***
-Купи с клубничным вкусом. -Хорошо... -И не бери "контекс", он странно пахнет. -Хочешь пирожное? -Что? Хосок, я бреюсь и плохо тебя слышу, повтори. -Ничего, "дюрекс"? -Ну если только он остался то давай. Не забудь еще винстон белый. -Уже взял. -Мило... Хосок завершил вызов и который раз за эту пятницу вздохнул. Пробивая на кассе довольно красноречивый набор предметов первой необходимости у пары конфетно-букетного периода (о котором Хо, видимо, может только мечтать), кассирша снисходительно улыбнулась явно нервничавшему покупателю и как бы невзначай спросила: -Первый раз? -Тридцать девятый, считая сегодня. Женщина подавила кашель и, вспомнив об обязанностях, наконец попросила паспорт, обескураженно крутя в руках пачку сигарет. Путь до квартиры Юнги остался в памяти Хосока невнятным серым пятном, Чимин все же оставил осадок на душе, делая их сегодняшнюю встречу с Мином может быть и последней. Послышался щелчок замка. -Какая же ты черепаха, Хо. У меня весь настрой пропал. Хосок грустно опустил голову и, будто провинившийся щенок, мягко отдал в руки пакет, поборов желание провести подушечками пальцев по тыльной стороне ладони блондина. -Что с тобой? -Давай сегодня немного замедлимся, выпьем чаю или... -Хо. Брюнет дернулся будто от удара и несмело поднял глаза.Он все еще колебался. -Что? -Ты не договариваешь. Юнги не зря считался превосходным куратором на своем потоке. К счастью или к сожалению Хосока, Мин мог быстро оценить ситуацию и прочитать все по глазам, будто и без этого у него был хоть один недостаток. Чёртов гений. -Я не могу сказать это...с порога. Теперь, если он все расскажет, то это будет на совести Чимина. Да. Он просто откусит ему голову и сварит в котле, а потом "железная дева", четвертование, пытки льдом... -Чон Хосок, если ты будешь так нервничать, я не смогу дождаться, когда ты соберешься с мыслями и выложишь свой "супер страшный" секрет, -Мин закатил глаза и мягко но настойчиво потянул друга на кухню, чтобы теперь сидеть и, уложив ладони под подбородком, наблюдать все степени принятия неизбежного. -Юнги, чем ты считаешь наши отношения? -Секс по дружбе? -Мин почти наивно наклонил голову вбок, чуть приподнимая брови. -Мгм. Юнги нахмурился и постучал пальцем по столу, возвращая внимание Хосока с колен на себя. -Ты так не считаешь...? -Если честно нет. Так, а это уже было интересней. С чего это вдруг такой простой человек как Чон Хосок начал бы выяснять отношения? Неужели это опять тот мелкий червяк с танцевального факультета его надоумил? Ну точно. Мин почти слышит это противное имя в Хосоковом невнятном шепоте. -Юнги, скажи, почему ты вдруг тогда решил, что тебе срочно нужно потрахаться именно со мной...с парнем? -Ого, Хо, а ты считал что я только по девушкам, а? -Ах, вот оно как... Нет, так продолжать было нельзя. Непохоже, чтобы Хосок был готов рассказать хоть что-нибудь в ближайшее время. Юнги,стараясь не спугнуть и так сидящего на иголках друга, плавно перетек со своего стула на чужие колени, оборачивая вокруг своей талии Хосоковы руки. Тот резко перестал дрожать и теперь молча прижимал к себе чужое тело, ставя руки так, чтобы чужая спина не стукалась о столешницу. -Смотри в глаза, Хо. Вот так. Теперь ты успокоился? Хосок завис. Нет, правильнее было бы улетел в астрал, там, где мерцают звездами черные как ночь глаза друга. Они немного раздраженные. Наверное, не нравится такая поза, конечно, ведь обычно Юнги не любит долго смотреть в лицо. Как он говорил? Его это отвлекает от ощущений? Милашка. И вот эта его отросшая светлая челка, которую он часто неосознанно сдувает, тоже милая. Он вообще очень милый и какой то маленький, и даже дело не в росте или телосложении. Натуральное эгье, которое пытается проделывать на нем Чимин, и