Когда Ты Рядом

Гарри не шёл, а летел в башню старост. Казалось, что в замке так жарко в декабре, будто кто-то включил сразу все камины мира. Зелёные глаза пылали гневом, и ничего хорошего это не предвещало. Ворвавшись в гостиную старост, увидел Малфоя, писавшего эссе по ЗоТИ. – Это ты! – Драко молчал. – Ты дал Кэти проклятое ожерелье! Его ты купил в Лютном переулке и пронёс в школу! – Драко продолжал молча писать. – Малфой, чёрт подери! – Что ты хочешь от меня услышать, Гарри? – тяжело вздохнув, спросил слизеринец. – Я не оставлю попыток убить Дамблдора так, чтобы не расколоть свою душу, – Драко поднялся и встал напротив гриффиндорца. – Кэти не должна была пострадать. Если тебе станет легче, ожерелье ей дал не я, но по моему приказу. Кто же виноват, что гриффиндорцы столь любопытны? – То есть ты себя виноватым не считаешь? – Считаю, что нужно было указать: не отдавать гриффиндорцам посылку, но ничего. У меня есть план «Б». – Там тоже кто-то будет проклят? – Нет. Ты знаешь, Гарри, в каком я положении. Кэти – ошибка, вот и всё. – А если бы она умерла? – Но она жива. Через пару месяцев её поставят на ноги. – Как же ты так спокойно можешь говорить? – зверел от гнева Гарри. – Ради матери и брата я и не такое сделаю, Поттер. Разговор окончен. Я не намерен продолжать ссору. Ты знаешь мою задачу. Через три дня мы едем домой, а Дамблдор всё ещё жив. Думаешь, меня встретят с распростёртыми объятиями? Круциатус меня встретит от Тёмного Лорда! – Гарри стушевался. – Я понимаю, что вышло плохо, но я этого не хотел. Мне нужен только Дамблдор, и я не Салазар Слизерин, который вырастил Василиска ради истребления грязнокровок. – Не говори такие слова, – шёпотом попросил Гарри. – Я не подумал с такой стороны. – Кэти твой друг, охотник вашей команды по квиддичу, она милая и добрая девушка, и я не хотел причинить ей зла! Извини, Гарри, но я хочу доделать домашние задания, ведь в мэноре мне будет некогда их выполнять. Если буду приходить в сознание – уже хорошо. – Снейп тебе поможет. – Он говорил со мной вчера. Сказал, что Тёмный Лорд не желает его видеть, пока я буду в мэноре. Он даст мне зелья, чтобы я ноги не откинул, но мне будет нелегко. – Драко… – Гарри взял того за холодные руки. – Я вытерплю ради мамы и Эомера. – Давай я пришлю тебе письмо на Рождество, приглашу на площадь Гриммо? – Но ты собирался в Нору, – напомнил Драко. – Я не вынесу, если тебя будут пытать. – Либо я, либо мама. Уж лучше я, Гарри. – Но хоть на сутки тебя отпустят? После Рождества? Перед школой, – Гарри был напуган. – Напиши мне. Может, перед самой школой меня и отпустят. Гарри обнял любимого блондина и почувствовал дрожь в его теле. Драко было страшно и за себя, и за семью. Поттер поверил, что Малфой не желал причинить вред Кэти. – Пойдём на ужин? – Да, – прошептал Драко. Ребята шли, держась за руки. Гарри, увидев Полумну, подошёл к девушке, а когда сел за стол, Гермиона вопросительно посмотрела на друга. – Я пригласил Полумну на завтрашний вечер Слизней. – Я думала, ты меня пригласишь, – Гермиона скрутила губы трубочкой. – Я думал, ты пойдёшь с Кормаком. – Я вообще, по-твоему, чокнулась? Драко, – девушка обернулась к поникшему блондину, – мне нужна пара на завтрашний вечер. – С удовольствием, – слизеринец улыбнулся, а сам подумал о той бутылке выпивки, которую Слизнорт купил для Дамблдора, ведь слышал это лично, и эта случайность его порадовала. Драко подумал о том яде, который недавно ему прислала Беллатриса. Теперь у него появился шанс незаметно отравить выпивку. Гермиона удивлённо посмотрела на Рона, который прожигал в ней дыру, а Лаванда прижималась к его плечу. – Что? Ты же не