a cup of tea

Следующие несколько дней прошли спокойно. Вот только хорошая погода закончилась также быстро, как и началась. Все радостно выдохнули, надеясь, что капрал не будет заставлять тренироваться в таких мерзких условиях и пощадит, а может даже даст несколько дней отдыха. Заслуженного между прочим! Но все их надежды полетели в бездну с хорошим настроением Аккермана. Он был ещё более раздражителен и придирчив ко всему, поэтому заставлял курсантов драить весь корпус. По несколько раз! — Микаса, тебе не кажется, что с капралом что-то случилось? Он всегда груб и требователен, но сейчас это переходит все рамки обычного, — сказала Ленц, протирая уже несколько минут одну и ту же полку, потому что, видите ли, как смешно бы это не звучало — поднявшаяся пыль оседает и загрязняет поверхность, а для капрала это недопустимо. — Тебе кажется. Хотя, может, на него погода так влияет, — Пожала плечами Аккерман. На самом деле ей было плевать на него и на его дерьмовый характер. Последние несколько дней азиатка вообще старалась избегать капрала, что давалось весьма трудно, так как он постоянно вызывал ее к себе разбирать отчёты. Но ей все же удалось снизить их общение на «нет». Да, Микаса до сих пор злилась на то, что он сделал с Эреном — хоть на нем все зажило, однако пару дней в лазаретте он все же пролежал. Микаса пыталась навещать Эрена как можно чаще и продолжала корить себя за то, что не смогла дать отпора коротышке. Поэтому в свободное время, которого практически не было, Аккерман тренировалась либо в зале, либо на тренировочной площадке, совершенствуя свою физическую подготовку. Уж что бы там не думали про себя курсанты, но причина такого хмурого настроения у мужчины действительно была. И была она до жути проста — Аккерман. Ривай понял, что начал что-то к ней испытывать. Он буквально ощущал, как его уже давно похороненное сердце со всеми запертыми чувствами начало давать о себе знать. Он был уверен, что неспособен на это. После смерти близких ему людей он старался закрыть все эмоции на замок, отдавая всего себя работе. И у него это хорошо получалось. До этого момента. Виной ли это постоянная неподчиненность, непокорность, упрямство и холодное безразличие вперемешку с ненавистью, которые он лицезрел во взгляде подчинённой — он не знал. Однако отрицать того, что эта несносная особа пробудила в нем чувства, которые, до сего момента, находились в глубокой спячке было глупо…и по-детски. Аккерман не был святым. Опыт в «общении» с девушками он имел весьма богатый, ещё с тех времён, когда он жил в Подземном городе. Но ни одна женщина не смогла его привлечь, или как-то зацепить. Все они были одинаковые: пустые, однообразный, готовые за плату сделать все… А иногда и не за плату. К чему лукавить, Аккерман славился среди особ женского пола. Только удовлетворения это ему не приносило. Он решил выяснить, чем же, собственно говоря, отличается от борделевых шлюх Аккерман. Поэтому начал наблюдалть. Наблюдал за тем, как она носится с Эреном, как ее тонкие пальцы разбирают бумаги, лежавшие на столе капрала, как она утыкается носом в злополучный шарф (который Ривай давно хотел сорвать с ее шее и сжечь), когда ветер дует ей в лицо, развивая волосы. Но больше всего ему нравилось смотреть на ее тренировки. Окна кабинета Аккермана как раз так удачно выходили на тренировочную площадку. Видя, как во время дождя Аккерман нарезает круги, отжимается и качает пресс, Ривай получал особое извращённое удовольствие. Его завораживало, как по ее волосам стекают капли дождя, как мокрые волосы обрамляют ее красиво лицо. Он злился на себя и отрицал очевидное, срываясь на ни в чем неповинных солдат. А когда, проснувшись посреди ночи в поту с со стояком, вспоминая черты лица и тела обнаженной брюнетке, ожидавшей его во сне, выдохнул и, прикрыв глаза ладонью, наконец понял, что влип окончательно. После этого Аккерман искренне признался себе — он увидел в Аккерман женщину. Красивую, желанную им женщину. Вот только эта женщина ненавидела его всеми фибрами души и, Аккерман был уверен, не раз представляла себе, как отправляет безоружного капрала пинком за стену, где его ожидают гиганты, помахав ему в след ручкой и дьявольски улыбаясь. Он надеялся,что это все временно и в скором времени он ее забудет. Специально пошел в дорогой бордель, думая, что это из-за долгой выдержки. Ни черта не помогло. " Ну и что мне теперь блядь с этим делать?»