Месть демона

Камадо внимательно осматривал кучу истребителей, лежащих на земле после его тренировок. Ушибы по всему телу, сломанные пальцы, у кого-то даже небольшая царапина после удара от деревянного меча. Картина жалкая, но столп был доволен ими. Каждая пара достойно показала себя в поединке против него. Осталось только помучать их пару дней, чтобы смогли нанести ему хотя бы один серьёзный удар. — Камбодже Ттмин! — дикарь встал на ноги, указывая на него пальцем. — В следующий раз я выйду победителем! — и сразу рухнул на землю. Не стоило ему бить своим лбом о его. — Теперь можете отдохнуть, —Танджиро отвернулся от толпы истребителей. — Только соберите клинки и верните их на место. Истребители встали, пытаясь привести в чувства друзей и собирая клинки. Их мышцы и кости трещали от боли, руки и ноги тряслись, из-за чего было сложно подобрать даже деревянные клинки. Однако все были более чем довольны. Столп Луны мучил их всего шесть часов, в то время как столпы Воды и Тумана буквально выжимали из них все соки. Многие остались с ними на тренировках, так как не смогли справиться за неделю. — Эх... Спасибо ему, лучший столп, — говорил один парень, получивший больше всех сегодня. — Другие бы тренировали нас с утра до ночи, а он только до вечера. Истребители молча согласились, помогая друг другу справиться с ушибами. Тем, кому сломали пальцы, пришлось уйти в дом Бабочки за лечением. Также парни и девушки готовили себе ужин. Развели костёр, поставили огромную тару с водой и ждали, когда можно будет насыпать туда риса. — А куда он пошёл? — истребители обратили внимание на парня. — По нему и не скажешь, но Камадо куда-то спешил. — Возможно пошёл к той демонице, — вспомнил другой, накинув на плечи форму. — Тамеё, вроде бы. Как только она появилась в Корпусе, Камадо сразу же начал ходить к ней по вечерам. Кто знает, что они там делают... — парень сел на поваленное дерево. — Ты намекаешь на их любовную связь? — истребитель получил кивок в ответ. — Да не может быть. Столп и демоница? Такое даже представить сложно. — А вдруг это правда, — мечтательно протянула девушка, из-за чего на неё обратили косые взгляды. — Это же так романтично... Человек и демон, тем более столп. Все истребители молча смотрели на девушку, вызывая у неё небольшой румянец. Глаза многих были пустыми от таких слов. Они не могли поверить, что истребитель, тем более столп, мог полюбить демона, пусть и очень добрую по словам тех, кого она вылечила. До всего этого она убивала и ела людей и о любви могла и не мечтать. — Дура ты, Кира, — подруга, сидящая рядом, дала ей слабый подзатыльник. Истребительница потёрла больное место и свободно вздохнула, как только другие занялись своими делами. Ей бы очень хотелось увидеть такую пару – столп и демоница. Это же какие испытания нужно пройти, чтобы так сильно полюбить друг друга, не смотря на то, кем они являются?

