Thursday

      После той ночи что-то внутри меня замкнуло. Каждый день я больше и больше уходила в воспоминания о Калуме. По сотни раз прокручивала всё, что происходило между нами. Я думала о нём, не переставая. С каждой минутой, с каждой секундой только больше терялась в мыслях о нём. Я ломалась внутри каждый раз, когда видела его. И он всегда появлялся в те моменты, когда я оставалась одна. Не стучась, с грустной улыбкой он проходил в спальню и успокаивал меня. Я не чувствовала, что это призрак или плод моего воображения. Не было того холода, той пустоты, что свойственна иллюзиям. Я чувствовала его. Я чувствовала его объятья, чувствовала его горячие дыхание, чувствовала, как он с любовью шептал мне на ушко подбадривающие слова, чувствовала его переживания. Для меня он был живее всех живых!       Эта грань между реальностями угнетала меня. Сейчас я точно знала, что рядом со мной человек, который должен быть совсем в другом мире. Он не должен быть здесь, не должен успокаивать меня, не должен доказывать своё существование. После очередной истерики я засыпала в его объятиях, а просыпалась в объятьях Эштона.       Я теряла себя. Терялась в реальности. Большинство радостных моментов жизни стали просто исчезать из моей головы. Я стала забываться. Я не помнила, что было 5 минут назад, не говоря уже о вчерашнем дне. Мой внешний вид резко ухудшился: отёкшее лицо из-за постоянного плача, исхудавшее тело из-за отсутствия аппетита, бледная кожа из-за нежелания выходить куда-либо. Мне казалось, что я всегда одна. И лишь Калум готов быть со мною вечно.       В день, когда нам нужно было идти к провидице, на удивление, было солнечно. Словно погода радовалась тому, что сейчас всё решиться. Количество людей на улицах резко увеличилось. Не смотря на то, что сегодня рабочий день, большинство сбросили с себя плюшевые свитера и, облачившись в купальники, побежали на пляж. Даже кондиционер в машине не спасал нас от этой жары. Эштон молча вёл автомобиль. Он просто не знал, что сказать. Он понимал, что сейчас мы не одни, что сзади нас сидит ещё один человек. Забавная и пугающая ситуация. Ты знаешь, что кто-то рядом, но не можешь увидеть его. Это ощущение порождает паранойю. По прибытии парень встревожено взглянул на меня. В его глазах читался вопрос «Он здесь?». Я обернулась, но Калума не было. Он словно знал, о чём думал Эш. Я отрицательно покачала головой и, взяв его за руку, с улыбкой начала: — Он отошёл, — для Ирвина это ещё звучало абсурдно. Видно, что что-то внутри него продолжало отрицать всё происходящее. Но его попытки скрыть это были безуспешны. — Хорошо, — он нелепо улыбнулся, — Даже не вериться, что нам пришлось обратиться к гадалке, — с усмешкой проговорил Эш, но в туже секунду он стал более серьёзным, — Ты как себя чувствуешь? Всё хорошо? — Д-да, — неловко ответила я. — Точно? Просто, — он выдержал небольшую паузу прежде, чем продолжить, — В последнее время ты сильно изменилась. Ты совсем ничего не ешь, не можешь спать. Из-за этого провалы в памяти. Ты думаешь, я не замечаю? Я вижу, как ты постоянно забываешься. И это не просто «ой, куда я положила ключи?», это уже серьёзно. Ты забываешь меня, моё имя, ты даже своё забываешь порой. Ты сильно похудела. Стала такой бледной. В твои мешки под глазами можно складывать картошку, — Эштон хотел сказать что-то ещё, но я перебила его: — Эш, сейчас мы всё узнаем. Уверенна, что нам помогут, — я крепче сжала его ладонь.       Парень только тяжело вздохнул. Он больше не промолвил ни слова. Эштон поспешно вышел из машины, аккуратно захлопнув дверь. Я последовала за ним. Уже подходя к нужному месту, рядом показался Калум. — Ничего нового она тебе не скажет, — скептически начал Худ, что странно, ведь изначально он был инициатором данной затеи. — Это просто очередная шарлатанка. — Мы должны хотя бы попробовать, — шёпотом проговорила я, уже понимая, что, вероятно, для других я говорю сама с собой.       Мы оказались в небольшом помещении. Запах ладана и жжёных трав тут же ударил в нос. Тусклый свет нескольких горящих свечек заполнял пространство. Вокруг стояли стопки книг в кожаных обложках. Вся комната была завешана ляпистыми тряпками. В углу стояли большие деревянные часы с маятником. Они монотонно тикали. Антикварная мебель добавляла атмосферы этой комнате. Обстановка переносила сразу на несколько десятилетий назад. Посреди стоял большой круглый стол под цвет красного дерева. На нём лежал ещё один яркий платок. Женщина средних лет азиатской внешности медленно перемешивала колоду карт, не обращая на нас никакого внимания. Её красное платье с внушающим вырезом на груди смутило не только меня, но и Эштона. — Добрый день, — начал парень. — Не ты за ответом пришёл, — сухо ответила женщина. — Она, — она резко указала на меня пальцем и, наконец, посмотрела на нас.       