Месть демона

«На следующий день» В огромной палате было довольно оживлённо. Канзаки прогоняла здоровых истребителей на тренировки, девочки-медсестры бегали туда-сюда, оставляя тем лекарства. Агацума пытался спрятаться от строгого взгляда девушки под одеялом, дрожа и молясь Ками, чтобы про него забыли. Камадо в свою очередь пытался уйти вместе с другими истребителями, но того постоянно останавливали, как и сейчас: — Танджиро-сан, почему вы не в постели?! — звонким голосом спросила Такада, схватив того за руку. — Вам нужно отдыхать! Ваша рана не позволит вам нормально работать и ещё эта температура... — продолжает перечислять девочка, ведя Камадо за руку к кровати. Танджиро подчинился, начиная продумывать план побега. Сейчас он не мог сидеть и ждать, ему нужно было наращивать свою мощь, чтобы не допустить чьей-либо смерти. — Ходжиро... — шёпотом заговорил Камадо, замечая высокую фигуру. В отдалённом углу перед ним стоял предок рода Ренгоку, который сразу исчез с его глаз. Лицо Танджиро скривилось. За этот день он видел своего друга пару раз, как только задумывался о защите близких и смерти столпа Пламени. Ренгоку был неким напоминанием о его убогости и слабости. — Вы что-то сказали, Танджиро-сан? — вновь заговорила девочка, смотря на Камадо снизу вверх. Танджиро опустил голову и посмотрел на Такада пустыми глазами. Девочка чуть не запищала от страха, почувствовав такой взгляд. Нахо опустила голову, дабы не смотреть в глаза Камадо и продолжила вести того к кровати. Танджиро и Нахо остановились у его постели. Как только девочка хотела уйти, Камадо погладил ту по голове. — Прости... Камадо сам не понимал, за что просит прощения. За причинённые неудобства или за испорченную жизнь ребёнка. В порыве чувств истребитель притянул Такада к себе в объятия, чему та удивилась и смутилась. Камадо сжал в своих руках небольшое тельце девочки, продолжая гладить ту по голове. — Прости... — вновь извинился он, пролив пару слезинок на пол. Нахо быстро оправилась от шока и заговорила с Камадо: — Танджиро-сан, не нужно извиняться! Ничего же плохого вы не совершили! — говорила девочка, тоже начиная лить слёзы. — «Ничего плохого... Конечно...» — думал Камадо, пытаясь успокоить ребёнка. — Не нужно плакать... Не нужно лить слёзы из-за меня... — говорил истребитель, продолжая гладить ребёнка по голове. — Я не достоин твоих слёз... Я не достоин, чтобы меня оплакивали... Пожалуйста...прекрати плакать... Прошу тебя... — продолжал Камадо, отстраняя девочку от себя, дабы посмотреть той в глаза. Такада тёрла глаза рукавами своего платья, из-за чего её глаза покраснели. Девочка успокоилась и лишь всхлипывала. Камадо улыбнулся этому спокойной и радостной улыбкой. Он погладил девочку по голове и вновь заговорил: — Побереги свои слёзы для кого-то другого... не смей проливать их из-за меня... — просил Камадо и гладил девочку по щеке. — Скоро твоя жизнь наладиться... Девочка лишь кивнула и ушла дальше работать. Её подруги видели весь разговор и хотели узнать, почему та расплакалась и о чём она и истребитель говорили. Нахо сразу начали расспрашивать. Камадо выдохнул с облегчением и присел на кровать. Сейчас Танджиро чуть не сорвался. Если бы ещё чуть-чуть и он бы начал слёзно умолять девочку простить его, за всё совершённое в прошлом. Его явно посчитали бы сумасшедшим. Резко, сквозь запахи лекарств и крови, Камадо почувствовал знакомый запах. Танджиро обернулся и заметил у входа истребителя в крови, которая явно принадлежала не ему. — Аой Канзаки, — сказал парень грубым голосом, жестом указывая следовать за ним. Девушка без вопросов последовала за ним. Танджиро же в это время пытался вспомнить, кому принадлежит знакомый ему запах. И как только он вспомнил, в его глазах сразу появился страх, и надежда. Камадо сорвался с места, из-за чего раненные подскочили с кроватей. Танджиро следовал за запахом, игнорируя ранение и всех, кто были у него на пути. Те, кого он задевал, кричали ему что-то недовольное, но тот не слышал. Спустя несколько секунд он остановился у двери, где запах был сильнее всего. Камадо с силой открыл сёдзи, из-за чего послышался громкий стук. В помещении был тот самый истребитель, позвавший Канзаки, и она сама. Также в помещении была и столп Насекомого. Все они обратили на него удивлённые взгляды. Камадо же игнорировал их, смотря со страхом на старое