Мафия

Собравшись после праздника, ребята медленно, не спеша направлялись домой, под лунным светом. Кто-то остановил Микасу, прикоснувшись к ее кисти. Это оказался бездомный, который расспрашивал о благотворительных акциях. Азиатка уважала личное пространство, не нарушая правила этикета, но сжалившись над бедным видом этого человека, девушка объяснила маршрут. Леви, прищурившись, наблюдал за этим человеком, что так внезапно появился в поле зрения, но голос красношарфой вывел его из раздумий. Добравшись до базы, все окончательно уснули, сразу после прикосновения к подушке. ** Наступило утро. Все было бы хорошо, если бы не одно «но». За одну ночь на руках девушки, появились фиолетовые пузыри. Без сомнений, это была фиокислотная инфекция. Саша, проснувшись ранним утром от бормотания и стонов Микасы, открыла глаза. Брюнетка широко раскрыв глаза, не могла поверить факту: ее соседка не могла спокойно спать, постоянно ворочаясь во сне, а благодаря майке, Блаус могла четко разглядеть волдыри. Даже не успев до конца проснуться, и прийти в суровую реальность, брюнетка резко встала с кровати, несмотря на подступившую темноту в глазах, она шла вперёд. Бегая по холодному полу, с босыми ножками, брюнетка в буквальном смысле, ворвалась в комнату Кристы и Энни, громко разбудив их своим визитом. -Что такое? - Сонный голос Кристы. Закрыв белой подушкой свои уши, блондинка отвернулась к стене. -У Микасы фиокислотная инфекция! Ей нужна помощь, Криста, срочно, проснись! - Саша была в панике, она не знала, как помочь своей подруге. Брюнетка и забыла, что всего 3% людей, могут одолеть эту страшную болезнь. Резко проснувшись от этой новости, Энни с Кристой начали одеваться, взяв с собой толстые перчатки и маску, так же надев длинный халат, блондинка пулей выскочила из комнаты. Зайдя в комнату, блондинка так и застыла на пороге. Опять. Сколько ещё жизней, заберёт это проклятая инфекция. Криста понимала, что она ничем не может помочь азиатке, блондинка, на данный момент бесполезна. Осознавая свою беспомощность, она все же встала перед Микасой. -Микаса, проснись, - навсякий случай, чтобы не заразиться, блондинка потрепала ее по плече, используя медицинскую перчатку. Открыв глаза, и тяжело дыша, Аккерман посмотрела на Ленц, задавая вопрос своим взглядом. Грустный взгляд подруги, напугал ее. -Что случилось ? - пристав на локти, что волосы спустились по плечам, азиатка уставилась и на других девушек. Никто не смог произнести это вслух. Слишком тяжело было осознавать, что в ближайшие дни, прекрасная девушка, в чьих глазах горел огонь, исчезнет, не оставляя и пепла. -У вас такой взгляд, будто кто-то умер, не тяните, что... - не успела она договорить, как случайно взглянув на себя в зеркало, что стояло в конце комнаты, где отражала место кровати Микасы, она поняла причину опущенных взглядов подруг. Как ни странно, первая мимолётная мысль была о том, что скоро она умрет, как и почти все больные люди. А затем, что будет с Леви? Что он будет чувствовать, оставшись один? Опустив свою голову, азиатка тихо прошептала, но все ее услышали: -Не подходите ко мне. - Уберечь своих родных и близких любой ценой. -Микаса, если я осмотрю, не затрагиваясь голой кожей, то все будет хорошо. - Да, болезнь была заразной только в том случае, если здоровый человек касался своей кожей, открытой части тела больного. Но фраза «все будет хорошо» явно была обманом, максимум, что может сделать абсолютно любой врач - дать обезболивающее. Криста хотела начать медосмотр, чтобы понять, насколько болезнь успела прогрессировать за ночь, но Микаса не дала ей этого сделать, укрывшись одеялом, и отвернувшись от всех, словно от внешнего мира. *** Леви, привыкший просыпаться в 4 утра, был явно удивлен, когда кто-то проснулся так рано, и стучит в дверь. Отличная интуиция подсказывала мужчине, что произошло нечто нежелательное, и не вовремя. -Войди. - Отстранившись от бумаг, капитан наливал себе черный чай. Войдя в кабинет лидера, Криста и не знала, с чего начать. Затупив свой взгляд на потолке и диване, врач так и стояла посреди