С дружбы вперёд к любви. Рецепт счастья.

Синеглазая девушка сидела за столом, сконцентрированно чертя на бумаге что-то. От усердия высунув язык, она профессионально орудовала линейкой. Девушка отложила карандаш и начала искать что-то на столе, а потом посмотрела на пол и увидела искаемое. Она выгнулась под стол, пытаясь вытащить оттуда упавший транспортир, но вдруг громко зазвонил телефон, так громко, что девушка от неожиданности ударилась головой о стол. Она проклиная весь мир, заодно и звонившую…персону, погладила поврежденную макушка, выпрямилась и взяла телефон. Девушка убрала прядку своих рыжих волос, которая упали на лицо, когда она выгнулась и удивленно посмотрела на экран телефона. На дисплее светился неизвестный номер. — Алло. — сказала синеглазая, подняв трубку. — Привет. — отозвался мужской голос. — Здравствуйте. Могу я поинтересоваться, кто вы? — Ого, Василёк. Я разочарован, ты не узнала своего лучшего друга. — ФЭШ?! Это ты? — рыжеволосая подпрыгнула на стуле и недовольно зашипела из-за того, что ударилась ногой о стул, — Не могу поверить. Как ты? — Разговоры потом. Иди в парк, пожалуйста, который рядом с вашим домом. — Я не иду. — возразила она, вприпрыжку спускаясь с лестницы, — Я бегу. — и она сбросила вызов, одновременно обуваясь в кеды. Она ветром преодолела сад и вышла на улицу. Недалеко, где-то через двести-двести пятьдесят шагов виднелись зелёная куча деревьев. Добравшись до места назначения, она оглянулась, но не нашла того, кого искала. Но зато ее нашли быстрее. Кто-то подошёл сзади и сгребав в охапку, закружил ее. Когда рыжеволосую отпустили, она посмотрела на своего лучшего друга. Ветер весело играл в его темные волосы, а в глубоких голубых глазах плясали чертята. Оттого что он улыбался, на щеках выступили милые ямочки. — Фэш! — воскликнула синеглазая и бросилась на шею к парню. — Ты как ребенок, ей богу, Василиса. — весело сказал брюнет, отвечая на крепкие объятия, по которым он так скучал. Эта девушка была его частью. Можно сказать, она ему была как родная сестра. Они вместе росли в одном доме. Почти все воспоминания были связаны с этим чертенком. Рыживолосая улыбнулась, почувствовав тот запах детства, который был связан с ее прошлым. Это запах ландышей. Она вспомнила, как дом тети Дэлш был окружен этими цветами. Именно там они с парнем выросли. Десять лет они с Фэшем прожили в одном доме. Целых десять лет их дружба укреплялась с каждым днём. — Я так скучала.— прошептала она, пытаясь сдержать слезы счастья, но ее желанию не суждено было сбыться, поскольку в следующую секунду из ее глаз всё-таки брызнули несколько капель. Фэш почувствовав это отстранил Василису и успокаивая стер дорожки слез: — Почему ты плачешь? — Я не плачу. — соврала она. — Вижу. — заметил брюнет. — Все-все. Я успокоилась. Видишь? — и для доказательства улыбнулась, — Как ты? И когда ты вернулся с Англии? Ты же планировал только осенью. — Давай сначала пойдем в какое-нибудь кафе и там поговорим. Василиса согласно кивнула и повела своего друга в сторону недалекого здания. Кафе называлось «Листок счастья» (прим. автора: Это выдуманное название). Там витала домашняя атмосфера. Скатерти столов были в клеточку, а кресла коричневого цвета. Они устроились на самый дальний столик. Официантка подошла и спросила, что будут посетители. Парень и девушка заказали только по чашке чая, поскольку оказалось что они оба сыты. — Со мной все замечательно. — ответил Фэш на первый вопрос, — Вернулся вчера ночью. Да, хотел в октябре, но после того как закончил институт, отец сказал вернуться в июле и пришлось заканчивать дела на скорую руку. А ты как? — Уверена, ты будешь лучшим юристом. Ну а я, не хуже твоего. С Америки вернулась две с половиной недели назад. Остались два года обучения и все. Вернусь сюда. — Как твое архитектурство? — последовал следующий вопрос. — Нормально. Представляешь, декан нашего факультета оказывается знаком с