думал, что я приглашу тебя? – фыркнула девушка. – Почему не Невилла, к примеру? – спросил Дин. – Его Джинни утром пригласила. Дин в ужасе посмотрел на Джинни, которая ухмыльнулась парню, а затем улыбнулась Невиллу. – Гермиона, мы можем поговорить? – тихо спросила Джинни. – Конечно. У меня? – Да. Когда Джинни и Гермиона вошли в гостиную, то Драко писал эссе, а голова Гарри покоилась на коленях блондина. Он снова изучал учебник Принца. – Давай я расскажу полную историю у тебя? – Нет. Гарри, Джинни нравится Невилл! Джинни покраснела, а парень живо поднялся. – Это же хорошо. Он по тебе слюни с сентября пускает, даже подарок тебе заказал. Таких слов от Гарри Уизлета не думала услышать и шокированно села возле друга. Драко хмыкнул, сходил в комнату, а вышел с бокалом красного вина и подал Джинни. – Спасибо, – она сделала глоток. – Значит, мне можно не бояться быть отвергнутой? – Да, – произнесла Гермиона. – А как ты поняла, что он тот самый? – Мы много времени проводим вместе, ведь оба старосты. Он помогает мне с травологией, а я ему с ЗоТИ. И пару недель назад я зашла к нему поговорить о первокурсниках, которые подрались в гостиной, а он отжимался от пола без верхней одежды. Там такой пресс! Все четверо засмеялись, а Джинни виновато посмотрела на Гарри. – Быстро я тебя разлюбила. – Это не была любовь, Джинни, – увлечение. Вот Снейпу на осознание своей проблемы двадцать лет понадобилось, – заявил Драко. – Так что успокойся. – Подарок он вручит тебе завтра перед вечером у Слизнорта, – заявил Гарри. – Я уже видел подарок – шикарная. – Она? – удивилась Джинни, и Гарри кивнул. – Больше не скажу и слова. – Ребят, я ему не готовила подарок! Я такая эгоистка! Что я могу сделать за сутки? – Подари ему какое-нибудь редкое растение, – предложил Драко. – У меня дома их полно. Если сейчас Гарри пошлёт маме Патронус, то эльф принесёт завтра в Хогсмид цветок. А то я живу далеко – сова за сутки не долетит. – Ты не шутишь, Малфой? – Уизли, чего ты во мне постоянно только плохое ищешь? Обидно! Джинни улыбнулась, а Гарри наколдовал Патронус-олень, который уже был готов отправить послание леди Малфой. Драко попросил у матери очень редкое растение, которого у них дома было больше двадцати горшков и которое стоило, как яйцо дракона. Гарри не спалось. На его груди мирно посапывал Малфой, но Гарри уснуть не мог. Когда он представлял, что Волдеморт устроит Драко в мэноре, ему становилось страшно. И не поехать Малфой тоже не мог, ведь тогда под горячую руку попадёт Нарцисса, или того хуже – Эомер, которому и года ещё нет. – Поттер, ты слишком громко думаешь. – Извини, не выходят из головы твои слова. Может, можно Тёмного Лорда как-то переубедить не пытать тебя? – Не думай об этом. У нас ещё есть завтра. – Да, но послезавтра утром мы разъедемся на три недели! И увидимся только двенадцатого числа в поезде. Драко, ты не заслужил пыток. – Ему всё равно. Гарри, прошу, давай не думать о нём. Мне достаточно того, что сплю на груди любимого парня. – Драко! – Пэнси резко ворвалась в комнату, Гермиона тоже выбежала и столкнулась с Невиллом. – Что случилось? – удивилась Гермиона. – Ваш Уизли подрался с Гойлом. Крэбба этот рыжий полоумок вообще вырубил чем-то! – Твою бабушку! – шипел Гарри. – Снейп и МакГонагалл в курсе? – Нет, конечно! Я наложила заглушающее, с нами сегодня дежурит профессор Слизнорт, он не любит подземелий, но всё равно это катастрофа. – Снейп мог услышать! – заявил Драко. – Его кабинет наверху теперь, – заявил Невилл. – Это для отвода глаз, – шипел Малфой, набрасывая на себя белую футболку. – Пиздец им всем. Все шестеро побежали в подземелье, а когда ворвались в один из