хула небесам, хвала металлургическим заводам

Кирилла искренне раздражают взрослые, с ними даже привычные развлечения не доставляют особого удовольствия. никаких реально смешных отвратительных шуточек, ничего нового и интересного, только деньги-деньги-деньги. они даже нюхают как-то по-своему! без остервенения, чисто чтоб расслабиться, и называют это «мерой», какая, к чертям, мера? Гречкин искренне не считает себя охуевшим в край, вот ещё! у него нет краëв.

Пиздюки не отличаются умом Но самый важный дядя тоже когда-то был пиздюком

очередная вечеринка, на которой он ну просто обязан быть по статусу, идëт отвратительно скучно. дяди выделываются сомнительными достижениями, бляди шикуют нарядами. Кирилл вертит в пальцах серебристую трубочку точь-в-точь как скучающий на уроке ученик ручку. мило улыбнуться очередному потному мужику, папиному знакомому — конечно же я очень рад вас видеть, я тут только ради людей, а три жирнючие дороги передо мной, каждая по цене как аренда однушки в области на месяц — это просто так, чтоб веселее было. своеобразная прелюдия, и можно вгрызаться трубочкой в кокс, забивая на окружающих с их ебучим чувством меры.

Я вытаскиваю рыбку из пруда Мы будем сыты один день Подержите мой стакан, чё там знаете про лень? Я дышу перегаром на переспевшие плоды И вытираю ноги о твои труды

скучно, безумно скучно. Гречкин не знает, не уверен, кто именно является Богом — кокаин, деньги или он сам в данный момент, но, в принципе, ему похуй. задумывается он об этом исключительно из-за разлившегося в паре метрах от него диалога о строительстве церкви. лëгкие словно в четыре раза больше нормы и одним вдохом можно втянуть в себя всю вселенную, тело потрясающе лëгкое и привлекательное, что лишь подчëркивают дизайнерские шмотки. сосущее чувство пустоты испарилось из солнечного сплетения вместе со скукой. суеты навести надо. вот ещё одна причина, почему Кирилл не любит подобные тусы — с дядями не помахаешься, в отличие от их сыновей.

Бедолаге не хватило воспитания, мозгов или любви

педаль газа вдавлена в пол, стрелка скорости шатается на середине спидометра, и, это было бы приемлемо, не сиди он за рулëм спорткара. смех раздирает трахеи, вырывается искрами чистейшего незамутнëнного экстаза, чувство небывалой скорости придаëт уверенности в том, что Бог — конкретно он, а не деньги или дурь. глухой удар откидывает Кирилла виском на руль. какая прелесть! он даже жизни вершит, точно Бог. шины спорткара поскрипывают, когда он отъезжает чуть назад, дабы спустя секунду использовать тело кого-то там не особо удачливого в качестве нелепого пластилинового трамплина.

Мотив ни для кого и он сказан, увы, никем Мне не писан ни Кафкой, ни Камю же Язык мой куда грязней чем Авгиевы конюшни

Боже! смотри! я преступаю каждую твою заповедь, не осталось ничего святого, на чëм бы я не потоптался лимитированными кроссовками! и ты всë ещё бездействуешь! почему, пытаясь вымолить заслуженную кару, я лишь закапываю себя глубже в грязь, так и оставаясь безнаказанным?!

Я мечтаю до сих пор, но многим лучше не мечтать Чтобы не носить понурое ебало весь рабочий день Просто найди себе друзей

широкий кулак майора впечатывается в рëбра с левой стороны, не заботясь о трепещущем под ними сердце. ещё раз, только уже под рëбрами и справа. — говори, мразь, — Гром выплëвывает это в перерывах между ударами, едва справляясь с собственным тяжëлым дыханием. — дядь, тебе б к мозгоправу походить, друзей завести, тëлку там, авось, полегчает, — воздух в лëгкие втянуть совершенно невозможно, поэтому слова едва ли слышны за скрипящим смехом. Гром берëт Кирилла за грудки, ткань дорогой футболки, измазанной кровью, опасно натягивается. майор смотрит в глумливое лицо пацана и уже замахивается для следующего удара, когда в неверии опускает кулак. и вовсе не из-за вопящих о нарушении коллег. он видит в этих стеклянных, с мореподобными расширенными зрачками глазах, подëрнутых выступившими от побоев слезами, самое страшное, что можно увидеть в лице жертвы — благодарность. Боже, ты действительно есть, ты действительно наказал меня, хотя бы немного, хотя бы раз в жизни. Игорь кидает мажора в руки подоспевшей охране и отходит подальше, ему действительно надо в этом разобраться. ему нужно решить, почему вдруг вместо «выбить мозги», в его внутреннем монологе прозвучало слово «вправить». «он убийца без стыда и совести» говорит ему подсознание, «он ребëнок, который не знает как правильно» отвечает ему часть, отвечающая за «думай-думай-думай» в стрессовых ситуациях.