыслящими созданиями, порой трудно молча опускать голову и соглашаться со всеми безумными идеями хозяев. Каждый раз, слыша топот до хруста лопаток вжимаясь в обманчиво тёплые бархатные стены, рассматривая неизменные складки на одинаково – чёрной обуви, представляя, что наступит час и они отплатят за всё сполна, вынашивая в себе дети ненависти и презрения ко власти.       В горькие минуты они встают на колени молясь перед богом, по иронии, работая на Сатану. Горько молясь, усердно умоляя небо отвратить как-нибудь угрожающую бурю. Сдав попечения небесам, их душа делается равнодушной и спокойной, а буря в душе, там как себе хочет.       И снова... тихое дыхание временно прерывается упругими, размеренными шагами. Этой девушке не было куда спешить, руки в карманах, выдавали качающуюся походку. Томно прикрытые, янтарные глаза смотрели вперёд.       Когда у тебя есть ключ среди тысяч закрытых дверей, ты и становишься королём. Но... как же узнать правильную дверь? Если движешься в том направлении, в котором твой страх растёт, ты на правильном пути.       Правда, со временем, предательская дрожь в ногах угасает, привыкая к страху и последующей боли, словно зеницы к солнцу. И как же тогда понять правильную дорогу?       Часто, покорные судьбе, умирают рабами. Слепо идя по дороге, навязанной обществом. Можно ли сказать это и про Вики?       Переступая порог двери, она заходит в просторный зал. Долго ждать не приходится, владелец всего достояния подаёт звук:       — Ты так... бесполезна, — низкий, еле слышный голос отдал сильной вибрацией. Бархатное кресло стояло спиной к входу закрывая смуглый цвет лица и острые скулы хозяина. Но даже так было видно, как он нервно вертит кольцо на пальце. — Тебе не кажется дерзостью? Заставлять Меня ждать? — Как никогда гордая дьяволица, сейчас стоит на коленях, послушно склонив голову подле своего хозяина.       Она ненавидела эти моменты, ненавидела себя за то, что позволяет с собой так обращаться. Ей было приятнее ощущать боль сломанных костей, но не стоять на коленях.       — Прошу прощения. Вы можете сполна наказать свою безрассудную дочь, — стальной, немного хриплый голос дьяволицы разрезал тишину. Все слова она словно цедила сквозь зубы       — Можно вылечить безрассудность, но нельзя исправить кривой ум, — усмешка тёмных уст коснулась лица демона несколькими морщинами.

Короны творят странные вещи с головами, на которые одеты.

      — Вам наверняка уже пришли известия с Тартара*, — недовольство на морщинистом лице дьявола, выдали вздутые жилки на шее, которые так неудачно были передавлены массивным украшением. От этого безумного мужчины, так прямо исходила тёмная на вкус как горячее вино вразмашку с кофейными зёрнами энергия.       — Меня, как и вас, очень опечаливают пришедшие новости. Я дала приказ на сопровождение несколько воинов, с вашего позволения через двадцать минут мы отбываем.       — Моя милая дочурка, — он вальяжно встал, молниеносно оказавшись напротив дьяволицы, поток горячего воздуха от его тела обдул лицо дочери. Та в свою очередь никак не отреагировала, только глаза, лишившееся права сожмурится – прослезились, тут же испарившись. Она продолжала так же смотреть в пол, ожидая удара. Но демон не спешил, он медленно, словно опасаясь спугнуть, дотронулся рукой до горла, обвив шею тонкими, изящными пальцами, а затем сжал до хруста, оставив след на мускулистой шее девушки. Нотки хрипотцы в голосе, больше напомнили мурчание недовольный кошки. А потом снова ласково, словно наигравшись он проводит двумя пальцами вверх останавливаясь на подбородке, задирая вверх тяжёлую голову. — Лесть – агрессия на коленях Ви-ки, ты знала об этом? — левая бровь поползла вверх. Он был явно чем-то доволен и одновременно взбудоражен. — Ах да, совсем забыл! К нам должен прийти важный гость, его сын... — рука ползла вверх. — Останется на тебя, — напоследок щёлкнув рукой по носу, он снял доброжелательную маску, оставив напоследок только холод и безразличие. — Свободна.

Зависть не умеет таиться: она обвиняет и осуждает без доказательств, раздувает недостатки, возводит в преступление незначительную ошибку. Она с тупой яростью накидывается на самые неоспоримые достоинства. Зависть — яд для сердца. Ничто не может успокоить завистника.

***

      Идя по пустынным коридорам Вики ныряла в тёмную пучину своих грёз и печалей. При этом она наизусть знала: важно смотреть вперёд, только так, можно почувствовать как внутри разливается чёрное болото бездонной грязи, которое когда-то она сама и вскормила.       Извилистые коридоры были бесконечно усыпаны «золотыми жемчужинами». Бордовые бархатные стены имели золотые прожилки, создавая иллюзии огня или переливаясь от света настенных ламп. Бесчисленное количество картин и фресок возвышали историю ангелов и демонов, находясь в золотых рамах.       Живя здесь, может очень обманчиво вскружить голову, в таких владениях чувствуешь себя господином мира сего. Но так ли это? Чем же Вики отличается от простых служанок?

      Если бы они знали про её цену власти, отказались бы от своих порочных желаний?

      И вот вдали, виднеется свет. Красная дымка, характерная для этих мест легко проскальзывает внутрь замка, через огромную парадную дверь, выразительно обволакивая тело внушительного, стоящего рядом мужчины.       — Вот значит как ты выглядишь, Люци-фер! — его алые глаза очень гармонично смотрятся со всем происходящим. Пухлые губы Вики дрогнули в усмешке.       — Хочешь сказать, я на любителя?       — Скорее на очень редкостного гурмана.

Идя по тонкому лезвию бритвы, мы не всегда задумываемся о последствиях.

Я представляю эту грань, чем-то крайне тонким. Здесь важно чувство меры. Здесь виднеется линия в единстве и борьбе противоположностей, это та самая середина между двумя сторонами всякого явления, находясь на этой прямой, ты понимаешь узы важного явления – красоты.