классов, то увидели, как Снейп исцеляет Крэбба, а Гойл сидит в углу весь побледневший, как и Рон. – Сектумсемпра, – прошептал Рон. – Я Гойла хотел вырубить ею, а она попала в Крэбба. – Это не оправдание, Рон! – закричал Гарри. – Я запретил использовать это заклинание, когда ты увидел его. – Рона исключат? – шёпотом спросил Невилл у Снейпа. – Вулнера Санентур, – проговорил последний раз Снейп и ненавистно посмотрел на Уизли. – Нет! Это заклинание не должно выплыть наружу! Но за драку с двумя слизеринцами, которых Вы, мистер Уизли, почти убили, я снимаю сто баллов, назначаю на весь январь и февраль отработку у профессора Хагрида и снимаю Вас с состава команды по квиддичу. – Нет! – закричали Гарри, Рон, Невилл и Гермиона. – Только не квиддич, – молил рыжий. – Какого лешего ты вообще полез с ними в драку? – не понимала Паркинсон. – Как ты оказался в подземелье? – Не ваше дело! – Мистер Уизли, почему Вы вступили в схватку с моими студентами, которые чуть на тот свет не отравились по Вашей вине! – тембр Снейпа заставил всех сглотнуть, ведь ничего хорошего это не предвещало. – Не скажу. – Если скажете правду, верну в команду, – торговался Снейп. – Хотя… я всё-таки могу и в голову залезть. Ну? – Я видел, как Гермиона спускается иногда вечерами сюда. Слышал, как она говорила Гарри, что сегодня тоже собирается. Хотел вычислить, с кем она изменяет моему брату. – Я не сплю с этими двумя, придурок! И по какому праву ты следишь за мной? – Мы и грязнокровка? – Гойла передёрнуло. – Дебил! – шипел Крэбб, всё ещё лёжа на полу. – Профессор Снейп, молю, не выгоняйте Рона из команды, – просил Гарри. – Не нужен нам Кормак! – А что плохого в Маклаггене? – Да он придурок! – вскипел Гарри. – Поттер, у Вас на Гриффиндоре не придурков можно на пальцах пересчитать. Я всё сказал. – Профессор, мне одного маньяка хватает! – вспылила Гермиона, и Драко с Гарри ухмыльнулись, а Снейп вопросительно поднял бровь. – Кормак пытается соблазнить меня при любом удобном случае с сентября. Нет, с августа! И наличие у меня парня его не останавливает. А я прячусь от него на тренировках ребят. Пожалейте, – моля просила девушка, и Снейп услышал дрожь в её голосе. Северус сжал руку в кулак, благо держал их за спиной. То, что его девочку добивается какой то мерзкий гриффиндорец, ему не нравилось. – Мистер Малфой! Мисс Грейнджер! За мной. Остальные спать! – рявкнул Снейп, и все быстро разошлись. Когда Драко закрыл за собой дверь гостиной подземелья, то уселся на диван, а Северус внимательно посмотрел на девушку. – Почему я об этом не знаю? Он приставал к тебе? – уже мягко спрашивал мужчина, поглаживая девушке щёчки. – Не так чтобы очень. Ко мне не прикасался, если ты об этом. – С кем ты идёшь на вечер? – Со мной! – крикнул Драко. Северус выдохнул и уселся в кресло напротив камина. Девушка опустилась ему на колени и нежно поцеловала в висок. – Что будет с Роном? – Уизли поехал крышей! – вставил свои пять копеек Драко. – Он мутит с Браун, а шпионит за тобой, Грейнджер. Этому придурку пора лечиться. Это не любовь, а паранойя! – Гермиона, Драко, вы хотите оставить Уизли в команде? – Ну, или Кормак мне скоро член покажет, – шипела девушка. – Хорошо. Отработка у Хагрида и минус сто очков. Драко, можешь идти. Блондин кивнул и ушёл, оставив парочку наедине. Гермиона нежно поцеловала губы любимого профессора, и он углубил поцелуй. – Постой, я хотел поговорить с тобой. – Слушаю, – произнесла девушка, расстёгивая сюртук на мужчине. – С завтрашнего дня и до двенадцатого января мне запрещено посещать Малфой-мэнор. – Драко? – в ужасе спросила девушка. – Да. Его будут наказывать за отсутствие результатов. – Мы