комнаты. -Что случилось? Сразу к делу. - Леви равнодушно опустил свой взгляд на бумаги, макая дорогое перо в чернилу. -Микаса, она... - Пишущая рука Аккермана остановилась, чёрное пятно на качественной бумаге, увеличивалась. Сердце на несколько миллисекунд, пропустил быстрых и больных ударов. -Что с ней? - Голос, как всегда был равнодушным и спокойным, но душа опускалась все ниже, как человек, который бросается с обрыва. -У нее фиокислотная... - не успела девушка договорить, как Ривай, быстро встав со стула, огромными шагами направился к выходу, но блондинка остановила его, передав ему чистые перчатки, со словами: «Нельзя прикасаться кожей». Капитан бежал к ней, в комнату, по пути надевая то, что отдала Криста. И даже не соизволив постучаться, парень отбросил манеры на второй план, резко ворвавшись в личное пространство, капитан застал ее читающую очередную книгу про психологию. Нет. Чересчур спокойная реакция любимой, сначала казалось, будто все хорошо, но Криста не тот человек, обожающий шутки и черный юмор. -Если ты, в курсе, то не трогай меня. - Микаса даже не подняла глаза, спокойно перечитывая строки. Леви оцепенел от ее реакции, ей что, жизнь совсем не дорога? Человек, который знает, что скоро умрет, сцепляется за каждую ниточку жизни, делая все, чтобы остаться в живых. Но, она сидела, как и раньше, ничего не предпринимая. Капитан сел напротив нее, но азиатка упорно пыталась игнорировать его присутствие. Не стерпев, Аккерман выхватил из рук Микасы книгу, и посмотрел прямо в глаза, где увидел немного покрасневшие от слез глаза. Азиатка сразу отвернула голову, смотря в окно, за которым цвели ароматные цветы. Она четко помнит тот день, когда некая пожилая женщина предсказала ей умрет, кто же знал, что это окажется правдой? «Если твой возлюбленный не переступит свою гордость, ты умрешь» - Микаса поняла смысл этих слов. Лекарства есть только у мафии. Но, гордость Ривая - превыше всего. Он лучше умрет, нежели пойдет за помощью к мафии. Больше всего, сейчас она хотела жить. Жить для себя. Всю свою жизнь, она ни о чем не задумываясь, Микаса яро защищала брата, бесстрастно убивала людей, помогала Леви и с его целью. Сейчас, она поняла, что оставляла себя на второе место, позабыв о своей мечте. Если бы, кто-то спросил у нее, что она хочет больше всего на данный момент, она бы без раздумий ответила: «Жить». Леви, подойдя к ней чуть ближе, укрыл одеялом, слишком холодное тело во время лета, казалось нечто безумным, но было ясно лишь одно, - симптомы болезни проявляются. *** -Сколько она сможет протянуть? - Леви беспокоился о ее здоровье больше всех. Изолированный больной человек, находился в комнате один, где приходила лишь Криста, закрывая все свое тело, дабы случайно не соприкоснуться с ней, и заразиться. -Не могу сказать точно, в среднем, после заражения дня четыре-пять, не более. - Немного раскрасневшиеся глаза Кристы, выдавали, что она сильно беспокоиться о товарище. Что чувствует человек, когда не может помочь страдающему, хотя и видит его невыносимые мучения?! «Хотя я и врач, я ничем не могу помочь»-единственная мысль, которая круглосуточно крутилась в голове блондинки. Все, что может дать лучезарная девушка - это обезболивающее. Леви, сжав кулаки так сильно, что побелели костяшки, направился в свой кабинет. Войдя в него, и заперев дверь, капитан швырнул в пол все бумаги, книги, газеты, кружку, словом, все что было на столе одним взмахом. Затем и взяв меч, разрезал стол и диван пополам. Ваты так и порхали, как беззаботные облака, плывущие по небу. Парню было невыносимо. Терять ещё одного близкого человека. Терять своих товарищей, один за другим, не имея и возможности оторвать из лап смерти, было слишком больно. Разгромив весь свой кабинет, мужчина направился в спальню, где были звукоизоляционные стены, Аккерман крикнул изо всех сил, что горло ныло от боли. Меч на руке выпал на деревянный пол. Это случилось не впервые, мужчина никогда об этом не рассказывал и не показывал. «Меч стал тяжелее»-Аккерман несколько месяцев заметил, что перед тем, как замахнуться мечом, или