Прости, прощай

Пиздец. Вся эта ситуация была сплошной катастрофой для него. «Как это, блять, вообще получилось?» — не понимал Бакуго. У каждого человека после шестнадцати лет на запястье появляется имя его соулмейта. Имя его родственной души. У Кацуки это был Мидория Изуку. Деку. Это он узнал лишь сегодня, проснувшись и почувствовав лёгкое жжение на руке. Мидория Изуку является родственной душой Бакуго Кацуки. Для Каччана это звучало как ни капельки не смешной анекдот. Если бы кто-то так пошутил, то он бы взорвал этому сумасшедшему лицо и послал бы лечиться в психушку. Но судьба, видимо, была любительницей нестандартных шуток, что нисколечко не радовало парня. Наоборот, он понял, что это самый ужасный день его не такой уж и радостной жизни. Они не могут быть вместе. Не получится. Не после всего того, что между ними было. У них не может быть любви после той всепоглощающей ненависти и издевательств со стороны Бакуго. Они сами всё испортили. «Да, не только я в этом виноват. — убеждал себя парень. — Если бы этот чёртов Деку не был таким слабаком, таким задротом, может быть я к нему бы и не так часто придирался и не так бы сильно презирал и ненавидел его». Кацуки не любил взваливать всю вину лишь на свои плечи. «Сука... Я же действительно, в какой-то степени, виноват...» — хмурясь, с трудом сознаётся перед самим собой Каччан и зарывается лицом в свои ладони, желая раствориться из этого мира, чтобы не чувствовать больше всей этой разъедающей изнутри ситуации. Чёрт. Он, облокотившись на стену и обессиленно откинув голову назад, еле сдерживается от того, чтобы взорвать всё к чертям собачьим, поигрыет взрывами на ладонях, чтобы хоть сколько-нибудь прийти в себя. И он решает разорвать связь, то есть игнорировать Мидорию. Лишь сказал ему «Я никогда не буду с таким как ты. Чего бы мне этого не стоило, понял?» и ушёл, не дождавшись ответа, а в голове проскользнула отдающая горечью мысль — «Прости, прощай». Больше он не обращал на него внимания, даже не кричал и не издевался, как раньше, будто его больше не существовало для него. Это вызывало у Изуку двоякие ощущения. С одной стороны он был рад, что теперь не попадается под горячую руку Каччана, но с другой... Это было хоть какое-то внимание его соулмейта, обращённое на него, но теперь и оно пропало. Разрыв связи плохо сказывается на обоих соулмейтах. Нередко такое даже приводит к летальному исходу. Но и на это Бакуго плевать, ведь он не сможет исправить отношения с Деку. Ему это просто не под силу. Их отношения не удастся сгладить, даже при всём желании, которое было лишь у Мидории, а должно быть у обоих. Чёртов Деку. Ему уже так плохо без него, но он слишком горд, чтобы идти к нему и унижаться перед ним, давать понять, что он, Кацуки, нуждается в нём, в Изуку. Ненавижу. Ему хочется скулить от безысходности, от чёртовой душевной боли, как побитой собаке. Он еле сдерживается от этого, оставаясь верным себе, то есть сильным и несгибаемым. И не нужна ему никакая родственная душа. Он останется один на один со своими демонами. Больше никого. Они сами всё испортили. Особенно Кацуки. Он понимал это, но решил не менять, потому что знал, что изменить ничего не получится. Слишком поздно.