можем как-то ему помочь? – Нет. Я дам ему зелья, их должно хватить на три недели. Драко справится. Он хороший окклюмент, закроется в мыслях. Главное, разум отключить, а тело переживёт, – девушка провела рукой по обнажённой груди мага. – Мне нравятся твои белые рубашки. – Мисс Грейнджер, это мой гардероб, – усмехнулся Снейп. – Однажды все они будут твоими. – Потому что мы будем жить вместе? – Снейп виновато опустил глаза. – Или потому что ты умрёшь? – Да. – Не будем о плохом. Ты хотел поговорить? – пальчики девушки обводили контуры шрамов мужчины. – Да. После того, как я признался, что влюблён в тебя, ко мне явились домовые эльфы спустя два дня. Мой дед Тибериус Принц желал меня увидеть. Представляешь, он ещё жив. Оказывается, за мной следили всё это время его эльфы. В общем, он знает, что я влюбился. Я говорил с ним о том, что между нами всё серьёзно, но не знаю, выживу ли. Он оставил завещание, где Принц-мэнор переходит мне, как единственному законному наследнику. Моё завещание тоже готово. Я мэнор оставлю тебе. – Северус, ты не умрёшь. – Дослушай, милая. Тибериус хочет познакомиться с тобой. Я приглашаю тебя на три недели в Принц-мэнор. – Мне очень нравится фамилия Принц, – промурлыкала девушка. – Я магглорождённая. – Он знает. – Тогда я с удовольствием проведу с тобой три недели в мэноре. В Нору я не хочу, а родители улетают в Париж к друзьям. – Хорошо. Значит, это будет лучший мой день рождения. – Ты родился в декабре? – Нет, я родился девятого января. Гермиона лучезарно улыбнулась и прильнула к губам Северуса. Эти каникулы она точно запомнит на всю жизнь. – Северус, а кто-то знает о мэноре? – Никто не знает, где он находится. Чары Фиделиуса на доме Блэков – ничто по сравнению с защитой Принцев. – Ты тоже Принц, пусть и полукровка. Когда война закончится, ты станешь Принцем, хорошо? – Если я выживу, я сам похороню фамилию Снейп. – Хорошо. Мне остаться? – Леди, Вы расстегнули мне верхнюю одежду и считаете, что я отпущу Вас, не взяв пару раз? – Действительно, чем я думаю! Гермиона жадно припала к губам мага, который сразу же взял её на руки и усадил на стол. Девушка помнила, как было в прошлый раз на столе, но в этот раз всё было иначе. Мужчина нежно раздел её, разделся сам и плавно вошёл. Гермиона застонала и обхватила ногами бёдра мага. – Ты такая мокрая и горячая, – шептал Северус, жадно впиваясь в её губы и шею, оставляя на ней отметины. – Только для тебя, Северус! Только для тебя! Только с тобой я настоящая! Мужчине не нужны были больше слова, чтобы верить ей. Он вбивался в её лоно, слушая мокрые шлепки. Девушка текла, будто ручей, и Северуса это возносило на вершину удовольствия. Она была его девочкой, только его. Утром Гермиона вошла в свою спальню и сразу написала письмо Фреду. Пора было заканчивать этот цирк. Она рассказала, что проведёт каникулы у Северуса, но для всех поедет во Францию с родителями. Когда Фред получил послание, то грустно улыбнулся. Это был конец их игры. Бросив письмо в камин, заметил Джорджа. – Что случилось? – Гермиона летит в Париж на каникулы. – Ты с ней летишь? – Это конец. – Но, Фред, у вас всё было замечательно! – заявила Анджелина, выходя из спальни. – Она не моя. Она всегда любила другого и … и не может разлюбить его, даже если она не нужна Северусу Снейпу. Мы попытались. Не вышло. Точка. Она мой друг. Фред не хотел больше обсуждать что-либо, поэтому пошёл открывать магазин. Джордж не поверил половине слов Фреда. Он понимал, что Гермиона и Снейп точно играют в свою игру. – Мы расспросим Гарри, – предложила Анджелина, видя озадаченность любимого. – Ты права. Я эту Грейнджер скоро прибью! – шипел парень.