Может вся эта атмосфера давила, а может, действительно, есть что-то мистическое в её взгляде. Пока она разглядывала меня, знакомясь с моей внешней стороной, я прочувствовала, словно в моей голове хорошенько пошарили и сейчас потихоньку вытягивают нити воспоминаний. И абсолютно все мысли были только о Калуме. Все положительные эмоции когда-либо вызванные им, все яркие воспоминания с ним предстали перед глазами. — Я не чувствую ничего от этого человека? Давно он мёртв? — женщина будто читала мои мысли, а я стояла в ступоре, не зная, что сказать. — Ну? — надавила она, но тут быстро затараторила. — Стой! Вот-вот-вот. Он мёртв, но ты его видишь. — Да! — восклицая подтвердила я, после немого ступора от осознания её слов и осознании того, что она сейчас увидела всё, что видела я. — Так ты не его видишь, — она продолжила помешивать колоду. Тут же она вытащила одну из карт. Предо мной пристал престарелый мужчина в балахонистой и потрёпанной временем мантии. Его лицо было закрыто огромным капюшоном. В руках горел фонарь. — Отшельник. В перевёрнутой позиции, — женщина указала мне на стул напротив неё.       Я села. Только Эштон хотел повторить за мной, как женщина резко махнула рукой в его сторону, отгоняя от места. В это время Калум, который был всё это время рядом, сел на соседней стул. — Ты мешаешь! — фыркнула она на Эштона. — Лучшее выйди! Твоя энергетика и на то такая сильная, что сбивает меня.       Парень озадачено посмотрел на меня. Но после моего одобрительного кивка, указывающего, что я бы не стала перечить провидице, он поспешно вышел. Я заметила, что ему не понравилась реакция женщины. И готова поспорить, что он огорчился, и теперь его доверие к ней ещё больше упало. — Видишь карту? — как Эш вышел, женщина продолжила. — Она описывает тебя. Теперь карта, описывающая твою проблему, — она вытянула следующую. На ней фигурировал всадник, держащий какое-то знамя. — Смерть. Прямое положение. Ты думаешь, что потеря это единственная проблема сейчас? — не дожидаясь моего ответа, она вытащила третью карту. — Луна. Моя милая, — провидица вновь подняла на меня взгляд. И в этот раз он был полон сожаления.       Как только она взяла мою ладонь, страх накрыл меня. Калум уже несколько раз пожалел, что согласился на этот сеанс. По его виду было понятно, что он тоже совсем не осознавал происходящего. Увидев, как женщина тянется ко мне, он резко схватил меня за руку. И впервые, я почувствовала, как от его прикосновения пробирает холод. — Вот он! — провидица обернулась к Калуму. — Это маленькое серое пятно! ХАХАХА! — она в эту же секунду громко засмеялась. Её грубый и пугающий смех зазвенел в ушах. — Это меня она назвала «серым пятном»?! — оскорблённый высказыванием Кэл, возмущённо воскликнул, обращаясь ко мне. От злости он крепче вцепился в мою руку, что я крикнула: — Ай! Больно! — Прости, — с сочувствием ответил Калум и нехотя отпустил меня. — Ты что делаешь?! Синяк же будет! — провидица словно не слышала наш разговор. Когда я снова обернулась к ней, она продолжала держать меня за руку. — Что? — недоумевающе спросила я. Калума рядом уже не было. — Ты резко схватила себя за руку и надавила со всех силы, — хоть женщина была сама напугана, она старалась говорить размеренно и спокойно, пытаясь не напугать меня.       