главным какой-то компании и предложил посоветовать меня туда после окончания учебы. Но я отказалась, все равно буду работать в фирме отца. — пожала Василиса плечами. — Как тетя Селена? Она тоже вернулась? — Да, мама прилетела четыре дня назад. Все же Англия не для нее. Пыталась уладить дела как можно скорее и вернуться сюда с первым же рейсом. — сказал брюнет, отхлебнув несколько глотков чая, рыжеволосая тоже повторила маневр друга. — С чего бы? — удивилась синеглазая. — Не знаю. Она эту страну на дух не переносит. — Ладно, это ее дело. — сказала она и неожиданно подалась вперёд, — Ну, скажи, ты нашел себе девушку? — А ты, парня? — тоже не мигающим взором уставился на девушку Фэш. — Нет. — буркнула Василиса и опёрлась на спинку сиденья, скрестив руки на груди. — Вот и я нет. Там все англичане, к тому же, оказывается, они там все испорченные. Нормальных девушек на свете остались только считанные. — сказал он, — Не считая, конечно, тебя. — исправился брюнет под тяжелым взглядом рыжеволосой. — Драгоций, отныне держи такие мысли при себе. — посоветовала синеглазая, увидев ухмылку на губах друга. — Можно сказать, у тебя нет никаких таких мыслей. — и далее парень начал просто издеваться. — Может и есть, но ты не тот, с кем я хочу говорить на такие темы. — скривившись выдала Василиса. — Ну ты даёшь, Огнева. — и Драгоций начал с самым наглым образом хохотать. — Давай закроем эту тему. — попросила Василиса. — Фу-ух. — выдал брюнет, более менее успокоившись. Потом он взглянул в свои наручные часы и виновато посмотрет на девушку, — Извини, Василиса, уже поздно, а я обещал маме вернуться к шести. — А, да конечно. — закивала Огнева, — Я тоже тогда пойду. Драгоций медленно поднялся и оставил деньги за чай. За ним встала девушка и они оба направились к дверям кафе. Огнева и Драгоций обнялись на прощание и разбежались по домам. *** Дверь в прихожей стремительно открылась, пропуская во внутрь Драгоция. В глазах плясали озорные чертята, а в губах играла шальная улыбка, что недвусмысленно намекало на совсем не скучное времяпровождения. Селене вдруг стало очень интересно, с кем его всегда хмурый в Лондоне сын, настолько интересным подружился, что готов улыбаться всему миру. Она встала с дивана, где сидела до сих пор, смотря телевизор и подошла к сыну. — Добрый вечер, мам. — поздоровался парень и подойдя к женщине, чмокнул ее в щеку. — И тебе привет, Фэш. — задумчиво ответила старшая Драгоций, обдумывая над анонимным другом своего сына, — Где ты был? Селене была прислана еще одна радостная улыбка и краткий ответ: — В кафе — В каком? — В «Листке счастья». — С кем? — С подругой. — Как ее зовут? — последовал очередной вопрос. — Это допрос? — выгнул левую бровь Фэш. Ему стало очень забавно видеть, как его мама напрягает память, пытаясь вспомнит девушку, которая была очень близка с ним. — Нет, что ты? — ответила она — Просто из чистого и искреннего любопытства, который свойствен мне с самого детства. — Не могу отрицать этот факт. — усмехнулся он, вспоминая, как они с отцом устраивали сюрпризы для ее дня рождения, но в большинстве случаев она спаливала их с самым наглым образом. На это Селена просто пожала плечами и в следующую секунду уставилась на своего сына с большими, коричневыми и конечно с заинтересованными глазами. — Василиса. — ответил Фэш на заданный недавно вопрос, — Моя подруга детства. — Правда? — изумленно посмотрела старшая Драгоций на парня, — Я так долго не видела ее. И как она? — Отлично. Как была веселой и доброй девушкой, готовая помочь кому угодно, такой и осталась. — хмыкнул Драгоций. — Когда она приехала с Америки? — последовал следующий вопрос, — Я помню ее, как десятилетюю девочку, принесшую домой маленькую и голодную кошку. Нортон тогда несколько раз просил ее отпустить, но пока Василиска не накормила ее, Огнев не смог ничего сделать. Характер дочери Нортона — интересная. С виду очень слабая и хрупкая, но если