взять пистолет, оружия становятся тяжёлыми, а рука дрожит, начиная с кончиков пальцев до самых плеч. Он устал. Устал убивать. Но, если он перестанет проливать чью-то кровь, его просто убьют, не оставляя и праха от тела, а товарищей, ждёт та же учесть. Вздохнув полной грудью, капитан ногой открыл дверь, что она уже сломалась от сильного удара, капитан направился на поиски того бродяги, который вчера прикоснулся к руке Микасы. Аккерман был уверен, что он является источником распространителя инфекции, из-за которого сейчас, азиатка умирает прямо на его глазах. Он четко помнит, что бродяга спрашивал дорогу к благотворительным акциям, если он соврал, найти его будет, проще простого. Расспросив на месте о том человеке, официантки с большим удовольствием рассказали ему о каждой мелочи, и даже то, что он чуть ли погром не устроил, разбрасываясь бумажными деньгами. -Куда он ушел? - внешняя оболочка парня так и пугала некоторых посетителей, что они отдалившись от него, на несколько метров, переливались меж собой. -Он, вроде бы говорил, что хочет расстратить деньги, в свой последний день. Из-за пьяного состояния, он не смог встать, поэтому, охрана выставила его за дверь. - Девушка пыталась вспомнить все подробности того вечера, только чтобы подольше радовать свои глаза, видом этого прекрасного незнакомца. -Я что-то не видела тебя здесь, не хочешь познакомиться поближе? - уверенная официантка так и липла к Аккерману, пытаясь соблазнить мужчину, видя его красивые черты лица и мускулистое тело, которое прятала лишь тонкая черная рубашка, и брюки, такого же цвета, с длинным плащом с расстегнутым замком, а кожаная обувь, что являлось свидетельством о безупречных финансах, притягивали молодых девиц. Но, его холодную натуру и безразличие, нельзя было сломать. Единственный, кто смог коснуться его сердца, была и будет Микаса Аккерман. Такой же хладнокровный человек, с большим сердцем, скрывающий свои истинные эмоции от окружающего мира. -Отвали, - встав со стола, получив нужную информацию, парень направился на местоположение бездомного. Обладая высоким интеллектом, и хорошей интуицией, парень направился в переулок для бездомных. Человек, оставшийся на улице, на произвол судьбы, всегда ходил к этим местам. Здесь, бездомные строили свои шалаши, готовые перегрызть глотку всем, кто дотронется элементарно до его доли пищи. Дойдя до этого места, парень сморщил нос, открыто выражая свое презрение и брезгливость. Мужчина ненавидел людей, сдавшиеся от ударов жизни. Как никто другой, он понимал, как трудно, порой невыносимо терпеть бродячий образ жизни, но если смог один, сможет и другой. Не успел он завернуть до конца улицы, как нашел спящего того грязного мужчину. Бродяга лежал на холодной земле, держа в руках крепкие виски, на удивление, которое производились в Марии, Ривай понял, что это была не случайность. Пнув его ногой в живот, но не получив никакой реакции, Аккерман догадался, что лежащий мертв, и на всякий случай, проверив пульс на шее, окончательно убедился в своих убеждениях. Рассмотрев его тело с высока, от Аккермана исходила, будто ужасно черная аура, готовая растерзать человека, как дикий зверь. От инфекции, тело погибшего весь был в фиолетовых пузырях, от трупа уже начала исходить вонь, где понемногу, собирались мухи. «Ему оставалось недолго, но откуда у него были деньги, которые он разбрасывал на акции, к тому же, откуда виски из Марии? Ответ лишь один, - за это заплатили, взамен, он заразил Микасу, урод» - Аккерман, не сдержавшись, достал из кармана зажигалку, и сжёг его тело, смотря, как ветер уносит его прах, в дальнюю неизвестность. Возвращаясь к базе, он не знал, как поступить. Пойти к мафии с просьбой помочь, - равняется суициду, ещё и лишится гордости, которую он хранил с самого детства. Но, смотреть на гибель любимой, он тоже не собирается. Дойдя до базы, парень опустился на диван, на котором мирно читал книгу Арлерт. -Собираетесь смотреть, как Микаса умирает? - Только сейчас не хватало Аккерману ещё больше раздражения. Гордость-это все, что осталось с ранних