Но я ничего не могла понять. Рядом со мной сидел Кэл, который вцепился в меня потому, что его назвали «серым пятном». А сейчас мне говорят, что я сама вцепилась в себя. Всё, что я осознавала в данный момент, — так это то, что у меня откуда-то взялся красный след на руке. — Моя дорогая, похоже ты создала тульпу, — поглаживая меня по ладони продолжала говорить женщина. — Это создания, которых мы можем сами оживить за счёт своего сознания. Но твой тульпа — это не мифическое существо. Я не видела его. Я только чувствовала его ауру. Она очень слабая. — Он ушёл, — немного отойдя от недоумевающего ступора, ответила я. — Почему он появился? Я не совершала никаких обрядов. Я не делала никах заговоров. Я просто жила обычной жизнью. — Чтобы создать тульпу не нужно совершать никаких обрядов. Видно то, что создала ты, — это твоя защитная реакция на резкую психологическую встряску, — увидев, что я пришла в себя, провидица снова заговорила своим серьёзным мистическим голосом. — Скажи, этот человек был дорог тебе? — Да. Он был моим лучшим другом. Но даже не просто другом. Он понимал меня лучше всех. Мы могли общаться с ним часами и это никак не надоедало нам. И знаете, — смешанные чувства печали и радости настигли меня, — мы виделись каждый день в той уютной кофейне. Каждый день в одно и то же время. Мы виделись, чтобы просто помолчать. Там были панорамные окна с видом на город. И каждый раз мы садились рядом. Каждый раз мы заказывали одно и то же. И просто любовались этим видом. Даже после его смерти, я приходила туда. Он ждал меня там каждый день, — снова вспомнив о том, что для меня этот человек никак не мог быть мёртв, меня накрыло волной непонимания и отрицания всего происходящего, — Если он мёртв, то кто тогда каждый раз приходит ко мне? Кто продолжает заботиться обо мне? Кто продолжает поддерживать и верить в меня? С кем я говорю? Ведь я чувствую каждое его прикосновение! — Видишь? — женщина, выслушав меня внимательно и никак не отреагировав на мои резкие смены эмоций, указала на карту Луны. — Ты построила вокруг себя нереальный мир. Ты воспринимаешь его только так, как представляешь. Словно ты прописала всё до точных подробностей и сейчас следуешь этому. Не просто воспринимаешь мир по-своему, а живёшь в собственном мире. Тот парень, я вижу, что он был очень дорог для тебя. Но начнём с того, что для начала тебе нужно принять его уход. Иначе твой тульпа только окрепнет. Ничем хорошим это не закончится. — Но я не могу его просто отпустить. Этот человек сделал для меня слишком много, — внезапно страх охватил меня. — Как я могу отпустить его? Он же реален для меня. — Ты живёшь среди двух миров. Так нельзя. Конечно, я не психолог, чтобы помочь тебе выйти из этого состояния. Но я могу точно сказать, что тебя ждёт, если ты продолжишь принимать своего тульпу, — она собрала предыдущие карты и снова принялась помешивать их, а затем, так же, поочерёдно начала вынимать одна-за-одной. — Влюблённые. Тройка мечей. Пятёрка кубков. Посмотри на эту карту, — провидица твёрдо указала на первую. — Прекрасная карта. Буря эмоций. Любовь. Ты найдёшь поддержку и понимание. Но эта карта несёт выбор. И как я вижу ты выберешь эти новые эмоции. Ты выберешь его, о ком мы сейчас говорим. Влюбишься в плод своего воображения. Он станет твоим верным другом. Он будет всегда рядом с тобой. Но я хочу сказать одно: тульпа — это не живое существо. Оно представляет из себя то, что хочешь видеть ты. Для тебя изначально он станет идеалом, потому что таким его видела ты. Заботливый, всегда готовый прийти на помощь. Твой верный пёс. Со временем он окрепнет. У него появится собственное сознание, как тебе покажется. Появятся собственные потребности. Все те качества, которые ты приписывала ему, будут только утрировать. Он станет невыносим. Тройка мечей, — её палец оказался на второй карте. — Разбитое сердце. И что тут говорить? Ты пожалеешь о своём выборе. Но будет поздно. Тульпа уже обрёл своё сознание. Он уже что-то представляет для тебя, а ты для него. Ты так и будешь метаться между двумя мирами. Он будет тянуть тебя к себе. Ты не сможешь разделить свою проблему с другими, ведь для них его просто нет. И ты останешься одна, — медленно она указала на третью карту. — Вот о чём говорит пятёрка кубков…       После её слов немой ужас настиг меня. Внутри всё перевернулось. В эту же минуту я осознала, почему каждый раз, когда я видела Калума, я забывалась. Я словно проваливалась в другой мир. Иногда, когда я возвращалась в реальность, я понимала, что его нет. Но осмысление того, что я говорила с ним несколько минут назад, заставляло меня колебаться и сомневаться в том, что я вижу, слышу и чувствую. — Как мне избавиться от этого? — спустя пару минут после осмысления сказанного провидицей, спросила я. — Твоя проблема не настолько запущена, — женщина тяжело поднялась со своего места. На её талии был подвязан ещё один цветастый платок с, уже потрёпанной временем, бахромой. Хромая на правую ногу, она, не торопясь, подошла к одному из своих высоких старинных шкафов