кто-то нуждается в помощи, особенно родные и друзья, превращается в такого человека, который может противостоять любым проблемам. — Да, она такая. Я всегда восхищался этой способностью Василисы. — Кстати, ты не ответил на мой вопрос. — напомнила женщина. — По ее словам, пару недель назад. Остались два года обучения и все, вернётся в Россию. — На кого она учится? — На архитектора. — ответил парень, — В детстве, ее комната всегда была завалена чертежями и всякими такими штучками. Вот и решила следовать за детской мечтой. — Понятно, будет работать в компании своего отца. — Ага. — согласился Фэш и сообщил матери, — Мам, я пойду, посплю часок. Устал немного. — Конечно иди, отдыхай. *** Входная дверь открылась, возвещая о пришедшем госте. Вслед за этим послышался звук льющейся воды и упавшего ведра. Рыжеволосая девушка стояла с головы до ног мокрая, проклиная все на чем свет стоит, заодно и одну…персону: — Резникова! — крикнула она, мгновенно поняв, кто за этим стоит. — Привет, Вас… — светловолосая девушка лет двадцати спустилась с лестницы с невинным выражением лица, настолько невинным, что сам вид подталкивал на подозрения, но остановилась, увидев лицо девушки, стоящей у двери, точнее увидев, как ее лицо стремительно темнеет от ярости, — Ты что, решила поплавать в бассейне под вечерок? — Ты совсем рехнулась, Маришка?! — рявкнула Огнева, злясь все больше и больше. — Знаешь, дорогая, тебе бы переодеться, — посоветовала светловолосая, — а то Марта только что помыла полы. — Знаешь, дорогая, тебе бы бежать, — сказала Василиса, — а то сейчас от тебя даже мокрого места не останется. — и дала деру за Резниковой, которая вняла дельному совету и побежала на второй этаж. За ней не отстаивала и синеглазая и вошла в одну из гостевых комнат, где скрылось белокурое пятно волос, прежде чем Резникова успела запереть дверь на щеколду. Огнева с разъяренным видом взяла одну подушку, что стояла на кровати с розовым покрывалом и подошла к Маришке. — Василисочка, сестрёнка, миленькая, прос… — пробормотала Резникова пятясь к окну, откуда открывался прекрасный вид в сад дома, где были самые разные виды роз, от белых до кроваво-красных. Василиса с силой запустила подушку в макушку светловолосой и даже не думая ожидать реакцию сестры, попыталась выйти из комнаты. ПОПЫТАЛАСЬ ключевое слово, потому как Марина раньше времени взяла рыжеволосую под локоть и с силой толкнула на кровать. Там светловолосая взяла еще одну подушку и тоже ударила по лицу девушки. Дальше начался Бой. С прописной буквой, ведь иначе назвать это никак невозможно. По комнате уже давно летели перья от подушек, но как бы вы не ожидали услышать ругань и крики, слышался только хохот девушек. Но громкие голоса были прерваны подбежавшейся русоволосой женщиной лет сорока. Она мигом уняла двоих сестёр и заставила пойти в гостиную. И Резникова и Огнева выглядели лохматыми, особенно Василиса, учитывая то что несколько минут назад она была мокрой. А на губах все ещё играла шальная улыбка. В гостиную вошли два человека: мужчина и женщина, которые шагали под локоть. Мужчина был высоким и широкоплечим, волосы были светлыми, а глаза сверкали изумрудами в свете заката, который пробивался через окна. Он был одет в праздничный классический черный костюм. Женщина была не менее прекрасна. Ее белокурые волосы были уложены в красивую прическу, а глаза были словно капли льдинок, такие же небесно-голубые. Ее синее платье было очень красивым, которое подчеркивало ее изящную фигуру. — Вроде бы уже взрослые люди, а ведут себя как малышня. — покачал головой мужчина. Женщина уставилась на девушек не менее осуждающе. — Я всегда говорила тебе, Нортон, вы с Лиссой слишком избаловали свою дочь. — сказала она, — Впрочем, и мы не лучше. — И все же Василиса единственный ребенок… Как и Марина. — напомнил мужчина. Все это время внимательно слушавшие диалог девушки тихо хихикнули в кулак. — Тетя Элла, — обратилась