которое не нужно делать Юнги, потому что он и так в этом профи. Сидеть на стуле с забранными вверх коленями и кусать зубами итак покусанный карандаш, потому что так лирика лучше получается? Конечно. Стоять на балконе и греть ноги, по очереди ставя их друг на друга? Да. Хватать своими короткими пальцами все что только окажется в поле осязания, когда Хосок держит его шею прямо под подбородком, и при этом материться тихо и с шипением, словно Чон снова съел его последнее клубничное пирожное... -Ты мне нравишься. Нет, я тебя люблю, Юнги. Прости, что сразу не понял моего влечения, и заставил думать что меня привлекает только твоя задница. -Чт.. Юнги чуть дернулся, собираясь встать, но руки на талии сжались сильнее. Мин почувствовал сквозь чужую ладонь на позвоночнике удар о столешницу. -Я понимаю, что выгляжу эгоистом сейчас, но если ты сейчас скажешь, что я тебя привлекаю только как свободный член, то я не смогу продолжать им быть. -Хо... -Я также не смогу продолжать быть твоим другом, потому что, блять, я держался до той ночи, только лишь потому что ты не допускал между нами лишней тактильности, а теперь... Я стал жадным. Прости. -Хосок, блять, послушай меня! Ты... не тот человек, с которым я вижу себя...но- Хо! Смотри мне в глаза, когда я разговариваю, блять. Но! Ты спрашивал в ту ночь о моей бывшей девушке, помнишь? Мы расстались как раз из-за тебя, вообще-то. Хосок резко выпустил Юнги из объятий, позволяя ему соскользнуть с чужих бедер, что он почему-то не торопился делать. -Мы расстались, когда у меня не встал. Хах, понимаешь, насколько глупо я себя ощущал? Она спросила у меня, не разонравилась ли она мне, или что я нашел другую... Хосок, знаешь... Я почему-то вспомнил тебя, когда ты в тот день разлил на себя вишневый сок и потом плакался мне в плечо, переходя из "Я умираю, Юни! Моя рана слишком глубокая, ой-ой..." в "У тебя есть отбеливатель? Кажется такие раны можно вылечить только им". -Ты помнишь это... -Я и сам тогда был в шоке, если честно. А когда мы первый раз переспали, если бы это был кто-то другой, думаешь, я бы трахнулся с ним только потому что у меня недотрах, а есть удобный член... Хо, я понимаю твои чувства. Но я не понимаю себя. -Позвонить Чимину? Он вроде умный в таких делах... Юнги, конечно, всегда знал, что птица говорун по имени "Хосок" не отличается умом и сообразительностью, но чтобы настолько?! Вдох выдох, Мин Юнги, вдох выдох. -Хосок, я имел ввиду что мы могли бы попробовать, а не чтобы ты обсуждал мои чувства с Чимином! -А... Погоди, что? Юнги расплылся в улыбке и, снова обернув вокруг себя чужие руки, придвинулся ближе, садясь пятой точкой аккурат на главное мероприятие сегодняшнего вечера.***
22 мая 2021 г., 11:53
Никогда не играл роль дерзкого самца с недотрахом, но и никогда не превышал допустимую степень прелюдий. Вот что нравилось Юнги в Хосоке. Нет, пожалуй для Мина это был идеальный секс партнер. Они трахались каждые выходные уже пол года в Юнгиевой квартире, и еще не разу не было такого, чтобы он оставался неудовлетворенным или разочарованным. Часто Хосок даже доводил Юнги до той самой шаткой грани, мучая его в агонии всю ночь и изредка кусаясь, что для Мина было реальным фетишом. Однако иногда Хосок был чересчур.
-Хо, хватит играться с бутылкой и просто вылей половину, - блондин раздраженно закатил глаза, чуть дрожа от возбуждения, и решительно отобрал смазку у друга, решая действовать самому, -не умру я от твоего члена, только не спустя столько времени, успокойся.
Брюнет еле заметно надул губы и, подождав пока партнер расправится со смазкой, наконец придвинулся ближе, все еще немного смущаясь такой откровенности Мина. Его бедра чуть поддались вперед, почти касаясь ягодиц Юнги и явно действуя быстрее хозяина.