***

Солнце уже село за горизонт. Истребители в группах столпов Воды и Тумана продолжали свои тренировки, в то время как у столпа Луны уже все поужинали. Каждый мечник из этой группы занимался своим делом: кто-то тренировался самостоятельно, кто-то свалился от усталости после тяжёлого дня, кто-то мыл посуду, готовясь к завтрашнему дню. Камадо шёл по коридору поместья Бабочки, пытаясь не шуметь и не привлекать внимание. Голова его гудела от боли. В последние дни он мало ел и спал. К еде появилось некое отвращение, да и насытить его она не могла. Сон всё ещё требовался столпу, но там его мучали кошмары, уже наверняка перешедшие черту девятьсот из тысячи. Мертвецы, только уже живые и счастливые. Он наблюдал за ними из леса, а когда наступала ночь сразу шёл на охоту. Убивал и ел своих жертв, разрывая их на куски. А всего пару дней назад, когда Танджиро свалила усталость, ему приснилась беременная женщина. Он чётко помнил, как видел в её животе жизнь. Чётко помнил, как мучил женщину, заставляя её смотреть, как он разрывал ей живот, забирая оттуда зародыша. Чётко слышал её безумные крики и мольбы прекратить. — «Девятьсот девяносто семь... — Камадо нашёл комнату Тамаё. — Совсем скоро будет три девятки»... Камадо вздохнул и выдохнул, пытаясь удержать себя на ногах. Истребитель принюхался, не чувствуя никого, кроме демонессы. Танджиро постучался, сразу же услышав короткое «Войдите». — Камадо? — удивилась женщина, поднимая глаза от колб с жидкостями. — Как твоё самочувствие? Столп выглядил неважно и чтобы понять это не нужно быть врачом. Тёмные круги под левым глазом, истощённый вид от долгого голодания, заметны небольшие ожоги на руках и лице от солнца. — Сядь на кушетку, — столп сразу же выполнил её просьбу, рухнув на мебель рядом с демонессой. — Как долго ты не ешь и не спишь? — спросила она, намазывая мазь на лицо истребителя. — Три недели... С тех пор, как убил Четвёртую луну... — кратко ответил он, выдыхая от удовольствия. Мазь и руки женщины были холодными. — Что с Незуко?.. Что ты можешь сделать с ребёнком? Тамаё нахмурилась, снова с не очень хорошими мыслями вспоминая их недавний разговор. В первый раз она даже почувствовала неприязнь и ненависть к Камадо после этих слов. Однако сейчас относится к этому немного терпимей, ведь понять сложно, но вполне возможно. Он другой человек в чужом теле, с самого начала была вероятность этой связи. — Я не проверяла её, — столп поднял непонимающий взгляд на женщину. — Не было в этом смысла. Ребёнок – уже часть её организма. Если даже убить зародыш, он восстановится. Глаза Танджиро сразу потухли, погружаясь в отчаяние. Камадо – чёртов ублюдок. Как он мог сломать жизнь своей сестре? Почему, чёрт возьми, его сердце и сознание так зависимо от любви? — Что же касается твоих клеток... — Тамаё отошла от столпа. — Их уже невозможно вывести. Как бы я ни старалась, ни что не могло их уничтожить. Ни солнце, ни глициния, ни пробная версия лекарства от демонизма. Они продолжают распространяться даже отдельно от тебя, — демонесса вернулась к колбам, стоя спиной к Камадо. — С голодом и сном я помогу. Долго они молчали. Тамаё была занята, записывая что-то в блокнот, заметив что-то новое в реакциях смешивания лекарств из колб. Камадо сидел рядом, пустым взглядом разглядывая деревянный пол. «Хочешь искупить грех перед самим собой? — спрашивал голос в его голове. — Так возьми себе эту женщину. Полюби её и искупи грех». Камадо нашёл взглядом Первую луну, медленным шагом приближающийся к демонессе. Рука легла на талию, другая повернула её лицо к его лицу. Кокушибо поцеловал женщину, грубо покусывая губу. На плечи Камадо легли дрожащие руки, пытающийся оттолкнуть его. Зрачки столпа расширились от удивления, когда понял, что именно он сейчас целует демонессу. Та же пыталась оттолкнуть его. Тамаё была напугана. Она всеми силами пыталась отпихнуть от себя истребителя, но попытки были тщетны. Даже в таком ослабленном состоянии он держал её талию крепко. — «Отпусти меня, Танджиро! — руки её упирались в крепкие плечи истребителя. — Прошу»... Но истребитель продолжал, не обращая внимание на сопротивление женщины. Правая рука поползла вверх, поглаживая хрупкую спину демонессы. Он делал всё нежно, пытаясь принести ей удовольствие от своих прикосновений. Камадо не думал о последствиях – в его тело словно кто-то вселился и управлял им. Да даже если и так, то он не против. Мысли о искуплении захватили его разум. Он должен полюбить её. Она должна полюбить его. — «Хотя бы избавиться от этого... Любви... — Камадо аккуратно развязал пояс на кимоно женщины. — Любовь любит внезапность... Ложь... Любовь – тварь, неспособная любить,— руки демонессы поползли по его телу, пытаясь найти пуговицы. — Только заставлять страдать... Нужно уметь ей управлять, — столп вздрогнул от холодных прикосновений на своих плечах. Руки. Кажется он нашёл, за что её уже можно начать любить. Прикосновения таких холодных рук он готов любить до конца своей жизни. — Жаль, что я плохо справляюсь». Тамаё сама и не заметила, как отдалась такой страсти и нежности со стороны Камадо. Если сначала его движения были грубыми и резкими, то сейчас очень нежными и плавными. Женщина сама и не заметила, как с плечь спустила верхнюю часть кимоно, открывая вид на белый космаки. Не заметила, как растегнула верхние пуговицы формы, оглаживая рельеф мышц и шрамов на спине и животе. Безумная страсть, захватившая разум обоих. Поцелуй, наконец, прервался. Их губы соединяла нить слюны. Глаза у обоих горели от возбуждения и голода друг к другу. Оба любовались друг другом, замечая новые детали в себе. — Тебе идут растрёпанные волосы, — шёпотом говорил Камадо, приблизившись к её уху. — Тебе, как ни странно, очень идут шрамы, — Тамаё погладила левую скулу столпа, прижимаясь ближе к нему. Камадо поцеловал шею женщины. Руки его вернулись на её талию, поглаживая бока и спину. Тамаё томно выдохнула, почувствовав горячие губы на своей коже. Когти на её пальцах царапали ему спину. Танджиро поднял женщину под бёдра, нежно целуя в губы. Рядом была небольшая комната с кроватью, где пока что невлюблённые могли остаться и узнать друг друга лучше. — Как занимательно, — Кокушибо с улыбкой наблюдал за парой. — Настолько отчаиться, чтобы пытаться любить другую женщину... — демон отвернулся и тихо прикрыл за ними дверь. — Мичикацу Цугикуни... Человек очень жадный до любви. Интересно, когда обратишься, твоя любовь останется? Очень даже возможно, что станет сильнее. Кокушибо исчез из лаборатории демонессы с улыбкой, ведь услышал звуки искупления.

