Малыш Джестро

      Монстрокс шёл по слишком тихим коридорам, его голова была забита мыслями, которые он до сих пор разбирает. Но главные из них два, как начать захват Найтона? и что делать с Джестро?       Насчёт первого вопроса некромант не особо волновался, когда у него есть тело и возможность в полную использовать свои силы, Недорыцари ему не помеха, вместе с Мерлузером. Но второй вопрос поставил его в тупик.       Держать его при себе практически не имеет плюсов, хотя минусов в этом хоть жопой жуй. Дети постоянно кричат, что явно будет портить нервную систему всех окружающих их людей. Их надо кормить, чтобы с голодухи не померли, и постоянно следить, они находятся буквально посреди моря лавы, кто знает что случиться с ним в отсутствие надзора. А их воспитание — это просто ужас.       А в чём плюсы этого? У него появится ученик и наследник. В глазах Монстрокса это был неравноправный обмен, но странное, противное чувство появляющееся в груди при мысли об избавлении от шута, не давало ему покоя. Возможно, впервые за долгое время, в некроманте проснулась совесть, которая не могла дать ему выкинуть ребёнка на улицу, особенно когда этот ребёнок, его бывший друг напарник.       Монстрокс раздражённо вздохнул, ему не нравилось его решение, но неприятное чувство, которое как ком грязи прилипало к его груди, не нравилось ему ещё больше. Он продолжал витать в своих мыслях, пока не пришёл к той комнате, которая и была ему нужна.       Он прислушался, за дверью раздавались радостные визги и лопотание Джестро, и голос, он не мог определить чей он был именно, его обладатель сделал его явно выше чем он должен был быть и создавал глупую интонацию. Монстрокс распахнул дверь, картина была не совсем той, которую он ожидал увидеть.       На полу, сидя в позе лотоса, сидели Бурнзай и Спаркс, циклоп застыл в позе «Забадаю», пока великан, который походил на красного черта, держал маленького шута, который уже не смеялся. Лавария лежала в расслабленной позе, и похоже не замечала ничего вокруг. А его генерал просто стоял и смотрел на это в другом конце комнаты.       Его взгляд был прикован к этой картине, как и взгляды находящихся в комнате, кроме Лаварии, были прикованы к нему.       -Я пришёл сюда, чтобы вынести решение насчёт одной трудности…- Он перевёл взгляд на Джестро, он прижался к рукам Бурнзая, его верхняя губа подёргивалась, на глазах наворачивались слёзы, а глаза его выражали страх.