лет, унижаться перед дядей, стоя на коленях, он точно не будет. Если бы, Риваю предложили гордо умереть, либо жить, как жалкий человек, он бы выбрал первый вариант. -Советую встретиться лично с Кенни Аккерманом, и выполнить его просьбу. - Опять непрошеный совет. Леви эта фраза сильно выбесила, что резко встав, он собирался схватить его за воротник, но блондин нагло продолжил: -Если Микаса умрет, это будет на Вашей совести. Вы должны были предостеречь ее от смерти, ведь Вы ее любите. Что важнее, Микаса или гордость? - Армин смотрел прямо в глаза Аккерману, чувствуя всю его гнев и отчаяние. -Я не собираюсь умолять кого-то о помощи. - Ривай обратно сел на свое место, убрав свои волосы назад. -Я смог спасти Энни, лишь стоя на коленях, в самый первый день, когда она упала в обморок. А дальше, она смогла постоять за себя. - Армин смотрел на страницу, он перестал читать, отдалившись от сути книги. Брюнет одарил Армина непонятным взглядом, то ли сочувствующим, то ли с презрением. -Только ей этого не говорите, это заденет ее чувства и гордость, в том числе, - захлопнув книгу, Армин встал с дивана, но перед тем, как покинуть Ривая, на полуоборте четко произнес: -Всегда есть шанс отомстить, вернуть гордость, но вернуть мёртвого - нет. Армин был уверен, что его слова, дойдут до Аккермана. Все, что хотелось на данный момент Риваю - выздоровление Микасы. Он был готов отдать все, что у него есть, даже собственную жизнь, но не гордость. Направившись в комнату азиатки, его сердце больно сжалось, словно кто-то колол иглой определенную область внутреннего органа. Микаса, корчась от боли во сне, со всей силой, сжималась в кровать, впиваясь ногтями в простынь. Она что-то шептала во время отключки, и чтобы расслышать получше, он подошёл к ней, и услышав ее слова, капитану стало больнее в тысячи раз. -Не оставляй меня, Леви... - полустон сорвался с губ, ей снился очередной ночной кошмар, галлюцинации во время пробуждения, иногда давали о себе знать. Ей снилось, как Леви оставлял ее одну в ночном, холодном лесу, говоря, что скоро вернётся, но оба знали, что это ложь. Впиваясь в его руку последними силами, девушка не имела сил даже встать, тело ломалось от боли, низкая температура никак не поднималась. Кислота, внутри пузырей, уже распространялась по всему телу, органам, крови. Оставляя ее в глухом лесу, капитан одарил ее последним, грустным взглядом, прошептав лишь: «Прости». Его ровная спина отдалялась от взгляда юной Аккерман, и почувствовав резкий холод, боль и предательство, девушка сдалась. Сев на сырую, почти морозную, землю девушка, чувствовала, как умирает. -Нет! - резко встав с кровати, девушка закричала во все горло, слезы не прекращались литься, как бы сильно не старалась их сдержать. Осознавая, что скоро умрет, желание жить, становилось все сильнее и безумнее. Увидев Ривая, азиатка быстро стёрла солёную воду с бледно-холодных щек, и обратилась к нему. -Не нужно идти к мафии, не стоит. - Все жители понимали, что заполучить лекарства от фиокислотной инфекции, категорически невозможно. Противоядие получали путем невообразимой суммы, которые не заработаешь и за век, отдавая себя полностью работе. «Если бы я мог забрать себе всю твою боль, то сделал бы это, без раздумий» - Леви понял, что не может потерять человека, которому успел привязаться и полюбить от всего сердца, не видя в поле зрения ничего и никого, она слишком прекрасна и молода, чтобы умереть в мучениях. Она заслуживает лучшей жизни. Надев толстые перчатки, и закрытую одежду, он обнял ее, словно в последний раз, так нежно, как теплый ветер касался лепестки роз, будто боясь потерять сокровенное. Сердцебиение девушки, пришло в норму, после пробуждения от ужасного кошмара, и уснув в объятиях любимого, азиатка отправилась в мир Морфея. Леви же, в свою очередь, собрав всю свою волю, решил перешагнуть свою гордость. В первый и последний раз. Ради нее. Армин прав, месть может подождать, а мертвого вернуть невозможно. Закрыв пистолет, пули, и острые мечи под плащом, Аккерман направился на территорию врага, дяди, главы мафиози.