На сон грядущий

Старший был всегда уверен в себе и никогда не задумывался о том, что делает, конечно иногда это выходило и болезненно. Но каждый раз он продолжал наступать на эти грабли вновь, так как они были дороже ему самого себя. Вот и сегодня он на миг забыл и как обычно в своей распиздяйской манере пришёл домой. Но это не говорило о том, что он ввалился домой малость на веселе, совсем нет. Скорее он просто вновь на какой то отрезок времени отключил голову и включил свои чувства на полную. Пройдя в квартиру, он тут же ретировлся в кухню, зная, что его любимый маладшенький уже давно дома и явно что то втыкает в телевизоре. Пройдя в кухню тут же достал свечи и раставив по кухне, зажигая их сразу, приэтом тут же выключил свет. Поставил чайник и достал небольшой тортик, так как знал что его прелесть был большой слвдкоежкой, усмехнулся. Так же на стол добавил ещё и фруктов. Разлил чай и это было как раз во время. Так как младший появился на пороге и застыл в немом восторге. Но почти сразу пришёл в себя и нахмурив свои бровки изрёк. —Это что такое? Ты где то провинился? Ибо на его памяти никогда не видел старшего такого, от чего тут же стало не по себе. Хотя чувства и были к старшему, но все же торопиться, как и обжигаться ему больше не хотелось. Старший лишь умилился на то, как его прелесть, вновь строит из себя такого серьёзного злюку. Так что сократил расстояние и порывисто обнял, но почти тут же отстранился, на миг отошёл к подоконник и вновь предстал перед младшим, но уже с цветком в руках. Это был цветущий кактус. —Прелесть моя, знаю, что ты не готов к такому повороту, но просто знай, что я лю...(но ладошка младшего не дала произнести эту фразу полностью) тебя. Старший лишь усмехнулся и пожал плечами, добавил. —Ты вот правда как этот кактус, на вид весь такой колючий, но слишком ранимый внутри. Просто хочу чтоб ты знал, но также пусть это не тяготит тебя. После чего оставил горшок на стол и обхватив личико младшего, который стоял потупив взгляд чувствую вину. Но старший не дал расстроиться в полной мере, так как накрыл своими губами его губы и затянул в поцелуй, такой нежный и тягучий, что все сомнения отошли на задний план. Поцелуй длился достаточно долго, пока им двум хватило воздуха на него. После чего старший отстранился и довольно мурлыкнул. Взял младшего за руку, и подвёл к столу, сел на стул, но не усадил того за соседний, а нагло потянул к себе и умостил его симпатичную задницу к себе на колени. Мягко поцеловал в шею и проурчал. —Угощайся моя прелесть, сегодня наш день и все последующие дни будут лишь нашими.