Годовщина победы

      Вот уже почти год не болит шрам у Поттера. Зрение стало улучшаться, но из-за пробелов в учебе приходится корпеть над книгами. Мало кто знал, что Мальчик-который-выжил вообще-то любит читать. И мало кто видел, как Гермиона после Рождества привезла ему целую стопку книг. "Для легкого чтения". И вот уже четыре месяца Гарри Поттер на ночь читает волшебные книги. Маггловские. Но в них живо описаны персонажи и их проблемы. Конечно, многое Гарри непонятно. Спрашивать же у Гермионы об этом становится слегка стыдно. И вот, Мальчик-который-выжил пробирается в темноте на астрономическую башню, чтоб обсудить свежую главу.       Вот уже почти год нет метки у Драко Малфоя. Родители, наконец-то, задумались над возможностью завести второго ребенка. А сам Драко открыл для себя новый мир. В этом мире ужасающе много магглов. У них есть страшнейшее оружие и сложная техника. А еще у магглов куча книг, и все они разные. Есть детективы, лирика, поэзия... Чтоб не потеряться в этом море информации нужен кто-то, кто разбирается. Или хоть понимает, что из них что. Поэтому Драко Малфой поздно вечером крадется на астрономическую башню, чтоб не попасться крёстному. И пообщаться с Поттером.       Вот уже почти год, как у Северуса Снейпа не болит горло. Шрамы от укуса Нагайны остались, тварь все-таки была магическая. Однако, теперь, без нагнетания политической ситуации, без пропаганды чистокровности, без закидонов крестника и его сверстников стало гораздо легче. А еще легче стало из-за одной кудрявой гриффиндорки. Она не только спасла ему жизнь. Она приняла его вместе с его прошлым. Сперва сорванец, потом гопник, следом Пожиратель смерти. Чем он смог ее привлечь? До сих пор у самого Снейпа на этот вопрос ответа не было. И он радовался просто тому, что больше никому и ничего не должен. И вот теперь он готовил собственноручно ужин, чтоб поразить вкусовые рецепторы его тайной пассии. Про крестника он даже не думал. Драко уже не маленький. Пережив войну и суд, мальчишка явно смирил свой гонор. Так что пусть набивает шишки сам. Теперь за это его не убьют. И Снейп продолжил колдовать на кухне.       Вот уже почти год, как Гермиону не называли грязнокровкой. Ее это вообще особо не трогало, но дискриминация ее удручала. Особенно, когда девочки с ее курса, да и Джинни Уизли всячески начали намекать на свадьбу. Мол, для женщины всегда должно быть сильное плечо. Особенно, Рона. Особенно, после того, как его взяли в Аврорат. Без экзаменов. Без образования. Гермиону это выбесило в первый же день. Как мог этот "друг", бросивший их посреди леса явиться только к финальной битве?! Как он обливал грязью на суде семью Малфоев, хотя сам до сих пор слушается мамочку?! Гермиона вздыхала и не понимала этого. Она всегда рассчитывала только на себя. На свои знания, навыки и умения. И у нее есть прекрасный образец! Ведь из дворового хулигана вырос уважаемый человек! Профессор! Самый молодой Мастер Зелий! Ей явно есть с кого брать пример, и у кого поучиться. А муж... Надо будет, найдет.       С этими мыслями Гермиона разворачивала записку от Снейпа. И дожидалась, пока Гарри покинет гостинную.       И вот уже гриффиндорская отличница смело шагает в подземелья, пользуясь своим статусом старосты.       Ветер на астрономической башне был порывистый. То и дело пытался бросить в лицо мокрый плевок. Гарри сидел, прислонившись спиной к ногам Драко. Тот перебирал его непослушные волосы. Они уже обсудили и книги, и поэзию, и астрономию. Теперь же юноши просто наслаждались обществом друг друга. Как же много у них оказалось общего! И непонимание родни, и одноразовые друзья, и девушки, на которых только смотреть... Эти двое понимали друг друга с полувзгляда. Скоро годовщина победы. Значит, опять будут трепать имя Малфоя. Значит, опять припрется Рита Скитер и будет третировать "золотого" мальчика. Обоим не хотелось торопить время. У обоих оно было дорого. Настолько, что руки неизменно находили родные руки. Глаза смотрели в глаза. А слова были не нужны. За них говорили их дыхание, ласки, прикосновения. Пальцы путались в растрепанных волосах. Улыбка начиналась в глазах, а заканчивалась возле аккуратного ушка. И им было спокойно. Пусть мгновение, пусть несколько минут. На окраине Запретного леса с южной стороны начинала цвести сирень.       