***

По коридору шли очень тихо и незаметно. Пол даже не скрипнул, пока столп не дошёл до лестницы. Ямамото поморщился от противного шумного звука в тишине ночи, сразу же бросив взгляд на девушку в своих руках. Веки Кочо дрогнули и её глаза открылись. — Атсуши, — устало и сонно протянула она, узнав друга. — Куда ты меня несёшь? Столп начал подниматься по лестнице, пытаясь переступить две ступени сразу, дабы не разбудить немногих раненых здесь. — В твою комнату, — Ямамото облегчённо выдохнул, как только ступеньки закончились. — Тамаё-сан попросила, когда я пришёл к ней за лекарствами на завтра. — Атсуши аккуратно открыл дверь в комнату Кочо. — Не нужно так перегружать себя. Шинобу тихо посмеялась с друга. Тот знал её лучше всех и понимал, что она не выполнит его просьбу о отдыхе. Только если Ямамото останется рядом и будет следить за ней, как за маленьким ребёнком. — Ты останешься со мной? — спросила она, как только парень положил её в постель. — Да, — столп поставил костыли рядом с кроватью. Девушка улыбнулась этому и закрыла глаза, даже не пытаясь раздеться или хотя бы залезть под одеяло. Парень вздохнул и направился к шкафу с вещами, где очень быстро нашёл кимоно для сна. — Атсуши, раздень меня, — в полудрёме попросила девушка, попытавшись сесть на кровать. Ямамото сел на стул рядом, растёгивая пуговицы на форме Кочо. Снял пиджак и бинты, служившие прикрытием для груди. Её обувь с левой ноги оставил рядом с кроватью. Штаны оставил у стельки, рядом с пиджаком и бинтами. Теперь девушка была голая, что заставило её выйти из полудрёмы из-за холода. — Атсуши, — столп в это время пытался найти пояс кимоно в его карманах, — я красивая? — спросила она, смотря в глаза истребителю. — Зачем о таком спрашивать? — спросил Ямамото, подав кимоно девушке. — Да. Кочо улыбнулась его ответу. Почему-то только от него ей нравилось слушать такие немногословные комплименты. Шинобу одела кимоно, но пояс пока не завязала, быстро вскакивая на одну ногу. Ямамото среагировал быстро и поймал её, чувствуя маленькие ладошки на своих плечах и горячее дыхание на лице рядом с губами. — Атсуши, — она приблизилась ещё ближе, обнимая его за шею. Правое колено было между ног столпа. — Я красивая? Кочо хотела ещё раз услышать ответ «Да». Снова ей хотелось почувствовать то тепло после его слов. — Да, — лицо Ямамото не вздрогнуло, однако сердце стучало очень быстро. Третий раз в жизни, когда его смогли смутить. — Мне ещё раз повторить? — столп вернул девушку на кровать, но та не отпустила его. — Ты бы женился на мне? — неожиданно спросила она, заставив, наконец, вздрогнуть парня. Сердца обоих забились быстрее, отдавая шумом в ушах. Оба смотрели в глаза друг друга, пытаясь найти ответы в них. — Не знаю, — Ямамото помог девушке лечь под одеяло. — Тебе лучше присмотреться к Томиоке или Шинадзугаве. — Не уходи от ответа, — она не отпускала его шею, заставляя стоять в неудобном положении. — Я спрашиваю тебя, — Шинобу притянула парня ближе, говоря этим жестом лечь рядом. Ямамото послушался и лёг рядом, отдавая всё одеяло девушке и сняв сандалии с ног. Кочо сразу стало теплее возле парня, однако всё равно была недовольна. Столп не рискнул обнять и прижать её ближе, чтобы отдать всё своё тепло. Девушка взяла левую руку парня, положив её себе на талию. Атсуши сразу понял намёк, прижимая девушку к себе. Теперь Шинобу была почти довольна. — Ты дашь мне ответ? — Кочо закрыла глаза, получая удовольствие от тёплого тела истребителя. — Или я тебе не нравлюсь? — Нравишься, — глаза девушки сразу же открылись, обращая всё внимание на парня. — Ты моя любимая подруга... Ты поддерживала меня, а я тебя. Кочо хотела услышать другое, а Ямамото боялся ответить так, как хотела она. Он не хотел обрекать её на несчастные отношения с ним. — Ты всё ещё любишь Канэа?.. — Не знаю...