изуродованное тело. — Урокадаки-сан... Тело старика было просто ужасно. С помощью прозрачного мира Камадо видел состояние тела человека. Все кости старика были сломаны, а правая рука отсутствовала. Всё его лицо было в гематомах, а глазницы были пусты. Кто-то вырвал его глаза, из-за чего можно было увидеть глазные мышцы на щеках старика. Живот бывшего столпа был вспорот, и все кишки и органы были извлечены оттуда. Камадо сделал пару шагов вперёд и упал на колени перед телом старика. Он взял того за левую руку. Она была вся в глубоких порезах и гематомах. — Это его родственник? — спросил истребитель, посмотрев на Кочо. — Нет, ученик. После этих слов парень понимающие кивнул и с сочувствием поглядел на парня. Тот всё сидел у холодного тела, не отпуская руку старика. — Давно не виделись, старик... — заговорил Камадо, смотря тому в лицо. — Но почему же ты сейчас спишь?.. Обычно ты в такое время бродишь вокруг... в поисках демонов... Слова Танджиро были произнесённы «нормальным» голосом, как будто перед ним действительно живой человек. — Почему ты всё ещё спишь, старик?.. Проснись... я покажу тебе Незуко... Вы с ней давно не виделись... Проснись старик... Проснись... Проснись...— с каждым последующим словом, в голосе Камадо нарастал гнев. В комнате все услышали треск. И так измученное и изуродованное тело столпа вновь мучали. От злости Камадо начал усиливать хватку, из-за чего кости кисти трещали и ломались. Истребитель рядом, резко схватил Танджиро за руку и сильно сжал, дабы тот отпустил руку столпа. Камадо медленно повернул голову к парню, смотря на того безумным и яростным взглядом. — Тебе нужно успокоиться, — сказал истребитель, ни капельки не испугавшись такого тяжёлого взгляда. — Успокоиться?.. — спросил Камадо, продолжая смотреть в тёмные глаза истребителя. Этот зрительный контакт длился бы очень долго, если бы не вмешалась Кочо: — Танджиро... — привлекла она его внимание. — Сейчас возможно ты пытаешься всё отрицать... но... — Шинобу замолчала. Девушке было тяжело ощущать этот взгляд на себе. Пустой и одновременно с этим безумный взгляд рубиновых глаз. Кочо пыталась подобрать правильные слова, дабы помягче сообщить Камадо о смерти его учителя. Но её опередили: — Бывший столп воды, Сакоджи Урокадаки – мёртв, — спокойно сказал истребитель, продолжая держать руку парня. Камадо опустил голову, дрожащими глазами смотря на Сакоджи. Казалось, истребитель никак не мог поверить, что это так. — Мёртв?.. — пугающим голосом спросил Камадо, вновь вернув взгляд на мужчину. — Мёртв, — ответил истребитель без капли страха смотря ему в глаза. Взгляд Камадо стал пустым, но через несколько секунд в его глазах загорелась ярость. Он перевёл взгляд на столпа насекомого, мгновенно задавая вопрос: — Кто убил его?... — заговорил Камадо, со сталью в голосе. От такого тона Кочо растерялась и не смогла быстро ответить, из-за чего вновь ответил брюнет: — Как сообщил ворон столпа воды – это был демон с белыми волосами, и по силе он не уступает, если не превосходит, демону третьей высшей луны, которую вы встретили четыре дня назад. Камадо слушал внимательно, запоминая каждое слово. А мужчина все продолжал: — Также в жилище Сакоджи Урокадаки был проведён обыск... Помимо следов борьбы и пыток, было заметно, что демон что-то искал и пытался выпытать информацию у столпа, — после этих слов истребитель бросил взгляд на истерзанное тело старика. — Нам неизвестно, чего хотел демон. Думаю то, что ему было нужно он нашёл, — закончил парень, возвращая взгляд на парня. Шинобу тоже внимательно слушала, злясь на истребителя за его прямолинейность, но к своему удивлению заметила, что Камадо слушал внимательно, запоминая каждое слово. Ещё Кочо была очень напугана. Никогда прежде она не ощущала такой жажды крови. Если бы она не была столпом, девушка не смогла бы так быстро обуздать страх. — «Спасибо тебе, Атсуши-сан,» — благодарила Кочо истребителя за его смелость и прямолинейность. Шинобу перевела взгляд в сторону Канзаки. Девушка вспотела и дрожала от страха. Она явно была напугана больше всех, ощущая такие эмоции и чувства в небольшой комнате. Кочо услышала скрип пола, привлёкший её внимание. Оба истребителя встали на ноги. Камадо вновь глядел на окровавленное тело, пустым и безжизненным взглядом. — Ясно... Единственное слово, которое он произнёс, перед тем, как выйти из комнаты.