-Ты гот...
-Заткнись и вставляй, вежливый ты наш. Я растянул себя еще в ванной.
Хосок тихо вздохнул и, быстро растянув итак растянутое отверстие, наконец медленно вошел, сдавливая узкую талию Юнги пальцами ровно настолько, чтобы не осталось следов, но и чтобы Мин прочувствовал давление, и сжал член в себе еще сильнее, будто до этого он не был достаточно узок.
-Юни, ты мне нравишься.
-Хосок, блять, у меня член в жопе, дай кончить нормально, замолчи хоть на минуту!
-Да, прости...
Он должен был уже привыкнуть. Должен был. Но с каждым разом получалось все хуже. И виноват в этом был чертов Мин Юнги.
***
Чимин мягко присел на диван напротив друга и придвинул Хосоку эспрессо с 4 пакетиками сахара.
-Он не потеплел?
-Неа. Не то что бы я должен жаловаться, в конце концов я сам..
Пак резко встал с места и ткнул пальцем в лоб Чона. Последний нелепо закашлялся, подавившись кофе от испуга.
-Отношения всегда идут с двух сторон, Хо. Даже если ты ему не нравишься, трахаться с другом он точно бы не стал. Не в его принципах. А если ты думаешь что ему нравится только твой член то просто спроси его об этом, не начиная с "ты мне нравишься". Юнги у нас сухарик, ты же понимаешь, он не хочет прислушиваться к чувствам, а думает головой и логикой. Если он посчитал что логично ебаться с человеком и при этом не выяснять отношений... что ж. Я думаю ты должен сказать ему об этом. Жестко. Да, Хо, для тебя сложно на него давить но иначе он не вдуплит, блять.
Чон кисло хмыкнул и отвел взгляд, не замечая быстро остывающего кофе в чашке.
Этот переломный момент, когда их с Юнги отношения перетекли из друзей в друзей с привилегиями, считался для Хо самым отвратительным днем в его жизни. Конечно, он бы не предложил лучшему другу такое, будь он трезв. Так что... Он напился как будто и правда верил, что это лучший способ избавится от дрожащих рук каждый раз, когда хрупкие плечи Юнги оказывались в опасной близости к ним. Хосок в тот вечер, совсем как в клишированных мелодрамах, выпил слишком много для того, кто пьет только по праздникам и, драматично вздыхая каждую минуту, уже пол ночи раздумывал о нем. О его мягко очерченных, ничуть не угрожающих, как говорит Чимин, глазах. О его теплой улыбке каждый раз, когда Хосок покупал ему раф с маршмеллоу. О его...
-Ох, Юни звонит...
Брать трубку почему то не хотелось. Он хотел послушать его хрипловатый ворчливый голос, но не в те моменты, когда он чувствует себя треснувшим стеклом, что вот вот рассыпется на осколки.
-Хо, почему ты так много пьешь в последнее время? Я даже уже запомнил дорогу к этому отвратительно безвкусному бару...
Милашка. Эта надутая нижняя губа и тонкие, ужасно тонкие ноги с побитыми коленками. А все почему? Потому что Мин неуклюж как новорожденный теленок, что делает его совсем не таким злым и черствым, каким он хочет казаться. Милашка.
-Ты выпил сколько??! Хо, умоляю, это же всё, и бармен ничего не уносил ещё?
-Ба'мен.... Ох, он много принос'л... Незнаю...
Следующие десять минут Юнги (абсолютно бесполезно, если бы не бармен) пытался отодрать уже еле моргающую и даже дышащую через раз тушку от барного стула, заказать такси до дома, а потом еще и расплатится за двадцать два шота, в которых были ром, текила, самбука... в общем "похороны печени", из последних сил удерживая друга в стоячем положении. Благо такси приехало уже через пять минут и затаскивать Хо не пришлось, напрягая все группы итак слабых мышц, только чтобы пройти один метр.
