Та, Кого Не Ждут или сказка о когнитивном диссонансе

      — …Светлана Николаевна…       — Бросьте! Вы правы. Той, кого вы видите, отчество не полагается. Пришли проверить, не соврала ли? Могли просто позвонить и спросить у кого-нибудь.       — Так я и позвонил… спросил… Ой, простите, я имел в виду…       — Вы пришли надо мной издеваться? Мне некогда, уж не таите зла, меня замкнуто-депрессивно-тревожная дочь ждёт.       — Светлана Николаевна, зачем вы так?       — Просто Светлана, мы договорились. Ну, или как вы там меня зовёте в ваших психопатических мыслеобразах. Ой, извините, оговорилась. Психотерапевтических. Ну я-то на шпильках и с ожерельем вместо пояса, так что мне можно.       — П… простите, что?       — Говорю, блондинко я, мне тупить позволено. Если и дальше намерены доставать, идёмте. Это и на ходу делать можно.       — Светлана Ник… Светлана, я не хотел вас обидеть, а сюда пришёл только, чтоб извиниться и сказать…       — Если не хотели, зачем обидели?       — Я не обижал…       — Если не обижали, за что хотите извиниться?       — Но вы же обиделись! На то, что я принял вас за…       — Проститутку?       — Нет!!! Что вы! Даже в мыслях не было. Просто вы оказались настолько красивы, ухожены, что я подумал, что вы…       — Блядь? Правильно, что решили употребить более подходящий термин. Что ж, извинения приняты. Именно таких я от вас и ждала. До свидания.       — Чёрт! Вы — садистка! Вы знаете это?       — Не вы первый мне это говорите. Да-да! Хорошо, что достали свой айфончик. Можете записать это в свой ежедневничек. Вы же его ведёте? Всё, мне на верхний этаж, спасибо за компанию, дальше не провожайте. Кстати, на лестнице мои ноги ещё красивее, чем в кресле. Тоже можете записать… в ежедневничек, чтоб потом по... порефлексировать на досуге.       — …       — Вот только не надо вам употреблять то определение, которое озвучила я. Вам не идёт. А я культуролог, мне можно. До свидания.       — Вы — красивая, вам всё можно. А я просто хотел дать вам номер…       — Это вы как психолог говорите?       — Скорее, как мужчина. Простите меня, Светлана. Я неуклюжий, я знаю. А как психолог, я хотел дать вам номер хорошего детского специалиста… Я прошу вас не пускать всё на самотёк. Провести хотя бы несколько тестов. Я про Виолетту.       — Нам с ней хватило и одного…       — Света… простите, Светлана, я понимаю, что вам очень неприятен. Но это не повод подвергать девочку риску. Она очень одарённая именно творчески. С ярко выраженным дивергентным мышлением. История с феей это показала. Я потом только понял, что был неправ. Попросите, пожалуйста, у Веты прощения от моего имени…       — Вот ещё! Попросите сами! Конечно, вы не мастак это делать, я убедилась, но, думаю, с шестилетней девочкой справитесь. Если что, буду рядом, кричите… Вы сейчас свободны? Подождите меня пять минут. Забегу на кафедру.       — Д… да. Я только… Да, конечно!       — Ишь, отчеканили! Вольно! Вот так-то лучше! — и Светлана впервые рассмеялась.       «А на лестнице-то ноги у неё действительно ещё красивее…