***

Камадо шёл ни на что не обращая внимания. Истребители впереди шарахались от него, чувствуя от того жажду убийства и злость. Сам не понимая для чего, Танджиро остановился перед дверью в тренировочную комнату. Он слышал за сёдзи стоны боли других истребителей. Камадо ощутил злость и презрение к этим людям. Они стали истребителями, чтобы отомстить за своих родных, чтобы не допустить смертей обычных людей. Но что они делают сейчас? — Чёртов мусор... Танджиро открыл дверь и сразу увидел, как девочки-медсестры мучали истребителей на растяжке. От выражения их лиц Камадо начинал злиться. Он и сам не любил это упражнение, но истребитель понимал, если бы не оно, то он бы восстанавливался дольше. Что уж говорить, Цугикуни смог пережить тренировки своего младшего брата, который был ещё суровей Урокадаки. — «Они умрут... Умрут жалкими слабаками, не сдержав свои обещания отомстить...» — такие мысли промелькнули у него в голове, смотря на такое жалкое зрелище. Камадо вошёл внутрь и направился к выходу на веранду. Танджиро остановился и вздохнул полной грудью, смотря вперёд на плывущие облака. Бывшего демона вновь переполнял гнев, и в этот раз не из-за слабости нового поколения. Камадо вспомнил слова Аказы, третьей высшей луны:«Всем высшим лунам приказали убить тебя...» — «Значит они уже приступили к этой задаче... Чёртовы ублюдки! Если они так быстро узнали про Урокадаки, то как быстро они узнают о других дорогих мне людях?! Если уже не знают! — спрашивал себя Камадо, с силой сжимая кулаки. — Из-за меня... Это все из-за меня... Если бы я только не появился на свет... — воспоминания вновь накрыли его, заставляя злиться уже на себя. — Нет! Пока все, кто мне ещё дорог живы! Мне удастся их защитить!.. Но как?... Я не всегда могу быть рядом со всеми... если только с Незуко... А если... мне остаться одному... Отдалиться от всех, заставить их ненавидеть меня... чтобы даже не думали ко мне приближаться... Да... Если о них не знают, это позволит мне действовать свободно...— Камадо был рад в какой-то степени, но тут же его охватили сомнения: — А что, если они уже всё знают?.. Вдруг у них есть некий демон с магией крови, позволяющий находить нужных людей... Хотя нет... Тогда бы они не искали информацию обо мне... Но лучше всё равно держаться от других подальше... Мало ли есть демон с подобными способностями...» — раздумывал Камадо. Танджиро услышал радостный смех. Он повернул голову в сторону звука, где стояла высокая фигура, разрывающая свой живот от смеха. Камадо с ненавистью смотрел на шестиглазое существо, продолжавшая смеяться. Когда же смех прекратился, демон сразу исчез, не произнося ни слова. Не успел Камадо повернуть голову к небу, как кто-то одёрнул его за край рубашки. Танджиро учуял запах Такада, стоявшая за его спиной. — Танджиро-сан, почему вы вышли из палаты?! Вам нельзя так много двигаться! — говорила она, взяв его за руку. Девочка развернулась и повела истребителя, дабы отвести Камадо в палату, но не смогла сдвинуть его с места. Она обернулась, чтобы узнать, что произошло. Такада застыла в ужасе, смотря в пустые глаза Камадо. Он смотрел на неё с лицом, не выражавшим никаких эмоций. — Убирайся... — тихо, но слышно сказал истребитель. Камадо видел, что его ответ поверг девочку в шок. Если бы он не узнал об опасности, угрожающая ей, то он бы улыбнулся ей и погладил по голове, тихо извиняясь. Но сейчас всё по другому... — Ч-что?.. — Я сказал, убирайся... — резко оборвал он её. — Иди и играй в влажных фантазиях истребителей... Или убложи их...— грубые слова Камадо заставили девочку плакать. Цугикуни сдержал свой порывы извиниться, сдержал все свой эмоций, оставив их при себе. Сейчас ему это не нужно, раз он уже начал. — Ведь только для этого... и созданы все женщины... — эти слова заставили девочку плакать ещё сильнее. Чтобы не показывать истерику, Такада убежала от Камадо через тренировочный зал. Убегая к себе в комнату, она чувствовала обиду на истребителя. Ещё никогда ей не приходилось слышать таких слов. Ещё никогда она не злилась и не обижалась на кого-либо. И почему-то она была уверена: если бы она осталась, Камадо наговорил бы ей ещё что-нибудь...