Уже подьезжая, Чон наконец очнулся и даже немного протрезвел, хотя все еще подозрительно внимательно разглядывал верхнюю пуговицу поло Юнги. Тот неуютно поёжился, и, расплатившись, вытолкал ощутимо шатающегося друга на тротуар.
-Можешь сам стоять на ногах?
-Юни, я сегодня с'лю у тебя?
-Боже, не лапай меня и прекрати коверкать мое имя, иначе будешь ночевать на улице.
-Юни...
Мин нарочито раздраженно вздохнул и направился к подъезду, уже придумывая что приготовить от похмелья утром Хосоку, чтобы он не ныл. Еще надо было бы по- хорошему закинуть в стирку его вещи, потому что настолько отвратительного запаха алкоголя и пота Юнги еще не чувствовал.
В принципе, путь до квартиры был спокойным и даже приятным, потому что Хо молчал, что для Юнги было супер странно. Надо будет у него потом спросить, что же произошло, что он напился как свинья и окончательно раскис, будто вторую часть его любимого боевика опять отложили.
-Хо, ты всё?
-Ммм... Да, вроде немного протрезвел. Юнги, ты.... расстался с ней?
-С кем? А, да. Как ты узнал?
-Ха-ха, знаешь, будь я трезв, -Хосок горько вздохнул и прислонился к косяку двери у спальни, видимо пытаясь расслабиться, насколько это вообще возможно, -никогда в жизни бы не начал этот разговор...
Юнги нахмурил брови и присел на диван, кладя ногу на ногу.
-Что ты имеешь вв-
-Тебе нравилось трахаться с ней?
-Блять? -настолько глупо себя Юнги не ощущал давно. Наверное с тех пор, как его мама застала его за порнухой в седьмом классе.
-Ты наверно думаешь, зачем я напился, что я пытаюсь сказать сейчас и т.п, но если я сейчас скажу это, -на этих словах Хосок почти безумно оскалился и съехал вниз по стенке, загораживая теперь своим телом выход из комнаты, -ты возненавидишь меня, или еще лучше, позвонишь в полицию...
-Хо, что...
-Мне снится наш секс каждую ночь.
Юнги шумно сглотнул и как-то глупо похлопал глазами. Нет, порнуха явно была йогой на пляже по сравнению с этой ситуацией.
-Я... тебе нравлюсь?
-Мне нравится... представлять тебя...
На этих словах Хосок совсем сник и, будто желая спрятаться от всего мира, спрятал лицо в ладонях. Вдруг он резко вскинул голову.
-То есть, ты больше не будешь с ней спать?
Послышалось тихое хихиканье.
-Ах, бедный Хо у нас ревнует, ему не нравится что я трахаюсь с девушками, ведь есть же милый хороший Хо, который всегда протянет член помощи, верно?
Чон шумно сглотнул и опустил голову еще ниже.
-А знаешь? -Юнги медленно поднялся с дивана и теперь шел прямо к другу, чуть мутнея в глазах. Эта ситуация в глазах Мина становилась "удобной"...
Осторожно убрав ладони с лица, Хосок встретился взглядом с Юнги, что уже стоял в метре от него и как-то безумно скалился. Для пьяного, Хосок слишком резво вскочил и, стремительно бледнея, попятился к выходу.
-Т-ты что делаешь?
-Хо... -глаза Юнги опасно замерцали делая его похожим на голодного кота, -у меня так давно не было секса, и... Блять, Хосок...
Брюнет почувствовал как лопатки глухо стукнулись о стену позади него. Юнги теперь почти вплотную прижимался к Хосоку.
-Ты... серьезно сейчас?
Мин нарочито раздраженно закатил глаза и хищно оскалился, опуская губы на мочку уха Хосока и снижая голос до змеиного шепота напополам с мурлыканием.
-Давай переспим, Хо. Я сейчас абсолютно трезв и серьезен. Извиняться будешь утром.
Последующие отговорки Юнги предпочел заткнуть языком на чужих губах и рукой на члене.
Не обращая внимания на рассказ Чимина о открывшейся пончиковой и остывший кофе, Хосок спешно покинул кафе. Он не хочет этого. Не хочет видеть в глазах друга отвращение. Но еще больше он не хочет называть Юнги "другом".