Другая История.

      Подъехав к кораблю, они трансформировались, но когда наёмник стал подниматься по трапу, то заметил, что Проул остановился и как-то неуверенно осматривается. — Проул, всё хорошо? — спросил обеспокоенно Локдаун. — Да. Просто… я не уверен, что Минека захочет меня видеть. Учитывая тот факт, что я пропал из вашей жизни на столь длительный срок, — ответил Проул и опустил шлем.       Наёмник не мог считывать эмоции бондмейта, но даже без этого он мог понять, что Проул просто боится возвращаться. Не потому что решил порвать отношения с ними, а потому что боится, что его заменили или он стал незначим для них. Вздохнув, Локдаун подошёл к ниндзя и обнял его, лаская крылышки. — Проул, не волнуйся, она скучает по тебе. Да, она уже не спарк, каким ты её помнишь, но всё же. И вообще, пока ты не поговоришь с ней — не узнаешь, — сказал Локдаун, стараясь успокоить партнёра. — Спасибо, Локдаун, — прошептал ниндзя, урча подобно коту.       Взойдя на корабль, Проул стал осматриваться: всё осталось по-старому, кроме новых модов. Это не удивило его, учитывая, что наёмник часто берётся за заказы. Дойдя до кухни, Локдаун усадил ниндзя за стол и дал куб энергона. Сделав глоток топлива, Проул расслабился. По всем системам разлилось тепло, а когда наёмник заключил его в кольцо сильных манипуляторов, ниндзя окончательно сдался. Сейчас он в полной мере ощутил, как сильно устал. Стоило ниндзя сдаться, Локдаун сел рядом с ним, позволяя положить на плечо шлем. Только Проул хотел что-то спросить, как в кухню буквально влетела фем. Она хотела подбежать к наёмнику, но, заметив незнакомого меха, остановилась. Ниндзя тоже замер. Стоило ему получше разглядеть фем, его искра пропустила удар. Та, что сегодня довела его до медблока и сдала Ретчету на манипуляторы. ЕГО ИСКОРКА! — Локдаун, кто это? — спросила Минека и посмотрела на создателя. — Минека, это твой дани, — ответил Локдаун и подошёл к дочери. — Но ты сам говорил, что дани погиб.       Она скучала по Проулу очень, но в глубине искры злилась за то, что он бросил их, просто так, без причины. И всё же Минека хотела вновь увидеть дани, услышать его голос и почувствовать себя в безопасности. Нет, с Локдауном она тоже в безопасности, но это совсем другое. Вот теперь, когда Проул вернулся, она не знает, что ей делать. С одной стороны, хочется прижаться, а с другой, обида не даёт ей этого сделать.       Видя замешательство дочери, Проул встал и подошёл к ней, обнимая. Ему сейчас было всё равно, прогонит она его или нет — Проул просто соскучился по семье. — Минека, искорка моя. Прости, что так долго отсутствовал, — прошептал ниндзя, поглаживая единственную бету по шлему, спине и крылышкам. — Дани. Я соскучилась, — призналась она, вжимаясь в корпус ниндзя, и из оптики потёк омыватель.       Опустившись вместе с ней на колени, Проул осторожно убрал капли влаги с её фейса. Минека кинулась ниндзя в объятия, чуть не уронив его. Взяв дочку на манипуляторы, Проул сел на стул. — Дани, но зачем ты пожертвовал своей искрой? Это ведь мог сделать кто-нибудь другой, — поинтересовалась Минека и посмотрела в визор ниндзя.       Улыбнувшись, Проул осторожно снял голубую полоску, которая скрывала настоящий цвет окуляров его маленькой искорки. — Ради вас никто бы не отдал свою искру. В тот момент я думал о вашей безопасности. Я только хотел, чтобы десептиконы не причинили вред вам, — ответил Проул и поцеловал дочку в лоб.       Минека ещё хотела что-то спросить, но только устало зевнула и положила шлем на плечо дани. Локдаун с улыбкой наблюдал за этим. И всё же зря Проул опасался того, что Минека не захочет его видеть. Но озвучивать он это не стал — зачем портить такой момент? Когда она уснула, ниндзя осторожно взял её на манипуляторы и отнёс к ней в отсек. Уложив на платформу, он укрыл её пледом, но сразу уходить не хотелось, поэтому он сел на край платформы, осторожно поглаживая по спине, лишь иногда задевая крылышки. Перед уходом Проул поцеловал её в шлем.       Наконец-то он дома. Но самое главное, все рады видеть его. Теперь всё будет хорошо.