***

В комнате было темно и тихо. Шторы мешали пройти лунному свету. Любой человек оказавшийся здесь не смог бы найти выход. Только три огонька: Алый и Лавандовые. Тамаё лежала на груди истребителя, обнимая его за торс. Камадо играл с её волосами. — «Влюбись. Влюбись. Влюбись, — столп опустил взгляд на женщину. — Полюби. Полюби. Полюби»... Эти слова повторялись в его голове словно мантра. Цугикуни пытался заставить своё сердце полюбить другую, что сейчас активно получалось. Непонятно почему. Единственное, что приходит на ум – Камадо обезумел от всего происходящего. В подтверждение этой теории были мертвецы, стоящие рядом с ними. Танджиро видел их, слышал их и чуял их запахи. Гниль, гной, кровь, злость и ненависть. — Смысл пытаться искупить свой грех? — спросила мёртвая беременная женщина с ребёнком на руках. — Думаешь, это сделает твою сестру счастливее? — продолжил мужчина без рук. — Она огорчится... — закончил ребёнок без глаз и сердца. Камадо слушал всё это, крепче обнимая демонессу рядом с собой. Обезумевшее сердце нашло новую женщину, и в этот раз по его воле, а не бесчуственной твари по имени Любовь. «Полюби. Полюби. Полюби меня, прошу»... Камадо повернулся на бок, прижимая демонессу ближе к себе. Мертвецы снова шептали ему о невозможности и бесполезности искупления. Как бы он не старался, как бы сильно не любил другую – это ничего не изменило бы. Сестра уже имеет ребёнка от их связи. Незуко через девять месяцев родит ему сына или дочь, а его уже не будет рядом. Он умрёт или останется жить в теле демона, уничтожающего всё вокруг. Тамаё обняла истребителя крепче, поглаживая его спину, рисуя непонятные узоры. Такая бурная и нежная связь быстро овладела ей. Буквально заразилась этим от Цугикуни. Вроде бы и страсть закончилась, но уходить всё равно не хочется. Женщина ощущала всю любовь Камадо – слышала его быстро бьющееся сердце. Для демонессы это было удивительным. Как так быстро смогла развиваться привязанность? — «Но я могу не сомневаться в ней, — Тамаё закрыла глаза, начиная слышать тихие слова Камадо. — Я дам тебе и себе время, Танджиро». Слова столпа с каждым разом становились громче и чётче. Тамаё, наконец, услышала его: — Полюби. Полюби. Полюби меня, прошу, — Камадо, казалось, не понимал, что говорил это вслух. — Полюби... Помоги мне искупиться... Тамаё сразу поняла, что это он говорил ей. Голос истребителя был безумным и дёрганным. Демонесса поднялась выше, заглядывая в пустые глаза столпа. — Полюби. Полюби. Полю... — Тамаё заткнула Цугикуни поцелуем. Таким образом она говорила ему, что готова помочь. «Полюби меня, прошу... Я ведь уже люблю тебя больше жизни»...