и достала от туда маленький чёрный мешочек. — Я бы посоветовала сходить к специалисту, который поможет тебе справиться с этой проблемой. Психолог, психотерапевт. Кто там ещё? — пошарив на полке ещё немного, она направилась обратно. — Это даже хорошо, что ты пришла ко мне намного раньше, пока твой тульпа ещё просто проекция твоего сознания. — Но мой парень тоже видел его, — я резко вспомнила позапрошлую ночь, когда Эш застал меня за разговором с Кэлом. — Как? — недоумевая, спросила провидица. — Это было два дня назад, поздно ночью. Я разговаривала с Калумом, как говорите вы, моим тульпой. Он пришёл ко мне снова. Я помню, что говорила о том, как мы поругались с моим парнем. И мне казалось, что он вновь уехал и оставил меня одну. Но это было не так. Мой парень спал наверху. И от нашего разговора он проснулся. До этого я никогда не видела их сразу вдвоём. Только каждый раз, когда оставалась одна. Мой парень сейчас очень много работает, поэтому я часто провожу вечера в одиночестве. До той ночи, я говорила ему, что вижу нашего друга. Но он мне не верил. И в этот раз, в попытке доказать, я навела фонарик на Калума, и мы увидели его тень. — Так это из-за того, что это был пик твоего эмоционального напряжения. Каждый раз, когда ты взаимодействуешь с ним, ты материализуешь его. И чем крепче эмоционально вы связанны, тем более он материален, — всё с той же холодностью говорила женщина. — Видно, сейчас ты была не так сосредоточена на нём, что я так плохо прочла его ауру. Точнее, это твоя аура. Когда ты создаёшь тульпу, твоя аура, как бы, двоится, — быстро объяснила провидица. — Держи, — она протянула мне тот самый мешочек. — Здесь лесные травы. Добавляй их понемногу в чай. А перед сном заваривай только их и выпивай залпом стакан. Они помогут тебе успокоится. — Спасибо. — Ты можешь идти. И позови своего парня. Ведь он твой парень? — она была уверенна в своих словах, но, все равно, уточнила. — Да. — убрав травы в сумку, я поспешно начала собираться. Атмосфера начала меня снова пугать. — Его аура такая мощная. Он дополняет тебя, — провидица улыбнулась напоследок. — Ты сейчас очень слаба. И именно он поможет тебе разобраться с этим. — Спасибо. До свидания, — ещё раз поблагодарила я и, попрощавшись, вышла из этого пугающего кабинета.       Выйдя на улицу, я почувствовала облегчение. Свежий воздух ударил в нос. Состояние находящей паники ушло. После подобных визитов некоторое время преобладают неприятное состояние тревоги и немного параноидальных мыслей (конечно, ведь твой разум раскрыли и прочитали, как книгу). Увидев меня, Эштон вышел из машины. Он сразу же направился в мою сторону. И сейчас я только ждала того, чтобы оказаться рядом с ним. — Всё в порядке? — спросил он, подойдя ближе. Вид у него был обеспокоенный. — Я не знаю, — отдышась, ответила я. — Она просила тебя подойти к ней. — Хорошо, — я ждала более грубую реакцию после слов провидицы, но парень в этот момент был слишком озабочен моим состоянием. — Вижу, что тебе не очень хорошо. Пошли, провожу тебя. — и взяв под руку, он аккуратно повёл меня к автомобилю.       Эштон пробыл у провидицы недолго. Но когда он вернулся на нём совсем не было лица. Он молча сел в машину. И я не спешила начинать разговор. Даже не взглянув на меня, он завёл автомобиль. Но тут же повернул ключ зажигания в обратную сторону. Я непонимающе смотрела на него. Эш старался прятать своё лицо от меня. Он то нервно топал ногой, то постоянно ёрзал на кресле, то что-то пытался разглядеть в толпе прохожих. Я не понимала обозлён он или расстроен. — Прости, — спустя несколько минут молчания, начал парень. Он сказал это негромко, почти шёпотом. Его голос дрожал. Я понимала, что он готов заплакать. Но он держался. — Эй, — я осторожно взяла его за руку, которой он сейчас крепко вцепился в руль. — Тебе не за что извиняться. — Ты же помнишь ту ночь? — Эш резко обернулся ко мне. Его щёки покраснели и это говорило о том, что он на грани срыва. — Когда мы поругались? Ты, я и Кэл. Я уехал. Оставил вас двоих. Я знал, в каком состояние тогда был он. Но все равно сказал столько лишнего. — Эштон резко дёрнул свою руку от моей и, снова с громким стуком вцепившись в руль, уткнулся лицом в рукав своей кофты.       Страх, отчаянье, тревога, ужас — все эмоции смешались. Всего секунду назад я не помнила абсолютно ничего с той ночи. Я боялась вспоминать об этом. А сейчас…