В подземельях было темно и гулко. Гермиона постучала условным стуком. Дверь в комнаты главного слизеринского змея осторожно открылась. Девушка шагнула внутрь и замерла. Посреди гостиной стоял накрытый стол. Его освещало мерцание свечей. На столике рядом блестело ведерко с шампанским. Посреди стола расположился миниатюрный букет. Сам бывший шпион, бывший пожиратель, бывший декан, но все еще директор шагнул из тени навстречу девушке. - Прошу. И надеюсь, вы оцените мои скромные усилия.       Гермиона зарделась. Профессор вежливо принял ее мантию, предложил руку, проводил до стола. Девушка была одета в скромное платье. Снейп отодвинул ей стул. Гермиона от смущения позабыла все слова. Из-за смущения она даже глаза боялась поднять. - Ну что же, мисс Грейнджер, надеюсь, Земляничный пошатун мне удался?       Гермиона прыснула со смеху. Северус Снейп не просто был умнейшим мужчиной в ее понимании. Он был мужчиной с чувством юмора. На островах это невиданная роскошь. Его улыбка притягивала взгляд. - Неужели вы сами готовили? - А разве кулинария отличается от зельеварения? -       Профессор накладывал небольшие кусочки рыбы на блюдо девушки. Затем взял соусник и полил кусочки пряным острым соусом. Украсил веточкой тимьяна. Уже накладывая рыбу себе, он продолжил. - Представьте себе мое детство. Отец неизвестно где шатается, мать смотрит телевизор. Готовить она на маггловской кухне научилась только суп. А я растущий организм, только удравший от недругов. Пришлось научиться готовить. - Нежнейшая форель! - Гермиона подняла на Снейпа глаза. - Я такую даже во Франции не пробовала. Мы там были... С родителями.       Снейп накрыл руку девушки своей ладонью. Его глаза излучали понимание и участие. - Знаете что, мисс Грейнджер. Я должен посмотреть на ваш корявый Обливиэйт. Скорее всего ваши родители не очень счастливы сейчас. Но надо сперва закончить школу. Поэтому, ешьте!       Гермиона удержала себя в руках. Только Гарри знал, что она сделала с родителями. Только у Снейпа Гермиона попросила помощи. За спасение жизни. Но тогда профессор был слишком слаб. А сейчас... - Ну вот, я испортил вам настроение. - Улыбка сошла с лица зельевара.       Гермиона покачала головой. Ее кудряшки тут же разлетелись темным облаком. - Боже, какая грива! Как у настоящей львицы!       Гермиона внимательно посмотрела в лицо Снейпу. Но там не было ни капли насмешки. Только уверенное восхищение. - Вина? - Гермиона кивнула. Шампанское вспенилось в бокалах. Сделав по глотку шипучего напитка, оба рассмеялись. Как оказалось, морщатся от брызг они одинаково. - У вас есть планы после Хогвартса? - Снейп поставил в тупик девушку этим вопросом. Она только вздохнула. - Пока только родители. А потом, пойду работать. - Кем и куда? - Серьезное выражение лица директора, а еще аккуратное поедание кусочков форели, вызвали у Гермионы неоднозначное чувство. Она даже поежилась. - Мисс Грейнджер, я помню о своем обещании. Но потом, что будет потом?       Таким горячим взглядом на нее не смотрели никогда. Гермиона снова смутилась. - Я не знаю. - Тогда я знаю! Пойдете замуж! - Что?! - Северус ловко обошел стол, отставил ее бокал. Взял за руку и поднял из кресла. Прижал к себе. - Гермиона, даже если с родителями ничего не получится, то я здесь. Рядом. Я не хочу... Мне трудно это говорить, но я готов предложить тебе место в школе. Защищай степень по трансфигурации. Оставайся здесь. В Хогвартсе. Со мной.       Девушка подняла глаза на своего директора. Ее робкая улыбка стала для Северуса лучшей наградой. Хрен с ним, с ужином, но эти глаза... Они сами не поняли в какой момент глаза и губы подались навстречу. Руки обняли дорогого человека. И только тихий шепот бархатного голоса нарушил тишину. - Вы же пожалеете старого беззубого героя? Согласитесь связать со мной жизнь? - Если у последнего героя алмазные зубы, то это достойный вклад в будущее семьи. - О-о-о! Пожалейте мою гордость, мисс! У меня пока нет артрита, радикулита и прострелов! - Улыбки у обоих снова сошлись вместе, руки продолжили путешествие по телу, а на забытом столике яростно пахла сирень.