***

Когда Гермиона и Гарри вошли в гостиную факультета, то сразу напоролись на счастливую Джинни. Она буквально сбила друзей с ног, запрыгивая на них, а Невилл смеялся за спиной. – Джинни, что стряслось? – удивился Гарри. – У Невилла не получаются заглушающие чары, я услышала сову, постучалась к нему, и он сказал, что это мой подарок на Рождество! Ястребиная сова! А я подарила ему цветок, кстати, он давно мечтал о нём. – У нас когда-то был такой, но дедушка его проиграл в карты, – грустно прошептал парень. – Теперь снова есть. – Поздравляем вас, как…? – Гермиона тактично намекала. – Да! Я его поцеловала, и Невилл предложил нам встречаться. Это лучшее двадцать первое декабря в мире! Лучшая суббота! Джинни подбежала к Невиллу и нежно поцеловала его, а Дин Томас открыл от удивления рот, когда заметил поцелуй. Симус поставил ему мат, но тоже удивился картине. Рон молча наблюдал. – Рон не против наших отношений, – произнёс Невилл. – Рон вообще не должен совать свой нос в чужие дела! – заявила Гермиона. – Его чуть не убрали из команды. Мы с Драко едва уговорили Снейпа. Точнее, Драко уговорил, – нагло врала Гермиона. – Ты с нами в Нору или к Фреду завтра? – спросила Джинни. – Я лечу в Париж с родителями. – Фреда берёшь? – спросил Невилл. – Мы расстались. Рон оживился и улыбнулся. – Я всё ещё люблю Северуса Снейпа и не разлюблю никогда. Он хранит любовь к Лили Поттер, а я буду хранить к нему. Не всем начертано быть счастливыми. – Герми, Фредди любит тебя, – прошептала Джинни. – Но я не люблю. Прости. Гермиона ушла к Парвати, которую искала с утра, а Гарри перевёл взгляд на Симуса. Герой подсел ближе к ребятам. – Сыграем? – спросил Гарри Финнигана. – Почему бы нет. А где Малфой? – удивился Симус. – Готовится к Круциатусу. И помочь ему никак… – За что его будут пытать? – спросил Томас. – Разве Волдеморту нужен повод? Поттер сел играть белыми и сделал ход. Симус долго всматривался в лицо Гарри и нашёл там отчаяние. – Однажды ты убьёшь этого кретина, – уверенно произнёс Симус. – И вы будете оба счастливы. – Надеюсь. Ходи, Финниган. Гарри посмотрел на подавленного Рона, но затем увидел блеск в глазах рыжего. Драко точно так же реагировал на Гарри, поэтому Герой сразу посмотрел, на кого так жадно смотрит Рон. Не нужно быть провидцем, чтобы догадаться. – У тебя нет шансов, Рон. – Посмотрим. Я никогда не сдамся. – Удачи! – Поверь, я лучше знаю, Гарри! Она будет моей. – А если нет? – Не думай, что я не знаю, с кем она спит. Я видел, к кому она ходила, вчера просто хотел побеседовать с ней, а напоролся на слизеренцев, которые смеялись над моей семьёй, – выплюнул Рон. – Я подозревал, что их общение со Снейпом неспроста. – Рон, ты дебил! Дамблдор лично попросил Снейпа угомонить пыл Гермионы. Директор и меня просил о том же. Профессор учит её чарам и зельям, а ты дурак. – Был дураком, когда каждому вашему слову верил! Я знаю, что видел! Дин и Симус внимательно посмотрели на друзей. Гермиона, Невилл и Джинни тоже обернулись на крик. – Гарри, я сама ему скажу, – Герой хмыкнул и сделал ход. – Не твоё дело, с кем я провожу время, Рон Уизли. Если тебе станет легче, мы с Фредом расстались на мой день рождения, а в Азкабане я навещала Люциуса Малфоя, чтобы узнать поближе Снейпа. Я люблю этого мужчину, и плевать, что он видит во мне только студентку, – все слова ведьма прошептала рыжему на ухо, чтобы никто не услышал. Рон фыркнул, говоря, что не верит её словам. Гарри и Гермиона переглянулись, понимая, что их трио рушится. Нужно как-то отрезвлять Рона, а то он со своей ревностью скоро им прохода не даст.