Затмение

III - Антоха, не наливай ему больше, он уже готовенький - Александр, ухмыляясь, похлопал друга по плечу. - Ничего подобного! - Миш, он прав - бармен отодвигает от Михаила бутылку виски - завязывал бы ты уже со своими пьянками. - Да что вы заладили, у меня все под контролем! - Ого, вот и агрессивное поведение началось. Пойдем-ка, дружок, до дома тебя доведу, а то нахватаешь еще на жопу приключений, а нам потом с Антохой разгребать. - Александр взял Михаила под локоть и аккуратно вывел его из бара. - Да, брат, сегодня ты больше обычного в себя влил. У тебя же учеба завтра. Тебя как ещё с универа-то не выперли, а? - Кто его знает... - Н-да... А нам с тобой направо, друг мой. Ты слыхал, вчера, говорят, Максимыч... - дальше       Михаил уже не слушал своего друга. Хотя, возможно, и слушал, но вот только не слышал. Голос Александра с каждым словом звучал для моего героя все более глухо и, в конце концов, мысли Михаила заглушили бессмысленный монолог Александра. Но о чем он думал?.. Окутанный глубокими раздумьями, пролежал он на матрасе всю оставшуюся ночь и заснул лишь под утро. - Так, думаю пора начинать. Все в сборе? - - Нет Комаровой Наташи, она заболела, и Тамбовского Миши. - Тамбовский был на первой паре? - Нет, не было. - Вот как!       Стук в дверь. - Прошу прощения, я задержался, можно пройти? - Явился-таки. Утро доброе! Хотя по вам и не скажешь. Боюсь войти вы теперь ко мне сможете только после того, как покажетесь у ректора! Ваши так называемые посещения меня не устраивают, молодой человек. Я не позволю такого безответственного отношения к моему предмету! На последнем совете я уже поднял вопрос о вашем отчислении, а теперь прошу удалиться и не срывать более пару!       Преподаватель говорил все это с полными гнева и какой-то обиды глазами. К концу своего реплики он уже стал повышать голос, переходя на крик, хотя отличался особой сдержанностью. Но его слова не особо взволновали Михаила. Он со спокойным, даже выражающим некое равнодушие лицом выслушал все, что было высказано в его адрес и направился к ректору.       Отчисление ему было не нужно, не потому, что он боялся за свое будущее, а только потому, что как только он представлял огорченное лицо матери, ему становилось не по себе (? добавить размышлений) О ней он всегда думал в первую очередь. - Алексей Александрович, можно войти?       Мужчина лет шестидесяти с сединой и бакенбардами, переходящими в короткую бороду, обратил свой грозный взгляд на заглядывающего в кабинет студента. Но как только узнал в нем Михаила, его глаза приняли добрый и, в то же время, опечаленный вид. - Проходи, Миша. - Ректор, не сводя глаз с Михаила, дождался пока тот пройдет в кабинет и после небольшой паузы продолжил. - Последнее время мы часто стали встречаться с тобой в этом кабинете, тебе не кажется? - Возможно. - Твоя успеваемость за последний год сильно упала, посещаемость ужасная, педагоги только и делают, что в голос кричат мне о твоем отчислении. - И, видимо, сегодня их просьбы будут услышаны. - Прекратить язвить, Тамбовский! Ты все ещё здесь, потому что я не хочу исключать такого способного студента. - Ударив кулаком по столу, на повышенных тонах произнес ректор, после чего сменил вновь спокойным голосом, как будто переживающим, продолжил. - Послушай, я ведь знаю на что ты способен. Что могло так сильно повлиять на твое отношение к учебе? Ведь до прошлого года ты показывал одни из лучших результатов. - Алексей Александрович, я ценю ваше желание помочь мне, но... Видимо, это не мое... - с легкой улыбкой равнодушно произнёс Михаил. - Не твоё? - Я долго думал об этом, но никак не мог решиться принять решение, а сегодня события подталкивают меня (?) - Что ж, здесь я бессилен, к сожалению. Это твоё окончательное решение. - Я думаю, да. - Раз так, то сегодня я подписываю заявление о твоем отчислении.       Михаил встал со стула и направился к двери.