Огнева к женщине, — вы ведь сегодня останетесь, да? — Да, — ответил вместо нее Нортон, — Фариэлла и Игорь с твоей сестрой будут ночевать здесь, поскольку после того как мы вернёмся из мероприятия будет слишком поздно и скитаться до другого конца города не надо. А женщина в знак согласия кивнула. Рыжеволосая с самым что ни на есть лукавым взглядом посмотрела на свою двоюродную сестры, на что та с понимающей улыбкой выдала: — Позовем Захарру с Дианой. — Устроим ночевку. — сказала Василиса. Они уже начали обсуждать сценарий предстоящей вроде-бы-вечеринки. — Брат, — Фариэлла сделала всем известный жест рука-лицо и страдальчески вздохнула, — в кои-то веки мы решили погостить у вас, но возможно сегодня ночью эти чертята поднимут дом на голову. — Ничего, — успокоил старший Огнев сестру, — Не в первой же. Дай детям расслабиться. — он усмехнулся краями губ. — Детям? — переспросила старшая Резникова, — Нортон, очнись, им по девятнадцать — двадцать, и после этого ты называешь их детьми? — Прикажешь называть из старухами? — Сам ты старик! — хором возмутились Василиса с Маришкой. — Вот видишь, — махнул рукой в их сторону мужчина, — пятнадцатилетки и то ведут себя сдержаннее. — Кстати, — сказала Огнева, — пап, представляешь, Фэш прилетел. — Не представляю, — усмехнулся Нортон краешками губ, — этот мелкий Драгоций, — Фариэлла и девушки тихо хихикнули, — был сегодня утром в компании своего отца, мы как раз с Диаманом обсуждали новый проект. — А, то есть за ушибленную ногу и шишку в голове можно винить только тебя? — спросила Василиса, а в ответ ее отец вопросительно уставился на нее, на что та просто махнула рукой, мол, забей. — Да ладно, Фэшик вернулся? — восторженно спросила Марина. — Да, — ответила младшая Огнева, — Только одна просьба, Мариш, не называй его так в его присутствии. Он ещё с прошлого раза не отошёл. — в конце она просто не выдержала и рассмеялась. — Подумаешь, — стремительно краснея пробубнила Резникова, — это же было мелочью. — Конечно, — усмехнулась Василиса, — ты назвала, нет ты прокричала «Фэши-ик», рядом с его друзьями и опозорила его. Ну да, это мелочь. — Ладно, все-все давай закроем эту тему. — Нет уж, я буду напоминать этот момент каждый день. Старшая Резникова выразительно посмотрела на брата, мол, видишь, какие у на «прелестные» дочери. — О Боже мой, — пробормотала Фариэлла, — Когда спустится Лисса? Марина подпрыгнула на месте и чтобы больше не слушать сетования сестры, сообщила что посмотрит, спускается ли мама Василисы. Через минуту светловолосая спустилась с широкой улыбкой до ушей. На вопросительные взгляды, она сообщила: — Вы обалдеете. Как оказалось, девушка была права на сто процентов. С лестницы спускалась изумительно красивая рыжеволосая женщина. Она была одета в черное платье до колен, шлейф которого доставал до пола. У платья имелся только один рукав, а другая от плеч была голая. Длинные синие серьги и кулон ярко светились, но недостаточно чтобы затмить сияние васильковых глаз. Все таки это ее день, ведь благодаря именно ей, Лисее Огневой, решился большой, очень большой проект. Огнев, все ещё изумлённый, подошёл к жене и поцеловав ее руку, переместил ее в свою локоть. Фариэлла сделав пару комплиментов в адрес рыжеволосой, повернулся к девушкам: — Глупости не делать, алкоголь не трогать, вести себя прилично. Понятно? Василиса и Маришка на это утвердительно покивали и чтобы проводить родителей, открыли входную дверь. — Вот наглые, хотят быстрее избавиться от нас. — пробубнила старшая Резникова, выходя из двухэтажного дома. — Дети. — сказала Лисса, на что Фариэлла удивлённо обернулась. — Вы что, сговорились? — показала она пальцем на брата и синеглазой, — Весь день говорят, дети да дети. Никакие они не дети… — Короче, мам, тетя Лисса и дядя Нортон, — оборвала женщину Марина, — Хорошо провести вам время, пока, гудбай, алоха. — и захлопнула дверь. — Да начнется пир. — объявила Василиса. ***