***

      — Вет, познакомься это…       — Дядя Лёва, — кивнула Вета, — мы уже познакомились, пока ты с тётей Лёной была.       — Не дядя Лёва, а Лев…? — мама как-то странно взглянула на дядечку, строго-вопросительно, вроде как «Почему ты кашу не доела?»       — Как Вета и сказала — просто «дядя Лёва».       — Лев! Р-р-р… А почему Вас так назвали? Я не думала, что так можно. А я хочу быть Рысей, у неё такой хвостик пушистый и кисточки на ушах. А ещё у меня есть лев — Симба. И оленёнок Бемби, идёмте я покажу. — Вета схватила дядю Лёву за руку и потащила в свою комнату. Здорово, что он пришёл, обещал и пришёл! Потому что она, Вета, его позвала. Потом спохватилась. — Мам! Я обещала, что ты покажешь, как танцуешь.       Вета любила играть в игру, «каким бы ты был… животным, деревом, рыбкой». Так вот, если бы мама была кошкой, она бы сейчас вздыбила шёрстку, выгнула спинку и презрительно ушла на кухню. Приблизительно это мама проделала и в реальности, вдобавок ещё по-кошачьи фыркнув. Вета засмеялась. А дядя Лёва как-то смущённо улыбнулся:       — Я не думаю, что у твоей мамы сейчас танцевальное настроение.       — Именно. Какие танцы, когда в доме мужчина некормленый! Не отпирайтесь! Я же знаю, что Вы с утра не ели. Сначала работа, потом, хм... сорвались ко мне на лекцию. А уже шестой час, между прочим, так что без пререканий. Что предпочитаете, дядя Лёва?       — Хе! — встряла Вета, — лев кушает мясо, да, дядя Лев?       — Спасибо, но я, правда, совсем не голоден. Я не хочу обременять вас, Светлана. И так получилось, что вроде как навязался. — Он смешно покраснел и насупился, — Вета снова хихикнула, а мама снова фыркнула:       — Вы навязались? Не смешите. Так что хотите?       — Г-глазунью, если можно.       Мамины глаза опасно сверкнули:       — Дядя Лёва, а вы мастер завуалированных оскорблений.       — П-простите?       — «Ну с глазуньей-то она должна справиться» или «Ах, она ещё и готовит?!» Выбирайте, какой вариант ближе?       Вета недоумённо переводила взгляд с одного на другого.       — Светлана Николаевна, простите, я не хочу…       — В том то и беда, что хотите... только не знаете чего, — мама как-то странно вздохнула. — Как там у вас это называется? Когнитивный диссонанс, кажется?       — Мам, вы про что говорите?       — Про еду, Рысёнок. Видишь, дядя Лёва не может выбрать.       — Простите, Светлана, ещё раз — я, лучше пойду. С Ветой мы увидимся осенью в школе, так что…       — Нет, мам! Дядя Лёва обещал мои рисуночки посмотреть. Дядя Лёва!       Мама чуть заметно улыбнулась.       — А говорите — навязались. С таким "львинным" характером навязаться вам бы не удалось при всём желании. Но на вопрос-то, дядя Лёва, вы не ответили. Так и не определились? Балансируете между своими желаниями и принятой нормой поведения?       — Светлана… пожалуйста...       — Да? Смелее! Я же узнаю: голодный взгляд мужчины. Говорите, чего хочется? Чур, честно!       — Глазуньи!       Мама расхохоталась:       — Ох, дядя Лёва! Ладно, будет вам глазунья. Идите уж… Ветка! Вести себя хорошо!       — Да, мам! Идёмте, дядя Лёв! — Вета вцепилась в рукав пиджака и направилась к двери. — Мам! Не подслушивай!       Вета решила рассказать тайну. О Нежке. Ту, которую не рассказывала даже маме. Мама бы не помогла. Дядя Лёва — другой, он знает, что делать. Он поможет. Вета чувствовала. А Нежке ОЧЕНЬ нужна помощь…

***

      — …Вета, да, я даю слово, что постараюсь тебе помочь.       — Не мне. Нежке. Она совсем одна. Я бываю с ней, только когда сплю. Но я не могу всё время спать. Не получается, — девочка опустила голову, — Только пожалуйста, маме не говорите. Она волнуется. Она знает, что у меня есть подружка, но думает, что она выдуманная. Что она мне только снится.       — Ну и пусть, малыш, не спорь с мамой.       — Я не спорила, нет, никогда! — девочка затрясла головой, — Но сейчас… сейчас по-другому. Я чувствую, я знаю, случится что-то страшное.       — С кем, малыш? С тобой? С мамой? Ты тревожишься?       — Нет… С Нежкой… и… ещё с кем-то... я... я не знаю. И Нежка не знает. Она только чувствует. Она хоть и высоко, но не всё видит. Просто иногда чувствует, что что-то будет — хорошее или не очень. Вы поможете?       — Я постараюсь, Вета. Постараюсь. Ты только не волнуйся. Иметь друзей — это прекрасно. Неважно, кто они и где они. Главное, что ты их любишь. И они любят тебя. Вот послушай одну сказку. Она грустная. Ты не боишься грустных сказок?       — Нет! Мама мне много рассказывала. Она рассказывает про эльфов. А почти все сказки про эльфов грустные. И сама мама часто грустит. Когда их рассказывает, даже плачет. Вы не будете плакать, дядя Лёв? Вы хороший, я не хочу, чтоб вы плакали.       — Нет, Вет. Я плакать не буду. Во всяком случае здесь, с тобой. Эта сказка про одиночество и дружбу. Про любовь. Про то, как часто мы не замечаем их, хоть они совсем рядом.